Шагнуть за грань

Подвал дома, где-то в трущобах. — Подъём! — хриплый голос Онса никак не походил на райское пение птиц. — И что тебе неймётся? — лениво спросил Ильмари, высовывая нос из-под одеяла. Рядом тихо сопел пригревшийся Микаэль, по трубам журчали стоки, с улицы слышался чей-то крик, ругань и оскорбления. Привычные и надоевшие до оскомины звуки, Ильмари радовался, что теперь у него есть опция фильтрации нежелательных звуков. Оказалось, так удобно слышать только то, что хочешь, отсекая всё несущественное. Он постепенно выяснял свои возможности, методом проб и ошибок выбирая самые безобидные. Жизнь в подвале на положении бродяги была куда проще и в то же время сложнее, той, прежней. Сейчас ему не нужно было всегда держать маску, улыбаться, уметь лавировать между вопросами репортёров. В прошлом остались диеты, здоровое питание и… любовник. Ильмари этому только радовался, мечтая, что больше никогда в жизни не увидит его холёное лицо, алчный взгляд и брезгливо поджатые губы. Герр Тикофф, нефтяной король, был большим затейником и о его тайных пристрастиях ходили легенды. И только очень узкий круг лиц знал, что те, кто мечтает встать рядом с ним на правах фаворита, очень сильно могут пожалеть. Нет, он не был жестоким, но очень любил унижать зависимого от него человека, неважно кто это, прислуга, служащий или любовник. Жизнь в подвале была гораздо спокойнее, заботиться нужно было только о пропитании здесь и сейчас. И ещё о Микаэле с Онсом. Старик бродяга умудрился привести в свою нору потерянного парнишку–общинника и киборга. Правда, о том, что Ильмари не человек никто не знал, но жить в одном месте рядом с парнем, ненавидящим таких, как киборги было трудно. Приходилось скрывать всё или почти всё. Иногда, Ильмари жалел, что ушел из дома Арьи, там он, хотя бы, был в безопасности. — Солнце встало! Пора на промысел! А то жрать нечего будет! — кричал Онс, хлопая рукой по матрацу. — Не кричи, мы уже поднимаемся, — проворчал Ильмари, стряхивая с себя сонное оцепенение. Почему-то когда было холодно, он спал дольше, а ночи к концу лета стали куда холоднее, чем раньше. Подумать только, он провёл в трущобах уже не один месяц, скоро придёт зима, станет совсем неуютно. Киборг прикинул, стоит ли перебираться куда-то южнее, но пока это было неосуществимо: пару недель назад Онс удирал с добычей от конкурентов, поскользнулся и сломал ногу. Теперь старик сидел «дома», а Ильмари уходил на промысел, оставляя его под присмотром Микаэля. Киборгу было проще найти еду, легче скрыться от таких же бродяг, а после одной жесткой драки в их подвал старались не заходить без дела. Одно было плохо — появившиеся на стенах, столбах, щитах объявления о розыске пропавшего человека, Ильмари Лехто с его фотографией. Пока спасало только то, что фото было из той, прошлой жизни, на него смотрел холёный красавец с равнодушным взглядом, а по улицам бродил оборванец, зыркающий на всех из-под засаленной чёлки. Но долго так продолжаться не может, рано или поздно его узнают и что тогда будет не смог бы предугадать никто, даже самый продвинутый аналитик. Проверять это Ильмари не собирался: в памяти постепенно всплывали такие моменты, о которых хотелось забыть раз и навсегда. — Холодно, — постукивая зубами, проговорил Микаэль, выбираясь из-под одеяла. — Да, это тебе не особняк какого-нибудь богача, — хмыкнул Онс. — Я бы согласился и на хижину, — заметил Ильмари, потягиваясь. — Благородный муж, привязанный к домашнему уюту, недостоин зваться таковым, — поднял вверх палец бродяга. — Да-да, мы всё поняли… — смеялся Ильмари, поднимаясь по лестнице, старик, к месту и ни к месту, цитирующий Конфуция, был самым забавным человеком, встреченным на его пути. *** Полицейский участок №13 — Что-то у нас затишье, надеюсь надолго. — Это потому что в Иматру футбольный матч и все уехали туда, — ответил Арья, уже привычно выбивающий пулеметную очередь на клавиатуре. — Хорошо-то как! — Вот вместо того, чтобы потягиваться, лучше бы отчёт написал. Потом снова в последний момент делать будешь. Сам напортачишь и нас задёргаешь. — Ты зануда, Арья! Знаешь об этом? — Спасибо, что сказал. Трель видеофона прервала содержательную беседу, и Матиас с удовольствием смотрел, как тянется напарник, пытаясь достать до