Право на месть.

POV – Идзаки Шун Раздумья… Вот что нас убивает. Мы мучаемся, маемся, не находим себе места, не можем нормально спать, да что там,– нормально существовать не можем, потому что мысли убивают нас изнутри. Они разъедают душу, заставляют сердце биться быстрее или вообще замирать. Около недели, я делаю всё, чтобы не попадаться на глаза Ри Урушибару, я шарахаюсь в сторону, когда он идёт, я стараюсь не смотреть, даже не дышать в его сторону, никоим образом не напоминать ему о своём существовании. Ведь если только он кому-то расскажет о том, что произошло, вся моя жизнь рухнет. Мало мне собственных терзаний, так к ним ещё добавятся слухи, чужие рассуждения, обидные слова. Я не знаю, что на меня тогда нашло… Честно, не знаю. Какое-то мгновенное помутнение рассудка, хотел ударить, а вместо этого поцеловал. Это было страшно, страшно представить себе, что ты, нормальный парень, которого всегда привлекали девушки, поцеловал парня, и в добавок к этому, тебе, кажется, понравилось. Много всего передумав, я всё-таки решил поговорить с Ри, и настойчиво объяснить ему, что не стоит об этом маленьком инциденте никому рассказывать, достаточно того, что о нём знаем мы двое, хотя и нам, лучше бы забыть об этом и никогда не вспоминать. Я узнал, где живёт Ри и решил, что отправлюсь к нему в выходные, буду ждать его у дома сколько понадобиться, ведь должен же он куда-то выходить, не может быть такого, чтобы сидел целыми днями. Решил и сделал. Утром в субботу мне не спалось, поэтому я встал рано и пошёл караулить Ри к дому, хотя и понимал, что так рано, в свой выходной куда-то пойти может только сущий кретин, и я судя по всему, именно им и являлся. Около дома Урушибару я оказался в 8 утра и занял выжидательную позицию в подворотне. Часа два ничего не происходило, я уже начал засыпать, но тут к нужному мне дому, подъехало такси. Через несколько мгновение дверь дома распахнулась и оттуда вышли двое – парень и девушка. Со спины было не очень понятно кто этот парень – Рё или Ри, хотя я больше склонялся к тому, что это всё же первый, а вот девушку я не знал. Она повернулась и я, наконец, смог разглядеть её. На ней были туфли на невысоком каблуке, юбка чуть выше колена, блузка цвета морской волны, на которую сверху был накинут коротенький пиджачок, волосы её были стянуты в тугой высокий хвост. Её нельзя было назвать красивой, но вот привлекательной – несомненно. Мой взгляд замер на её лице и я поражённо застыл. У девушки была рассечена бровь, правая бровь, точно так же, как она была рассечена у Ри, моими усилиями, и сейчас у меня не осталось сомнений, что это и был Ри, а точнее была. С моих губ сорвался слабый стон, и я прислонился лбом к холодной стене. Теперь всё стало ясно. Понятно мне стало, почему я её поцеловал, видимо каким-то чудом почувствовал что-то, понятно почему мне это понравилось, и понятно почему показалось, что она ответила на поцелуй. Кстати, думаю, что не показалось, а на самом деле ответила, наверное, рефлекс сработал, но просто вовремя опомнилась. Одно радовало точно, со мной всё было в порядке, я не был каким-то ненормальным. Чувство беспокойства, терзавшее меня все эти дни, стало потихоньку отпускать. Теперь я не меньше хотел поговорить с ней, даже больше, и скорее не поговорить. Откровенно говоря, мне было плевать на мотивы ей поступков, я просто понял, что меня к ней тянет, тянет как магнитом. Сегодня я просто ушёл от их дома, решив перехватить её в понедельник, по дороге в школу. Все выходные я был будто сам не свой. Всё думал, как лучше с ней поговорить, что сказать, и стоит ли вообще, что-либо говорить. К понедельнику я уже точно знал, что буду делать. Утром я немного