Дура, возьми себя в руки

Вернувшись на кухню, девушка тут же отправилась к холодильнику осматривая содержимое. Пусть продуктов было и не мало, девушка все-таки решила остановиться на омлете. Просто, обычно, зато невозможно испортить. Порыскав по навесным шкафчикам, девушка нашла где находятся и тарелки с чашками, и приправы, и кастрюли со сковородами, достав одну из них, Харуно поставила ее на включенную плиту, разогревая емкость, тем временем принявшись за сам омлет. Пусть Сакура и так уверенно нарезала зелень и разбивала яйца, ее мысли были далеко не о готовке. Паника отступила и вернулись четкие мысли о том, что жизнь пошла под откос. Родители, учеба, дом... Одни лишь мысли заставили нечто в грудной клетке болезненно ныть, а слезы выступить на глазах. Руки задрожали, от чего нож, который девушка держала в руке, соскочил с зелени и острым лезвием прошелся по пальцу бедолаги, да так сильно, что она смогла сдержать вскрик от резкой боли лишь благодаря кому, что так вовремя встрял в горле. Но спокойствие вернулось быстро, ведь эта боль уже не сравнится с тем, что так засело в груди. Тихо чертыхнувшись, Харуно быстро смешала продукты и вылила на сковороду, быстро отойдя и присев на край стула, упираясь локтями в стол, руками закрыв лицо и тяжело вздыхая, с трудом сдерживала крик, что так рвался из груди. Она не могла держать в себе эту боль, не могла смириться, не могла успокоить это пламя в себе. Ее вновь перестало волновать ее нынешнее положение. Ни то, что она в квартире у незнакомого парня, ни то, что она проснулась в его объятиях. Ничего. Только проблемы, только боль заполнили весь ее разум, не давая пробиваться здравому рассудку. Она убрала руки от лица, и взгляд тут же устремился на порез, который все еще сочился кровью. И тут же она перевела взгляд на нож, который так заманчиво лежал на кухонном столе. Вновь мысли о смерти. Она не может так, ей не за что бороться, не за что жить. Тогда зачем продолжать это все? Уверенно поднявшись со стула, она выключила плиту, дабы запах гари не привлек парня прийти раньше положенного. Она не хотела, чтобы он спас ее во второй раз, не хотела вновь увидеть его разозленным. Взяв в руки нож, она неуверенно окинула его взглядом, словно сомневаясь в своем решении. Однако, отступать нельзя. Нельзя жить и терпеть эту боль, что теперь не уйдет никогда. Сакура нерешительно провела лезвием ножа вдоль запястья, не в силах надавить сильнее из-за страха перед неизвестностью. Тяжелый вздох. Второй порез, уже более уверенный, более глубокий. Кровь хлынула из раны, от чего девушка, не удержавшись, вскрикнула, падая на колени и выпуская из рук нож, который шумно упал на пол. Она не могла успокоиться, лишь истерично закрывая порезы рукой, пытаясь остановить хоть как-то кровь. В мыслях ни капли рассудка, ни капли здравости. Лишь паника, страх, которые не давали сообразить, что нужно сделать. - Какого.. черта?! - вскрикнул парень, что примчался на шум, который был совсем не похож на звуки готовки. У самого Акасуны отняло дар речи, он не мог сказать ничего, лишь в шоке пытался понять ситуацию. Но как только до него дошло, он испуганно бросился к Харуно, которая уже вовсю ревела и скулила, сидя на полу и судорожно пытаясь закрыть порезы. Схватив со стола кухонное полотенце, Сасори, на удивление, ловко перевязал руку девушки, что поспособствовало прекращению потоку крови. Подхватив Сакуру, что была уже почти в бессознательном состоянии, он быстро отнес ее в спальню, бережно уложив на кровать и тут же набирая короткий номер скорой, вкратце объясняя ситуацию, называя адрес и прося приехать как можно скорее. Ему было действительно страшно за девушку. Он не хотел терять ее, пусть даже и не знает о ней ничего. Нутро подсказывало, что он обязан ее спасти, что он за нее в ответе. Сасори осторожно присел на кровать рядом с лежащей девушкой, и окинул ее взглядом, тихо произнося: - Что же ты творишь, дура?...