Призрак в Щока Сонджуки

Звёздная ночь навевала на мысль о прогулке на свежем воздухе, но Гину было не до прогулок, и даже не до сна. Учитель рассказал страшную историю о привидениях, и теперь мальчик не мог сомкнуть глаз. Никто не знал, что Саката до жути боится призраков и прочей нечисти, и докладывать кому-либо о своих слабостях маленький самурай не хотел. Но, что же тогда делать? Не спать по ночам? Сидеть в углу и дрожать, шарахаясь от каждого шороха? Нет, так дело не пойдёт! Саката должен, просто обязан, что-то придумать! Идея пришла быстро, но ради её воплощения в жизнь, придётся поступиться с гордостью, но что поделать! Страх сильнее, да и спать кучерявый самурай любил и не желал отказывать себе в этом маленьком удовольствии. Когда все улеглись, Гинтоки проскочил на кухню, сделал там своё чёрное дело, и тихонько прокравшись в комнату к учителю, нагленько пристроился рядом с ним. Прижав меч, подаренный Ёсидой к своей груди, Гинтоки сладко засопел. От учителя пахло мёдом и сакурой, а эти запахи всегда умиротворяли мальчишку. Мужчина был тёплым и дарил самураю чувство защищенности, поэтому никакие кошмары ему не снились. Шое не спал. Прокравшийся к нему поздно ночью ученик вызывал умиление и неконтролируемую глупую улыбку, которая никак не хотела сползать с губ мужчины. Он пригладил кучерявые волосы и прикрыл глаза. Будет ли он дразнить ребёнка испугавшегося страшной истории? Конечно же, нет. Он же взрослый и должен вести себя подобающе. К тому же, кто из нас в этом возрасте ничего не боялся?

***

Кацуре не спалось. Половицы скрипели, а из соседней комнаты доносился жуткий храп. У мальчика было ощущение, что рядом пробегали стадо слонов. Призрак, разгуливающий по деревенской школе, никак не выходил из светлой головы юного дарования. Учитель воистину удивительный человек. Знает так много и даже вроде бы обычные истории рассказывает настолько жутко, что глаз потом не сомкнуть и на каждом шагу мерещатся привидения. Чтобы как-то отвлечься и выкурить из головы глупые мысли, Котаро отправился на кухню — лепить онигири. Это всегда успокаивало его нервы. Когда он зашёл в помещение и включил свет, то обалдел. На кухне творился настоящий погром. Весь пол был залит водой, а продукты раскиданы по всюду. Маленькому самураю стало не по себе. Неужели и в самом деле и у них в школе завёлся призрак? Ведь кто ещё? Какой вандал был бы способен на подобное? А если учесть, что все ученики Щока Сонджуки в курсе, что за такие провинности может им устроить учитель — то таких самоубийц в додзё точно не сыскать. Остаётся только один вариант — призрак. Призрак соскучившийся по настоящей еде. Кацура поёжился. Нет. Да так не бывает! Но страх липкими щупальцами проникал в Котаро всё глубже, заставляя его ноги нестись в сторону спален. Мальчик и сам не заметил, как оказался возле покоев Гинтоки. Открыв сёдзи, он во второй раз обомлел — вся комната Сакаты была в воде, а кровать раскурочена. Самого кучерявого самурая нигде не было. — Неужели его похитил призрак? — страшная мысль озарила Котаро. Нервно сглотнув, он побежал к мирно спящему Такасуги.

***

Шинске не мог заснуть. Он крутился и так и эдак, но Морфей к нему в гости заходить не желал. И как спрашивается ему без него попасть в страну грёз? Одеяло мальчика не грело, футон был почему-то жестким, хотя раньше он на него не жаловался. Из открытого окна дуло, и самурай его закрыл, но тогда стало душно. В комнате было слишком темно, а включать свет он не решался, чтобы никто не подумал, что Такасуги Шинске чего-то боится. — Блин, и что делать? — спросил мальчик у потолка. К сожалению тот ему не ответил, и тому пришлось мучиться и решать свою проблему самому. Устало вздохнув, мальчишка отправился в гости к учителю. Может, хоть он сможет прогнать его глупые мысли? Открыв сёдзи, Шинске застыл в культурном шоке. Перед его очами предстала воистину ужасающая картина, из-за которой ненависть, вместо крови начала течь по венам мальчика. Удобно устроившись в объятиях мужчины сопел Гинтоки. Этот кучерявый метатель козявок нагло дрых рядом с Шое, когда как он страдал от бессонницы! Но более страшная мысль терзала воспалённый и не отдохнувший из-за отсутствия сна мозг мальчика, — а вдруг это учитель пригласил Сакату под своё крыло? Значит ли это, что Гинтоки его любимчик? Вот это уже не странно, ибо Ёсида всегда по особому относился к кучерявому проходимцу! Но Такасуги ведь тоже ученик самурая! Какого хрена его никто не приголубил, когда как этот мелкий прохвост нежится в родных объятиях! Лютая ревность охватила Такасуги. Он решил что во, чтобы то ни стало, завоюет любовь Шое и заставит Гинтоки заплатить за это чёрное чувство, что поселилось в его груди.