проспал и поэтому торопился, боялся, что она пройдёт мимо нужного мне тупика раньше, чем я успею там обосноваться, но моим опасениям не суждено было сбыться. На улице она появилась буквально через 5 минут после меня, и вот, когда она проходила мимо места, где я стоял, я схватил её за руку и затащил в тупик. Она сначала не поняла, что происходит, и попыталась меня ударить, но я ждал этого, поэтому успел увернуться. Позже её глаза привыкли к полумраку и она, наконец, увидела меня. - Идзаки… - зло прошипела она, глаза её горели праведным гневом, а подбородок слегка подрагивал от напряжения. - Я всё знаю, - шепнул я ей на ухо, подавшись вперёд. Я не стал больше ничего говорить, просто не посчитал нужным. Я ещё ближе придвинулся к ней и поцеловал. Я почувствовал как она кулаками упёрлась мне в грудь, попыталась оттолкнуть, а потом… потом на мгновенье замерла, будто раздумывая, что же со мной делать, и внезапно ответила на мой поцелуй. Честно сказать, я ожидал такого развития событий, но вместе с тем боялся, что она просто сбежит, скажет, что я придурок и сбежит. Мне показалось, что мы целовались вечность, так хорошо мне было, но тут я снова почувствовал, как её ладонь требовательно упирается мне в грудь и немного отодвигает от себя. Я нехотя оторвался от её сказочно манящих губ и недовольно на неё посмотрел. - Мы опоздаем в школу, - улыбнувшись, сказала она. – Предлагаю продолжить позже, - после этих слов она мне подмигнула, поправила слегка растрёпанные волосы, и покинула наш тупик, направившись к школе. - Чёрт, - тихо пробормотал я себе под нос и бросился её догонять. Про школу-то я совсем забыл. На тот момент существовали только мы с ней и больше никого вокруг, и если бы она не спустила бы меня на эту грешную землю, то я мог бы простоять так весь день, прижимая её к себе и целуя бесконечное множество раз. На уроках было откровенно скучно, и я вообще не понимал, зачем мы всё-таки припёрлись в школу, могли спокойно прогулять, никто бы даже и не заметил. Я не проявлял к ней никакого внимания, вёл себя как всегда в последнее время, делал вид, что её не существует, так было проще. Я боялся выдать сам себя, если начну смотреть на неё, а этого делать было нельзя. Никто не должен был узнать, что он – это на самом деле она, иначе к ней бы появилось слишком много вопросов, и сомневаюсь, что на все из них она смогла бы ответить. Она, кстати говоря, тоже не обращала на меня никакого внимания. На переменах общалась с Гэндзи, заходившим к нам в класс, точнее как общалась, слушала весь тот бред, который он городил, и молча кивала. Такия уже привык, что Ри мало говорит, и не требовал ответов. Я еле дождался окончания уроков, и вопреки ожиданиям, своих товарищей, не пошёл с ними на крышу, а поспешил поскорее покинуть школу, пытаясь успеть за удаляющейся спиной Ри Урушибира. Я медленно шёл за ней, спешить было некуда, адрес её я знал, а ей ещё надо было переодеться, что значило, что ждать её всё равно придётся. Вопреки моим ожиданиям, собралась она довольно быстро, и из дома выпорхнула минут через десять, тогда как я уже приготовился ждать её не меньше, чем полчаса. Она заглянула в подворотню, в которой я скрывался от посторонних глаз, и улыбнувшись посмотрела на меня. - Ну что, Монтекки, пошли? Капулетти ещё не вернулся, прятаться не от кого, - усмехнулась она, и я заметил как её в глазах пляшут огоньки, эта ситуация явно забавляла её. Я улыбнулся ей в ответ, взял её за руку и потащил прочь с улицы, на которой она жила. Сравнение с Ромео и Джульеттой рассмешило меня, но вместе с тем заставило задуматься. Действительно аналогию можно было провести, только вместо семей – школы,а вместо убитого брата – друг. Мы долго гуляли по улицам Токио, держались за руки и целовались, изредка что-то обсуждали и дурачились. Прохожие на улице, видя нас, могли подумать, что мы такая же парочка, как и сотни других. Они не знали какие у нас отношения, что происходит, просто видели, как мы ведём себя и им всё становилось ясно. За весь вечер я ни разу не задал ей вопросов про школу. Я понимал, что она может быть засланной из Хосена, понимал, что всё это скорее всего не спроста, что девушки просто так не поступают в мужские школы под видом парней, понимал, но ничего не мог с собой сделать – мне просто было хорошо с ней. Я догадывался, что если сейчас спрошу её о чём-то таком, то взгляд её сразу потухнет, становясь пустым, а она просто развернётся и уйдёт. Я решил, что всему своё время, если захочет, то когда-нибудь сама расскажет, зачем появилась в Судзуране. Она же, в свою очередь, тоже не задавала мне никаких вопросов о школе, так что разговаривали мы в основном на отстранённые темы, да и то немного. Мне казалось, что все слова в мире стали лишними, что они не помогали, а только мешали. Молчать с ней было не тяжело, а наоборот приятно, радостно осознавать, что есть люди, с которыми есть о чём помолчать. Она не была такой как все, в ней была загадка, тайна, которая манила к себе, и которую так хотелось разгадать. Допоздна задерживаться не стали, всё-таки дома был брат, и вряд ли бы он обрадовался, увидев свою сестру со мной. К её улице мы подошли где-то около 10, было уже темно и весьма прохладно, от чего она прижималась ко мне сильнее, чем позволяли приличия. До самого дома, провожать её я не стал, не хотел, чтобы меня увидели, поэтому на прощание я поцеловал её в начале улицы, и там и остался стоять, наблюдая, как она идёт к дому. В её доме горел свет, там её уже ждали, и, наверное, даже нервничали. Она открыла калитку, прошла по ухоженному саду и, наконец, скрылась за дверью собственного дома. Я ещё не много постоял, издалека смотря на дом, а потом развернулся и пошёл к себе. Я жил в нескольких кварталах отсюда, идти пешком было довольно прилично, а значит, у меня было много времени на раздумья. POV – Ри Урушибара Родители… Мы так скучаем по ним, хотя и привыкли, что уже много лет они живут далеко. Мы рано повзрослели, нам волей-неволей пришлось повзрослеть, когда мы оказались предоставлены сами себе. Нет, конечно, к нам приходили учителя, нас навещали родственники, но, по сути, мы всё равно всегда были только вдвоём. Мы рано стали самостоятельными, научились принимать решения сами, научились обустраивать свой быт, научились всему тому, чего многие в нашем возрасте ещё не умеют. С приездом родителей в доме всегда появлялась другая атмосфера, становилось тепло и уютно, но мы знали, что к этому не стоит привыкать, они скоро снова уедут, а мы останемся. Конечно, находясь дома, они пытались нас воспитывать, что слегка бесило. Мы привыкли к определённому образу жизни, у нас были какие-то свои правила в доме, но мама с папой, разумеется, пытались навязать нам свои. Мы не обижались на них и даже не ругались, мы просто знали, что когда они уедут, всё снова будет по-старому. Какое счастье, что у меня есть брат, ведь если бы его не было, я бы оставалась в пустом доме совсем одна, а так, я знаю, что по нему бродит моя копия, да ещё и мужского пола. Я могу быть уверена, что если вдруг что-то случится, то он сможет постоять не только за себя, но и за меня. С двенадцати лет мы начали жить только вдвоём, не подумайте, что наши родители были какими-то неответственными. Нет, за нами присматривали тётя с дядей, жившие по соседству, к нам ходили учителя, у нас всегда были деньги на еду и любые другие необходимые