Его слабое место

— Смотрите-ка, идёт. — И как улыбается. Во весь рот. — Эй, Эгги. Эгги! — Ну же, Эгги, не игнорируй нас! К насмешкам Чарли, Дигби и Руфуса Эггзи привык и почти не обращал внимания. Несмотря на манеры, о которых рекрутам не уставали напоминать каждый день, богатенькая тройка не переставала весьма остроумно, как им самим казалось, подшучивать над Эггзи. Язвительные слова по поводу своего происхождения, воспитания и прочего Эггзи слышал не единожды, поэтому давно перестал реагировать на подобное. Он был готов сорваться один-единственный раз, когда Дигби заикнулся про его сестру. От сломанного носа в тот раз его спас оказавшийся рядом Мерлин. — Эй, Эгги, где же твои манеры? Невежливо игнорировать людей, которые пытаются с тобой заговорить. — Оставь его, Дигби, — лениво протянул Руфус. — Видишь — он чрезвычайно занят своим бульдогом. — Я знаю, где его манеры, — усмехнулся Чарли. — Забыл в постели у Галахада. Эггзи резко выпрямился и застыл, словно его обухом ударили по голове. Джей Би, почувствовав резкую перемену настроения хозяина, сел на траву и жалобно заскулил. — Что ты сказал? — переспросил Эггзи, отпустив поводок и подойдя к Чарли. — Хвала небесам, он нас услышал, — осклабился Чарли. — Я говорю, что свои манеры ты потерял в постели Харта, точнее где-то рядом с его членом. — Наверное, у тебя не всё в порядке со слухом и обработкой информации, — подхватил Дигби. — Где были твои уши, когда агент говорил о том, что в Кингсмен берут только детей аристократов? — Не думаю, что ему вообще об этом говорили, — присовокупил Руфус. — Галахад, небось, в красках расписал преимущества, которые получит Эггзи, если будет ублажать его. А он, в свою очередь, подёргает за нужные ниточки, и до происхождения мальчишки никому не будет дела. — Заткнись, — тихо и обманчиво спокойно попросил Эггзи. — Не смей оскорблять Гарри. Ты понятия не имеешь, о чём говоришь. — Неужели? Поделись с нами его богатым внутренним миром. Чем же таким соблазнил тебя агент Галахад, что ты бегаешь за ним как верная собачка, да ещё и ластишься при каждом удобном случае? — Я не… — Всех нас, — Чарли обвёл рукой своих дружков, — привели сюда наши наставники. Все мы получаем от них необходимую информацию и только. Наше общение не выходит за установленные рамки, а ты бегаешь к Галахаду при каждом удобном случае, и когда выходишь от него, то выглядишь неприлично довольным. Как будто тебя только что хорошенько отымели. — А ты, видимо, видел многих парней, которых имели, — огрызнулся Эггзи. — Может и сам был среди них? — Видел, — не стал отпираться Чарли. — Но ни один из них не предпочитал старика. Что же такого особенно в твоём Галахаде, Эггзи? Может, он владеет каким-нибудь суперсекретным приёмом? — Ага, вроде «тысяча и один способ отыметь подручного зонтиком», — заржал Дигби. Медленно, но верно Эггзи начал закипать. Он старался, видит Бог, он старался избежать конфликта. Эггзи поджал губы точь-в-точь как Гарри, когда тот был недоволен, и это не укрылось от проницательных парней. — Копируешь его мимику, как это мило. Может, ты ещё сумеешь показать нам его лицо, когда он кончает? Сделай одолжение, Эгги. — Захлопни свою вонючую пасть. — Ну и грязный же у тебя рот, — присвистнул Чарли. — Скажи-ка, Эгги, куда ещё престарелый агент пихает свой член? Это стало последней каплей. Оглушительный звон в ушах отрезал Эггзи от всех остальных звуков. Взгляд застлала гневная пелена, руки сами собой сжались в кулаки. Эггзи часто дышал, стараясь обуздать бушующий внутри гнев. По всей видимости, ему это не особо помогло, и сознание на краткий миг помутилось, поскольку следующее, что Эггзи помнил — собственный кулак, взвившийся в воздух, и Чарли, который охнул и осел на землю. Он прикоснулся к скуле и