Мифы и магия: карта Аида

      Нико ненавидел прощания. Особенно когда прощались с ним. Если бы у него была возможность, он улизнул бы, но остров, этот проклятый остров был слишком маленьким и пустым, чтобы можно было спрятаться.       Он не мог смотреть на Уилла, на Перси и все его мысли были о предстоящем одиночестве на очень долгие годы.       Может, он сойдет с ума, перестанет реагировать на происходящее, и в этом будет его счастье.       — Все готово, — сообщил Лео, вылезая из Фестуса.       — Что ж... — Джейсон откашлялся.       Между ребятами повисла тяжелая неловкость. Никто не знал, с чего начать и как прощаться. Пожать руку? Обнять? Что делать?       Нико шумно выдохнул и заставил себя посмотреть им по очереди в глаза, выдавил улыбку и сказал, надеясь, что его голос не дрогнет:       — Хорошо вам добраться до дома и мягкой посадки.       — Мы обязательно что-нибудь придумаем, — сказал Джейсон. — Сделаем все...       — Не надо, — прервал его Нико.       "Не надо меня кормить пустыми надеждами" — подумал он, так и не осмелившись произнести это в слух.       — Я буду в порядке, — кажется, его голос не дрогнул. Уже хороший знак.       — С Перси вряд ли соскучишься! — засмеялся Лео. — Будь уверен, он найдет приключения даже здесь.       — Нет, он уезжает, верно, Перси? — Нико кинул на Джексона многозначительный взгляд, но тот даже не посмотрел на него.       Спокойный, с привычной ухмылкой он смотрел на Лео. В зеленых глазах сверкала игривость, он излучал собой твердую уверенность и непоколебимость. От прежней усталости не осталось и следа.       — Я решил здесь остаться, и я останусь, нравится это тебе или нет, — безмятежно произнес он, посмотрев в глаза Нико.       — Ты не можешь здесь остаться, — упрямо гнул свое ди Анджело.       — Могу. Поспорим?       — Убирайся отсюда, — зло огрызнулся он. — Меньше всего на этом острове я хочу остаться с тобой.       — Оу, значит, у нас есть проблема. Замечательно. Будет куча времени решить ее тут, — как ни в чем не бывало ответил Перси.       Это было настолько неожиданно, что Нико даже не нашел, что ответить. Он посмотрел на Джейсона, надеясь, что хоть он образумит Джексона, но тот лишь пожал плечами.       — Он не может уехать без тебя, — объяснил Грейс. — Он дал клятву, и если не сдержит, ему не проклятия от несдержанной клятвы следует бояться, а твоего отца, который расчленит его и пустит по всем пяти рекам в Аду.       — Я не настолько дорог Аиду.       — Да во имя виноградников Диониса, Нико, он собирается закрыть Врата Смерти и развязать войну, если Зевс не отменит своего приговора. Уилл пожертвовал всем для тебя, и уж поверь, не ради красивого вида на берег трупов мы все отбросили свои дела, когда узнали, что с тобой случилось. Так перестань вести себя как… я бы сказал козел, но меня забодает Гроувер, если узнает об этом. Поэтому просто перестань противиться и прими наконец тот факт, что о тебе заботятся и хотят тебе помочь. И вообще, как можно смириться с… — Перси нервно взмахнул руками. — С жизнью на этом острове? Смирение в этом случае — это поражение. А я не привык быть в числе лузеров.       Нико сжал кулаки. В его душе закипало знакомое чувство, почти родное, теплой волной заполняющая все его нутро. Ненависть.       Остров словно откликнулся на такое сильное чувство, и кости рядом задрожали. Некоторые даже начали складываться в скелеты.       Ребята на всякий сделали шаг назад, Уилл наоборот попробовал к нему пробиться. Нико, который последние дни выглядел не лучше трупов на берегу и порой от слабости не мог держать вилку в руках, теперь стоял твердо на земле, и от него снова веяло… силой и смертью.       — Лузер, Джексон? — процедил Нико. — Это на что намек?       — О, ты прекрасно все понял, — улыбнулся Перси, сделав шаг к мальчишке.       Никогда бы он не подумал, что будет рад тому, что Нико снова вызывает скелеты. Позади ди Анджело собрались уже пятеро, и судя по силе, которая от него исходила, он мог намного больше.       — Проверим, кто тут лузер?       — Не боишься, что искупаю в океане? Он же так близко, — прищурился Перси. Вокруг него вихрем танцевали маленькие капельки соленой воды.       — Ты стоишь на острове из костей и трупов, — холодно напомнил Нико.       — Окруженном океаном.       Ди Анджело взмахнул рукой, и из земли выскочили десятки скелетов. Тут же рядом с каждым пробился гейзер.       — Мальчики, — мягко вмешалась Пайпер, подойдя к ним ближе и положив руки им на плечи. — Успокойтесь. Перси, ты ж не хочешь, чтобы мы промокли?       Струи тут же утихли, капли, витавшие вокруг, упали на кости.       — Нико?       Скелеты с шумом сломались.       — Надо было дать им выпустить пар, — пробормотал Уилл.       — Ну, у них будет куча времени на это, — тихо прошептала Аннабет.       — Ребята, скорее собираемся, — сказал Лео громко, привлекая к себе внимание. — Нам уже нужно вылетать, иначе до заката не успеем.       Напряжение все еще висело в воздухе, но все старательно игнорировали это. Положение спасла Калипсо, которая с легкой улыбкой обратилась к Нико.       — Я тоже думала, что буду заперта на Огигии до конца времен, но нашелся тот, кто сумел вытащить меня оттуда, и теперь я свободна. И с тобой будет то же самое. Только не теряй надежды.       — Обнимашки напоследок? — Джейсон слегка улыбнулся, раскрыв объятия.       Нико закатил глаза, но все же обнял его, улыбнувшись краешком губ.       — Не забудь отстроить мне храм и каждую неделю жду жертвоприношения.       — Хэппи милс?       — С двойной порцией картошки.       — Нико, ты только долго не злись, ладно? — попросил Джейсон, слегка кивнув друзьям, мол, пора. — Групповые обнимашки!       Нико не успел среагировать. Да даже если бы и успел: Джейсон держал его крепко, еще и умудрился одной рукой потрепать ему волосы. Ребята, смеясь, навалились на них со всех сторон, а Фрэнк, не желавший стоять где-то сбоку, превратился в огромного медведя, в объятия которого поместились абсолютно все.       Нико в центре этих объятий подавил в себе желание сесть и разреветься, как девчонка.       Он строил дамбу столько лет, запирал свои чувства, надежды на то, чтобы когда-нибудь встретит настоящих друзей, а сейчас они все обнимают его, норовя снести стену и позволить чувствам накрыть его с головой.       Нет, он сдержится. Он должен сдержаться. Состроить безразличный, а если очень повезет, и недовольный вид.       Никто из них не стал говорить банальных фраз, вроде "все будет хорошо" или "не переживай, выход всегда найдется". Никто уже не стал давать обещаний, и Нико был им за это благодарен. Несбывшиеся надежды ранят хуже всего.       Никто из них не сказал слов прощанья, были лишь молчаливые дружеские похлопывания по плечу, и один за другим все исчезали в Фестусе.       — Все еще не поздно уйти с ними, — сказал Нико, посмотрев на Перси.       — Я не оставлю тебя. Больше нет.