нам вещи. Родители старались обеспечить нам с братом такую жизнь, в которой мы могли бы себе ни в чём не отказывать. Я могла себе позволить любые шмотки, какие захочу, а брат всевозможную технику. По хорошему он мог покупать себе хороший алкоголь и качественные сигареты, но вот парадокс, он не курил и практически не пил. Рё предпочитал всегда находиться в ясном состоянии рассудка. Жили мы с ним всегда замкнуто, гости у нас бывали не слишком часто, да и то, всегда одни и те же люди, посторонних мы к себе не подпускали. Надо сказать, мы были весьма избирательны в выборе круга общения. До поступления Рё в Хосен, ни с кем кроме соседей и одного единственного друга Рё, мы не общались. Да и в Хосене Рё не обзавёлся большим количеством друзей - ему это было просто не нужно. Мы оба не нуждались в постоянном общении. Брат с детства занимался борьбой, а в Хосене всегда ценили силу, потому он и попал в круг приближённых к главе школы. На удивление, он быстро нашёл общий язык с лидером и его правой рукой, хотя я этого совсем не ожидала. Сначала в нашем доме стал появляться Наруми, ну а потом, уже позже, не редким гостем стал Макио. Я всегда была ещё более нелюдимой и отстранённой, чем брат, и так как своих друзей у меня не было, то начала общаться с его приятелями. Я быстро влилась в их компанию, я умела выслушать и при этом мало говорила сама, парни это несказанно ценили, может поэтому и держали пи себе. Некоторое время спустя, начался мой роман с Макио, начался как-то неожиданно для нас обоих. Всё хорошее рано или поздно заканчивается, вот и выходные подошли к концу. Родители уехали, в очередной раз пообещав, что скоро снова приедут, но мы то знали, что это скоро, наступит не раньше, чем через полгода. Мы не винили их в этом, понимали, что будь их воля, они бы вовсе не уезжали, но работа требовала иного. Почему выходные всегда так быстро заканчиваются? Опять понедельник… Опять идти в эту проклятую школу, снова не быть собой, ждать удара в спину, вечно обороняться, пытаться держать лицо, не реагировать на подколы, не обращать внимания на других, а просто терпеливо ждать…ждать конца дня. Боже, за что? Усталость снова накатывала волнами, хотелось всё бросить и убежать, куда глаза глядят, но нельзя. Оставалось только снова и снова повторять себе «Ты сильная, ты сможешь». Очередное утро выдалось на редкость солнечным, что было удивительно, так как уже неделю, не переставая, лил дождь. Я влезла в форму Судзурана, привычно выпрямила волосы, нацепила очки и покинула уже пустой дом. Рё сегодня куда-то торопился, поэтому ушёл раньше. Я шла по улице нарочито медленно, надеясь что, что-нибудь случится и занятия на сегодня отменятся. Идти в школу до отвращения не хотелось, но я ничего с этим поделать не могла. Я настолько провалилась в свои мысли, что для меня стало неприятной неожиданностью, когда кто-то бесцеремонно схватил меня за руку и затащил в какой-то тёмный переулок. Я уже приготовилась драться, но тут мои глаза привыкли к полумраку, и я различила знакомые черты лица. - Идзаки… - зло прошипела я, готовая чуть ли не глаза ему выцарапать. Да какого чёрта он делает? Что себе позволяет? - Я всё знаю, - прошелестел он около самого моего уха, придвигаясь ближе ко мне. Он резко сократил то маленькое расстояние, которое нас разделяло, и уволок меня в пучину поцелуя. Я упёрлась кулаками ему в грудь, хотела его оттолкнуть, возмутиться, но тут до меня дошёл смысл его слов. Он целовал меня как девушку, не знаю откуда, но он знал кто я. На мгновение я замерла, а потом поддалась ему и стала отвечать на поцелуи. Я почувствовала острый укол ностальгии в подсознании. От него пахло сладковатым парфюмом, смешанным