разбитой губе, с недоверием глядя на кровь на своих пальцах, и в следующий момент Дигби схватил Эггзи за грудки, намереваясь хорошенько встряхнуть. Однако он не учёл того, что Эггзи несколько превосходил его в уличных драках, поэтому несколькими мгновениями позже присоединился к Чарли. — Хотите ещё что-то сказать в его адрес? Руфус зашёл ему за спину, и Эггзи не хватило доли секунды, чтобы полностью увернуться. Удар получился не таким сильным, как планировался, но в ушах всё равно поднялся противный визг. Эггзи устоял на ногах, и, сдув с верхней губы капли пота, замахнулся в ответ. — Молодые люди! Раздавшийся рядом гневный голос был не в силах остановить Эггзи. Парень сцепился с поднявшимся с земли Чарли и с ненавистью смотрел на него, совсем не чувствуя боли от его захвата. — Гарри не такой! Следующее, что он почувствовал — болезненный рывок, а затем мягкую ткань костюма. Эггзи сделал несколько безуспешных попыток вырваться, но кольцо рук плотно держало его. — Тише, мой мальчик. Успокаивающий тон Гарри заставил Эггзи почувствовать себя так, словно на него вылили ушат холодной воды. Он обмяк и посмотрел на наставника: взгляд того был абсолютно нечитаемым. — Что происходит? Ответил, как ни странно, Чарли. — Наши с Эггзи мнения по одному крайне животрепещущему вопросу только что разошлись, сэр. Эггзи слышал в его голосе ядовитую усмешку. Ещё бы — ни один наставник не прижимал к себе своего ученика так, как это делал сейчас Гарри. И явно ни один ученик не позволял себе тереться об наставника так, как это сейчас делал Эггзи, пускай и неосознанно. — Советую посетить врача, молодые люди, — ледяно сказал Гарри. — Вряд ли ваши наставники обрадуются непредвиденным травмам. Когда шаги и недовольные голоса стихли, Гарри отстранил от себя Эггзи и, приподняв его голову за подбородок, заглянул в глаза. — Ты в порядке? — мягко спросил он. — Д-да… нет, — мотнул головой Эггзи, чувствуя, как его начинает мелко потрясывать. — Пойдём. Гарри наклонился и, взяв поводок, направился к зданию штаба. Джей Би послушно затрусил за ним. *** — Садись. Эггзи, впервые оказавшись в кабинете наставника в штабе Кингсмен, чувствовал себя провинившимся школьником. Первая ярость спала, уступив место ощущению слабости и истощения, и Эггзи буквально рухнул на диван. Гарри ненадолго оставил его, уйдя в смежную комнату, и у Эггзи было немного времени, чтобы оценить ситуацию настолько трезво, насколько он мог. Он влип? Безусловно. Сильно ли? Он не знал. Эггзи казалось, что он до сих пор чувствовал тепло тела Гарри и его объятия. В подкорке его сознания билась слабая мысль о том, что простых учеников так не обнимают. Не зарываются пятернёй в волосы и не прижимают другой рукой за талию. Эггзи и сейчас чувствовал тонкий аромат его одеколона со странной, едва уловимой нотой. Эггзи бросило в жар, когда он попытался вспомнить её. Чем же таким соблазнил тебя агент Галахад, что ты бегаешь за ним как верная собачка, да ещё и ластишься при каждом удобном случае? Наверное, удар по голове оказался сильнее, чем думал Эггзи, потому что насмешка Чарли совсем некстати всплыла в его памяти. Эггзи сжался, готовясь подавить очередную вспышку гнева, но её не последовало. Наоборот — по его телу разлилось неожиданное тепло, а мозг услужливо подбросил образ далеко не идеального Галахада. Эггзи словно наяву видел, как тяжело вздымается его грудь, как темнеют его глаза, безупречно уложенные волосы оказываются растрёпанными, а губы шепчут одно и то же имя. Эггзи. — Эггзи, — голос так некстати вернувшегося Гарри вырвал Эггзи из неожиданно приятных фантазий. — Пей, — добавил он тоном, не терпящим возражений. — Снимать напряжение алкоголем, конечно, плохо, но это единственное, что подействует на тебя в данный момент. Пить