трубки. — Инспектор Кёлхан. «Арья! Арья, миленький, приезжай!» — Петра? Ты где? «В туалете, я тут прячусь!» — От этого… твоего поклонника? «Да! Арья, он бешеный, пожалуйста, помоги!» — В каком ты туалете? Дома? «Да!» Матиас уже не смеялся, внимательно глядя на напарника, по обрывкам разговора он уже понял, что с Петрой что-то неладно. — Сиди там, мы выезжаем! — Петра? — Да, вот чуяло моё сердце, что с этим её спортсменом не всё ладно. Так нет же, любит она его, видите ли. Петра жила недалеко в служебной квартирке на втором этаже. Чистенькая лестница привела к закрытой двери, на стук никто не отозвался и Матиас уже присматривался к замку, сможет ли выломать его, когда Арья остановил его. — Погоди, ты карауль этого ублюдка здесь, а попробую попасть в квартиру через окно. — Через окно? У Петры нет балкона, а это второй этаж. — Знаю, зато есть козырёк над крыльцом. Ты здесь, я там. Всё, я пошёл. Козырёк действительно был, вот только окна квартиры Петры находились немного дальше. Киборг оглянулся, темнота распугала обывателей, и свидетелей не было, времени ждать — тоже, мало ли что сейчас происходит. Он подпрыгнул, зацепился за козырёк, подтянулся. Пара мгновений и вот Арья уже идёт вдоль стенки по узенькому карнизу. Окно, куда он торопился было тёмным, видимо все события происходили в другом месте. Для киборга не составило труда проскользнуть через форточку в кухню. В глубине квартиры слышались глухие удары, словно кто-то долбился в закрытую дверь. Арья пошёл на звук, и вскоре перед ним во всей красе предстал яркий образец самца мужского пола, мощные мышцы бугрились под кожей, когда тот отжимал двери, пытаясь добраться до поскуливающего от ужаса транса. — Сука… какая же ты сука… — Простите, вы не знаете, как пройти в музей Изобразительного искусства? — вежливо спросил Арья. — А? — В музей, говорю, как пройти? — Чего? Арья вздохнул и одним ударом вырубил незадачливого поклонника. Здоровенная туша кучкой стекла вдоль стеночки, а киборг, переступив через бессознательное тело, постучался в двери. — Петра? Это я, открой. Щелчок и Арья обнимает зарёванного транса в разодранном платье, синяк в пол лица, разбитые губы. — Это он тебя так? — Угу, — всхлипнула Петра. — За то, что ты не девушка? — Да… — Эх, горе моё, я же просил тебя, скажи раньше, не доводи до греха. — Ыыыы… — Идём, возьми с собой что нужно и пошли отсюда. — Куда? — Ко мне. — Нет, — замотала головой девушка, — я лучше домой поеду, там мама, она… ну… — Хорошо, говори, куда, я тебя отвезу. Отвезти, по закону подлости не получилось: вызов вернул Арью с Матиасом на работу, а Петру ребята отправили на такси, велев позвонить сразу, как только за ней закроется дверь. А бессознательного поклонника увезли в участок, немного промыть мозги, чтобы не махал руками направо и налево. *** Дом Арьи Кёлхана. — Ханс, я дома! Навстречу хозяину вылетела Рыся, уже большая, почти сравнявшаяся со взрослым зверем, но ещё игривая, как котёнок. За ней спешил братишка, злой, как куча маленьких рысят, потрясая солидным тесаком, в забрызганном кровью фартуке и куском мяса в руке. — Ты что? Завалил лося? Или открыл охоту на Рыську? — Ты представляешь, эта зараза стащила кусок вырезки. Мы остались без ужина, — возмущённо говорил Ханс. — Что, совсем? — ужаснулся в шутку Арья. — Нет, — уже немного успокоившись, проговорил парень. — Но завтра мне придётся что-то придумывать, стейки отменяются. — До завтра ещё дожить нужно, — отмахнулся киборг, — ты меня сейчас накорми, а то я готов Рыську съесть. — Она невкусная. Пошли, я там печеночные оладьи сделал. Тёплый свет лампы, накрытый к ужину стол, пушистая Рыська, вкусные запахи — Арья расслабленно откинулся на стену. Дом… настоящий, как в детстве, ещё до того, как на них свалилось это проклятое богатство. Он до сих пор помнил, запах пирогов, испечённых матерью, громкий голос отца, уют и покой. — Слушай, а как ты себя вообще ощущаешь киборгом? Тебе не страшно? — Страшно. — А давно ты… ну как человек? — На шахтах. Я там опять умер, ненадолго. — Ничего так себе… ты ещё и на шахтах был. Долго? — Год, — коротко ответил Арья. Разговор чем дальше, тем меньше ему нравился, вызывал беспокойство, царапал, словно когти Рыськи. Кстати, а куда делась неугомонная котейка? Что-то не слышно её, не к добру