с терпким запахом сигарет, этот запах будоражил воспоминания. У меня было ощущение, что какой-то волшебник разрешил мне на миг, окунуться в прошлое. Для меня сейчас не существовало ничего, кроме собственных ощущений, я находилась где-то далеко, но всё же разум колко напомнил мне о том, что занятия никто не отменял, и на учёбу идти надо. Я слегка надавила ладонью ему на грудь, как бы оттесняя его. Он, с тяжёлым и полным недовольства вздохом, оторвался от меня. - Мы опоздаем в школу, - улыбнувшись, произнесла я. – Предлагаю продолжить позже, - после этих слов я дерзко ему подмигнула, поправила слегка растрёпанные волосы, и, не дожидаясь ответа, поспешила по направлению к школе. - Чёрт, - тихо пробурчал он себе под нос и кинулся меня догонять. Видимо Шун, в отличие от меня, совсем забыл про школу. День прошёл как-то странно спокойно. Никто меня не доставал, не наезжал, не лез в драку, было ощущение, как будто все договорились и решили оставить меня в покое, что несказанно радовало. На переменах к нам в класс постоянно заглядывал Такия и всё время мне что-то рассказывал, я делала вид, что его слушаю, хотя мыслями была где-то далеко. Хорошо, что он не требовал от меня ответов, и, удовлетворялся одним лишь кивком головы, в знак согласия с тем, что он говорит. Уроки пролетели быстро, и вот я уже снова шла по улице, мимо той самой подворотни, только на этот раз уже домой. Я не оборачивалась, но знала, что Идзаки на отдалении следует за мной. Я буквально спиной чувствовала его взгляд. Я не стала заставлять его долго себя ждать, и быстро переодевшись, выпорхнула из дома. Как я и предполагала, он стоял в темноте подворотни, прямо напротив моего дома. Я заглянула туда и весело посмотрела на него, настроение было на редкость хорошим. - Ну что, Монтекки, пошли? Капулетти ещё не вернулся, прятаться не от кого, - усмехнулась я. Не знаю почему мне в голову пришло такое сравнение, но мне вдруг показалось, что ситуация до смешного похожа на ту, что когда-то описывал великий Уильям Шекспир. Он улыбнулся мне в ответ, схватил меня за руку и потащил прочь. Погода стояла отличная, и мы просто гуляли по улицам. Ностальгия пришедшая утром, не оставляла меня. Так уже было…было когда-то давно. Что меня сильно порадовало, так это то, что он не задавал мне вопросов о школе, он старательно обходил эту тему стороной, за что я была ему очень благодарна. Не хотелось портить вечер ни себе, ни ему. Допоздна бродить по улицам мы не стали. Я знала, что Рё начнёт нервничать, а мне это было не нужно. Около десяти вечера мы уже были на моей улице. Идзаки осмотрительно не стал провожать меня до самого дома, а остался наблюдать, за тем как я доберусь до своей калитки, под тенью деревьев в самом начале улицы. Я быстро прошла по улице, нырнула в нашу калитку, пробежалась по саду и, наконец, оказалась в доме. Я беззаботно скинула с себя плащ, и радостно впорхнув на кухню, так и застыла на пороге. На нашей кухне сидел Наруми и явно меня ждал. Ох, и не понравилось мне его серьёзное выражение лица. Он резко встал со стула, подошёл ко мне и сбивчиво стал говорить мне о том, как ему было со мной хорошо, и что он бы хотел, чтобы я стала его девушкой. В течение нескольких минут я могла лишь изумлённо хлопать глазами, но потом оцепенение спало, и я смогла заставить себя ему ответить. Я постаралась, как можно мягче объяснить ему, что те выходные, которые мы провели вместе, ничего не значат, что это был всего лишь секс, и ничего больше, что он мне ничего не должен. После моих слов он дёрнулся от меня так, будто я его ударила, поднял на меня ничего не выражающий взгляд, горько усмехнулся и ушёл, тихо закрыв за собой входную дверь.