Эггзи совершенно не хотелось. Он собирался было вернуть бутылку, однако Гарри вложил в его свободную руку пакет со льдом и велел приложить к голове. — Меня ждёт очередной выговор? — невесело усмехнулся Эггзи. — Бить другого человека из-за того, что ваши мнения разошлись — признак дурного тона. Впрочем, не могу не отметить твой удар — ты явно набрался опыта. Эггзи едва слышно фыркнул, обхватив пересохшими губами горлышко бутылки. Хоть где-то он не облажался. — Думаю, нам стоит обсудить твой конфликт с Чарли и поработать над ним, — продолжил Гарри. — Вы ещё и психолог на полставки? — Могу и на полную ставку, если потребуется. — Не над чем здесь работать, — фыркнул Эггзи. — Чарли зарвался, я вернул его на землю. Наверное, у детей из богатых семей напрочь отсутствует инстинкт самосохранения, если они позволяют себе шутить над… а, забейте, — поморщился Эггзи. — Он говорил что-то о тебе? О твоей семье? — На кой-чёрт вам это надо, Гарри? — раздражённо спросил в ответ Эггзи. — Я взрослый человек, я сам в состоянии дать отпор тем, кому не сидится на жопе ровно. — Не сомневаюсь, — тонкая улыбка тронула губы Гарри. — Будь это ваш первый конфликт, я бы и ухом не повёл, однако ситуация повторяется с завидным постоянством. Так или иначе, я становился невольным свидетелем ваших стычек, и всякий раз ты держался весьма достойно, хоть я и видел, что ты зол. Что изменилось на этот раз? Эггзи очень хотел сказать, что же изменилось, но в присутствии Гарри язык не поворачивался это произнести. Память услужливо подкинула глумящегося Чарли и его подхалимов, и Эггзи ощутил острое желание врезать им ещё раз. — Не думаю, что вам стоит это знать, — Эггзи сделал несколько глубоких вдохов и перевёл взгляд на наставника. — Я сам разберусь, правда. — Как знаешь. Пить будешь? — Гарри кивнул на почти полную бутылку. — Ваша терапия заключается в том, чтобы опоить пациентов, доктор Харт? Эггзи моментально прикусил язык, заметив, как что-то неуловимо меняется в лице Гарри, и как тяжелеет его взгляд. — Мне бы хотелось донести до твоего внимания одну простую истину, Эггзи. Тебя будут испытывать не раз и не два в этой жизни, вне зависимости от того, станешь ты агентом Кингсмен или нет. Чарли неумелый провокатор; есть люди намного более искусные, и их цель — надавить на слабое место. У каждого оно есть, и это нормально. Твоя задача — в первую очередь как будущего агента Кингсмен — вести себя так, чтобы о нём никто не догадался. — Вам легко об этом рассуждать, — протянул Эггзи, постукивая пальцем по бутылке. — У вас идеальный самоконтроль, боевая готовность к любой внештатной ситуации и полное отсутствие слабых мест. Если оскорбят лично вас, вы либо с достоинством пройдёте мимо, либо вырубите обидчика, как сделали это в первый день нашей встречи. — Так вот почему была драка. Я подал дурной пример, мой мальчик, — несмотря на веселье, с которым были произнесены эти слова, взгляд оставался холодным. — Эггзи, я не шучу. Нам действительно нужно разобраться с тем, почему ты так отреагировал. — Если вы действительно всё видели и слышали, то зачем спрашивать меня? — огрызнулся Эггзи. Он чувствовал себя крайне уязвимым сейчас, и это определённо ему не нравилось. — Не всё. По большей части в курс дела меня вводил Мерлин, и мы не считали нужным вмешиваться. Тебя провоцировали, ты давал отпор или вовсе не замечал обидных слов. Сегодня случилось что-то из ряда вон выходящее, и в наших интересах понять, что именно. Чарли оскорбил тебя или твою семью? Затевая драку, ты пытался защитить тех, кто не может постоять за себя? Эггзи не знал, чего в данный момент хотел больше всего: рассмеяться от облегчения — от того, что Гарри и помыслить не мог о ходивших вокруг него отвратительных слухах, или же вывалить