This is a place where I feel at home

Спокойствие японки редко нарушало что-либо. Ну, или кто-либо. Несмотря на некоторую любовь одной её подруги к беспорядку и озорству, она сама чаще всего оставалась невозмутимой, но дружелюбной. Дождь стучал по крыше, на улице темнело. Сакура смотрела на улицу из тёплого дома. Знаете, то ощущение уюта, когда на улице холодно и противно, кожей чувствуется холод капель дождя снаружи, а ты отряхиваешься, одёргиваешь себя и вспоминаешь с облегчением, что ты не на улице, а дома, в тепле и уюте. Дом наполнен звуками тихой музыки, острые края сладкого дыма, клубящегося на кончике тонкой палочки благовоний разрезают мягкий сумрак, почему-то пахнет чаем и корицей. Тепло. От дыхания Сакуры на окне появляются влажные пятнышки. Они будто слезятся от тепла, каплями растекаясь по стеклу. Стук в дверь прерывает дремоту японки. Тихо, не произнося ни единого слова, она ступает ногами в мягких носочках по холодному полу. За дверью стояла вымокшая насквозь знакомая девушка. - Нене? Китаянка кивает, непривычно тихая и спокойная. Даже не кидается обниматься. Кто знает, что у неё на уме. - Разреши?.. - она тихо смеётся, Сакура отступает и пропускает Ван Чун Ян в дом. Закрыв за ней дверь, японка молча кидается к шкафу и отрывает там нечто более или менее неофициальное. - Переоденься, - тихо вздыхает она. Дыхание китаянки - буквально облачка пара, так она замерзла. Ван Чун Ян почему-то застыла. Сакура взяла её за руку и осторожно проследила за её взглядом. Китаянка смотрела на фоторамку. Страны Оси - Аличе, Моника и, собственно, Сакура. Обнимаются. Моника и Сакура даже попытались изобразить подобие улыбки, скрывая неловкость. Китаянка улыбается и снимает, наконец, обувь. - Не против, если я здесь задержусь ненадолго? Сакура отрицательно качает головой. Собеседница вежливо кланяется и принимает предложенную одежду. А потом безо всякого стыда переодевается прямо на глазах у мгновенно покрасневшей японки. - Ч-чай готов... - неловко сообщает Сакура и несётся на кухню, скрывая лицо. Впрочем, она скоро возвращается с двумя кружками тёплого напитка. Ван Чун Ян сидит на полу и завороженно смотрит на дымок благовоний. Вздыхая, Сакура укутывает её в два одеяла (все, что нашла). - Дурочка. - А вот и нет! - китаянка "оттаивает" потихоньку и тут же обнимает смущённую японку. А та не двигается, боясь спугнуть эти неосторожные объятия. Дождь за окном постепенно прекращается. Ночь накрывает Японию. Сакура греет в своих руках ладони Ван Чун Ян, причём уже долго и невольно, она сама не заметила, когда была околдована озорным взглядом китаянки. Звёзды молочными каплями растекаются по небу. "Сегодня ведь...?" - Пойдём! - Ван Чун Ян тащит за собой Сакуру. Та не сопротивляется. Бесполезно же. - Счастливой Танабаты, - позже шепчет китаянка, глядя на звёзды вместе с Сакурой и вовлекая её в мягкий поцелуй. - Счастливой... Танабаты... Нене... - выдыхает Сакура. С неба срывается звезда.