это. — А потом ты как на прииске оказался? — продолжал допытываться Йоханн. — Меня нелегально продали на ферму к герру Тапани, там я прожил полгода, потом… там случилось кое-что, и Юхани увез меня в лес, на заимку фермера. Там я пробыл до весны, а уже после пришёл на прииск. — Погоди, что-то не срастается. Смотри, Арья умер почти пять лет назад, а я насчитал только три: год на шахтах, год на ферме и год здесь, ну или почти год. А где еще два года? — Два года? — растеряно переспросил Арья. — Не знаю. Я был на шахтах… я помню год на шахтах. И… и знаю, что всего прошло пять лет. Почти пять лет. — И? — Не понимаю. Я помню год, а знаю, что прошло три. Как? Куда пропали два года? — Ты их совсем не помнишь, да? — Нет. Совсем. Штольни, тележки с породой, киборг впереди, у него всегда были грязные ноги, вечно сбитые колени и руки, спина болела, а вечерами глаза аж выворачивало. — Почему? — От ночного зрения, — пояснил Арья. — Странно… и, знаешь, я кое-что умею. — Например? — Знаю, как обращаться с оружием. Не абстрактные понятия, тип, калибр, вес, дальность стрельбы и прочие, а именно, как с ним обращаться. Причем с очень большим количеством видов вооружения. Огнестрельным и холодным. Рукопашный бой. Тоже умею, помнишь, я тебя обезвредил, когда ты ко мне ночью пришёл? — Помню, — фыркнул Ханс. — Такое разве забудешь? А еще что знаешь? — Взрывное дело, — медленно проговорил Арья. — Водить умею, любой транспорт, починить его, медицинские базовые знания — минимум, для оказания первой помощи. То, что я сильнее, а при необходимости и быстрее, говорить, думаю не нужно. — Круто… Арья криво усмехнулся, ему это всё чем-то выдающимся не казалось, напротив, пугало до ужаса. Хорошо ещё, что он успел немного привыкнуть к своим новым способностям. — А… слушай… — Йоханн покраснел, — а как у тебя с сексом? — Не знаю, — пожал плечами Арья. — Что, и не хочется? — в ужасе спросил Ханс. — Ну, почему? Хочется… только… ну, сам посуди, где и с кем? — Мда… проблема. Ведь жениться тебе нельзя, а вдруг она узнает? — Не в этом дело, — покачал головой Арья, — если женщина будет любить по-настоящему, она никому не скажет, но ты подумай сам, какие гены я передам своему ребёнку? И что он унаследует от меня? А вдруг имплантаты передаются по наследству? Нет уж, если я и буду с кем-то начинать отношения, то это будет мужчина. — Да уж! Он точно не залетит! — жизнерадостно засмеялся Йоханн. Арья рассмеялся вслед за братом, радуясь, что хотя бы дома он может быть самим собой, не скрываясь. И подпрыгнул от грохота. Влетевший вслед за ним в гостиную Йоханн присвистнул, разглядывая груду земли, черепков и кусков фикуса. В углу смирно сидела Рыська, делая вид, что уж она-то здесь вовсе не причём. — Ох, ничего так себе! — Да уж. Подобрал я кошечку в лесу. — И что теперь? Фикусу устроим торжественное погребение, Рыське явно попадёт, а убирать кто? Опять я? — Почему? — удивился Арья. — Рыся-то моя. — Да ладно, она давно уже общая. Или мы не братья? Арья усмехнулся, забавно было наблюдать, как парнишка быстро взял в свои руки управление в их маленькой семье, командуя им и зверёнышем. То, что ни тот, ни другая, ему почти не подчинялись Йоханна не смущало совершенно — он одинаково заботливо повязывал шарф на шею киборгу и мыл лапы рыси после прогулки. — Братья, мелкий… — взъерошил он волосы парнишке. — Кстати, я отлучусь на пару дней. — Ты же сегодня только после смены, куда собрался? Надолго? А отдохнуть? — Куда, тебе знать не нужно, — остановил вопросы Арья. — Пока не нужно. И я сказал же — на два дня. Мне нужно. Йоханн дёрнул плечом, намекая, что сейчас-то он уступил, но старший брат не отвертится, выложит всё, как на духу. — Когда отправишься? — Сейчас. — Ты… ты осторожно там, ладно? Киборг только улыбнулся, говорить ему, быть осторожнее? Смешно. Если бы не было так приятно, знать, что ты кому-то нужен. Он вспомнил о Тапани, Анне, Карине… удивительно, но он действительно не один. Звонок видеофона разорвал странную звенящую тишину, Арья не глядя, нажал кнопку приёма, улыбаясь брату одними глазами. Но первые же слова стёрли и эту улыбку и перечеркнули все планы на ближайшее время. — Арья Кёлхан? Нам необходимо встретиться. И нет, отказ я не приму, если вы не хотите, чтобы кто-то узнал о вашей сущности.