всё подчистую, перестав, наконец, терзать себя. — Дело не во мне или моей семье, — он пытался подбирать слова, чтобы не сболтнуть лишнего. – Вы, конечно, знаете мою биографию от и до, но даже представить не можете, сколько дерьма я выслушал за годы жизни с Дином. Я научился пропускать мимо ушей любые нападки в свой адрес, какими бы колкими они ни были. Что касается семьи – да, я не позволю никому, даже самому напыщенному хорьку оскорблять их. Но вы, должно быть, сами понимаете, что в одиночку тягаться с друзьями отчима — маразм и самоубийство, а богатенькие рекруты не настолько пришиблены на голову, чтобы решиться на подобные оскорбления. Эггзи казалось, что они играют в угадайку, и по правде сказать, ему совсем не хотелось, чтобы в голову Гарри пришёл верный ответ. — Они задели твоё слабое место, не так ли, — констатировал Гарри, изучающе смотря на Эггзи. Ледяное спокойствие в его голосе и внезапно оказавшаяся на плече рука вкупе с пивом дали странную реакцию в крови Эггзи. — Вам действительно интересно, почему я вмазал Чарли? — голос Эггзи предательски дрогнул. — Да потому что он оскорблял вас! Он и его дружки говорят о вас отвратительные вещи — такие, что у меня даже язык не повернётся их повторить. Лучше бы они в очередной раз ржали над моим социальным статусом — с этим я, по крайней мере, могу смириться. Вас они совсем не знают, так с какого хера они могут позволять себе говорить, что вы… — Эггзи. Рука успокаивающе сжала плечо, а мизинцем Гарри будто бы ненароком дотронулся до его шеи. — Они не знают вас, — повторил Эггзи упрямо, чувствуя растущий ком в груди. — А ты думаешь, что знаешь? Эггзи уже был готов выпалить «да», но этот вопрос застал его врасплох. — Нет, — выдохнул он, продолжив упрямиться. — Но то, что они говорили о вас — неправда. — И что же это? — в голосе Гарри слышался неподдельный интерес. — Не бойся, это никоим образом не повлияет на моё к тебе отношение, — он переместил свою руку, кончиками пальцев дотрагиваясь до основания волос у шеи, и это послужило для Эггзи спусковым крючком. — Они говорят, что вы — старик, которому внезапно захотелось молодой крови. Что вы наплевали на устав Кингсмен и привели безродного пацана, чтобы всегда держать его под боком. И что вас не волнуют мои успехи и достижения, потому что вы продержите меня здесь ровно столько, сколько вам надо. Рука застыла, прекратив своё движение, и Эггзи невольно подался назад, стремясь продлить мимолётную ласку. Сейчас его мало волновало, как отреагирует Гарри, и будь что будет, но проклятый мистер Харт умел удивлять. — Ты поступил как настоящий рыцарь, Эггзи. Я горжусь тобой. Из уст кого-либо другого это звучало бы как издёвка, но Гарри, как всегда был убийственно серьёзен. Эггзи приоткрыл глаза, но не смог прочитать выражение его лица. — От настоящего рыцаря меня отличает тот факт, что я защищал честь не прекрасной дамы. То есть… — Эггзи мысленно отвесил себе увесистый подзатыльник. — Я имел в виду, что ты поступил благородно, пожелав пресечь на корню неприятные для тебя слухи, — Гарри вовсе не задевало подобное сравнение. — Неприятные для меня? — Эггзи недоверчиво воззрился на Гарри. — Возможно, я неясно выразился… — Я слышал всё, что они говорили, — повёл плечом Гарри. — От первого до последнего слова. — И вас ни капли не волнует, что они позволяют себе так… — Эггзи осёкся, когда Гарри, потянувшись к нему, забрал лёд и поднялся. — С Чарли, Дигби и Руфусом поговорят их наставники, — заявил он, возвращаясь на диван. — Единственное, что волнует меня — твои мысли, Эггзи. Ты хочешь поделиться со мной ещё чем-нибудь? Эггзи открыл, было, рот, но разумные слова разом испарились из его головы. Возможно, ему показалось, или на самом деле в словах Гарри был какой-то подвох? — Я бы хотел узнать, какой вы на самом деле, — Эггзи сделал ещё один глоток — не последний в своей жизни, как он надеялся. — Когда не строите из себя грёбаного идеального джентльмена. Есть ли у вас слабое место, Гарри? Гарри хмыкнул и — о чудо — даже не собирался его убивать. Вместо этого он придвинулся ближе, сократив и так ничтожно малое расстояние между ними, и взял его лицо в свои ладони. Эггзи почувствовал мягкие подушечки на своих щеках, горячее дыхание в районе губ, а затем его разум отключился, когда тёплый рот Гарри накрыл его собственный. Эггзи вцепился в его плечи, сминая ткань рубашки. Он был словно натянутая струна, и когда Гарри легко прикусил его нижнюю губу, Эггзи сорвался. Он громко и неприлично застонал в рот Гарри, теряя голову от охватившего его возбуждения. Повинуясь внутреннему порыву, он отпустил плечи Гарри, повёл руками вниз, слепо шаря по его груди, и замер, накрыв ладонью ширинку. У Гарри крепко стоит, и этот факт породил ещё один стон, а также неконтролируемое желание наклониться и прижаться к стояку щекой, втянуть воздух, словно крепко затянувшись, а затем запечатлеть на дорогой ткани брюк влажный поцелуй. Гарри оторвался от губ Эггзи и хищно улыбнулся, в его глазах плескалась неприкрытая похоть, и Эггзи понял, что Чарли, в общем-то, был не так уж и неправ. Его собственные слова «Гарри не такой» показались Эггзи откровенным враньём, когда он всё же опустился на колени и уткнулся лицом в пах, а Гарри зарылся пятернёй в его волосы. Гарри такой, о, он такой, как и надо, и один низкий, протяжный стон, слетевший с губ наставника, полностью сорвал Эггзи крышу. Гарри аккуратно отстранил его голову, расстегнул пуговицы — блядские пуговицы на брюках — и кивком указал на выпуклость на штанах Эггзи. Тот понял без слов, дрожащими пальцами расстегнув ремень и ширинку, а затем приспустив брюки с бельём до колен. Гарри выгнул бровь — такого поворота он не ожидал, но Эггзи совершенно плевать. Он завороженно наблюдал, как Гарри достаёт свой член и несколько раз проводит по нему рукой, размазывая по стволу смазку. Эггзи облизнулся, а затем осторожно вобрал в рот головку, обильно смачивая её слюной. Он встал на четвереньки и совершенно неприлично выпятил зад, думая тем, что осталось от его мозга, что Гарри должен понравиться открывшийся вид. Эггзи было не совсем удобно, он не мог заглотить член на всю длину, как хотел, но этого сейчас не требовалось. Гарри протянул руку и погладил его по щеке, и Эггзи, повинуясь внезапному порыву, выпустил член с невероятно пошлым звуком и втянул пальцы Гарри, старательно работая языком. Он не разрывал зрительного контакта, моргая только по необходимости, чувствовал, как горят его уши и как с собственного члена начали срываться первые капли предсеменной жидкости. Гарри осторожно вынул пальцы из его рта и провёл ими по головке, собирая смазку, а затем по губам Эггзи. Солоноватый привкус окончательно уничтожил жалкие остатки самообладания, и Эггзи принялся быстро насаживаться на член Гарри, усердно работая языком. Гарри вскинул бёдра, и Эггзи немного отстранился, забирая член лишь наполовину. Он чувствовал его пульсацию и пощекотал кончиком языка уздечку, и этого оказалось достаточно, чтобы горячие струи выплеснулись ему на язык. Одновременно с этим кончил и он сам, неловко помогая себе рукой, представляя, что это сейчас — рука Гарри. Отстранившись, Эггзи почувствовал себя выжатым как лимон, но ему это нравилось. Гарри опустился на пол рядом с ним, достал из нагрудного кармана пиджака платок и промокнул им лоб Эггзи, едва заметно улыбаясь. Эггзи привалился к его плечу и размеренно дышал, скорее догадываясь о его улыбке, чем видя её. Кажется он уже знал, что ответит Чарли на следующую подобную насмешку.