Что мне с тобой делать, тихоня?

Новый день для Слепцовой не заладился с самого утра. Мало того, что она проворочалась вчера полночи в постели, в сотый раз прокручивая моменты минувшего дня, так еще и забыла завести будильник. А раз уж биологические часы шатенки совсем хромали, то ее крепкий, но беспокойный сон прервал стук входной двери, заставляя девушку вскочить на кровати, словно ее окатили ледяной водой и, осознав, что сегодня самый что ни наесть будничный день, в спешке рвануть собираться. — Ты еще в пижаме? — удивленно проговорила явно сонная Нина Михайловна, усевшись на небольшой табурет в прихожей и устало стягивая с себя кофту. — Ты же вроде уже скоро выходить должна? — Я проспала, но я успею, не переживай, — проговорила Слепцова, потирая заспанные глаза, но распахнула их, когда мама, встав, пошатнулась и подхватила ее за руку. — Что-то нехорошо себя чувствую, пойду спать скорее, — встряхивая головой, сказала женщина, сделав небольшой шажок. — Мама, ты себя изводишь, — горько произнесла Даяна, но получила на свои слова лишь теплую мамину улыбку и нежный поцелуй в висок. — Не волнуйся, солнце, просто очень устала.  И, придерживаясь за стенку коридора и зудящую голову, Нина Михайловна направилась в свою комнату, а Слепцова, угрюмо вздохнув, ураганом собираться. Отца положили в больницу под присмотр врачей и назначили новый курс лечения, препараты стоили несильно дороже, но мама изводилась на работе и каждодневно заглядывала к Игорю Степановичу. Всяческие порывы Даяны помочь хотя бы с этим пресекались и велено было не отвлекаться от уроков, поэтому настроения на лице девушки не играло, когда она, озадаченная, шла по пришкольному двору, торопливо переступая ногами, дабы второй звонок прозвенел еще с минут пять назад, а пунктуальность шатенки не знала границ, пытливо играя с ее совестью. — Хэй, тихоня, здороваться тебя совсем не учили? Мне взяться за твое воспитание? — перехватывая ручку массивной железной двери, которую собиралась открыть Даяна, ехидно проговорил появившийся из неоткуда Орлов, заставляя девушку вздрогнуть и отчего-то разозлиться. — Меня зовут Даяна! — грубо ответила Слепцова, дернув за ручку, которая, как ни странно, не поддавалась, дабы дверь была крепко вжата парнем, чья сила превышала девичью. — Я знаю, — наклоняясь так, что лицо брюнета находилось в сантиметрах от лица девушки, а тело буквально преграждало ей дорогу, прошипел Никита, а затем вдруг внезапно отстранился и резко дернул ручку на себя так, что Слепцова едва успела отскочить на шаг назад, дабы не поцеловаться с дверью. Орлов усмехнулся, указав девушке рукой на вход и та, скрепя от негодования зубами, вошла в помещение. Нашла же проблем на свою дурную голову. — Кстати, ты меня Никитой тоже ни разу не назвала, я-то к тебе хоть как-то обращаюсь, — развалившись на стуле рядом с переобувающейся девушкой, лениво ответил парень, отряхивая друг об друга от невидимой пыли свои объемные кроссовки. Слепцова оставила данное замечание без ответа, повесив вещи на крючок и двинувшись из раздевалки. — Никита, я опаздываю на урок, — выдохнув, спокойно проговорила Даяна, когда парень перегородил ей выход, - Ты, кстати говоря, тоже. — Похуй. — Ты не пойдешь? — удивленно спрашивает Слепцова, еще непривыкшая к подобным репликам, поэтому вздернувшая головой. Не разговаривали так ни в ее семье, ни в лицее. По крайней мере, она не слышала. — Кайфалом, — потягиваясь, ответил Ник и заливисто зевнул, — А у тебя какой урок? — МХК, — непонимающе ответила девушка. — Хуйня, — махнул рукой Орлов, чуть дрогнув в улыбке, — Погнали в столовой посидим лучше. — Нет, Никита, мне нужно на урок, — едва ли не гордо проговорила Даяна, не понимая, как парень может так глупо прогуливать уроки и шагнув в сторону, но ее перехватили на полпути, развернув к себе лицом и прижимая спиной к стене. — Какого ты меня вчера так нагло проигнорила? — ухмыляясь, ехидно проговорил Никита на таком коротком расстоянии от лица шатенки, что сердце ее вмиг забилось от такой непозволительной близости и лицо, будь оно неладное, раскраснелось, ну не привыкла она попросту, — Че у тебя сердце-то так стучит? — Я…я опаздываю! — толкнув парня в грудь, Даяна рванула по лестнице, но за руку ее перехватили, заставляя обернуться. — Про игнор я тебе еще припомню, — откровенно смеясь, высказался Орлов, потянув девушку на себя, но та ловко выдернула руку из цепкой хватки и едва ли не с отчаянием ответила: — Да что ты вообще привязался ко мне?! — Я тебе помогаю? Помогаю, — запрятав руки в карманы своей толстовки, проговорил парень, под конец пожимая плечами, — Надо же и мне как-то с этого развлекаться. Глубоко вздохнув от возмущения, Даяна ничего не ответила и зашагала по лестнице наверх, думая лишь о том, как бы скорее попасть на урок. А Орлов еще с секунду смотрел девушке вслед, а после, бескультурно сплюнув скопившуюся слюну в угол помещения, умчался по лестнице, беспардонно перескакивая через три ступеньки. Когда Слепцова, извинившись за сильное опозданием перед учителем, неуверенно вошла в класс, она ждала подколов или грязных ругательств, но получила лишь множество внимательно наблюдавших за ее шагами глаз и ни одного ехидного комментария. Словно это был не привычный уже противный десятый «Б» класс, а чужой, абсолютно другой. Неужели, этот Никита действительно имеет такое большое влияние? Это странно, но Слепцова решила об этом не заморачиваться, главное, что сработало, вроде как, а этого несносного юношу она как-нибудь вытерпит. Наверное. Не успела шатенка вникнуть в заунывную речь учителя, как оглушающий звонок разразился трелью по коридорам, а ученикам было велено записывать домашнюю работу и быть свободными. Покидав принадлежности в сумку, которую вскоре повесила на плечо, Даяна зашагала на следующий урок, но на выходе из кабинета ее поджидала явно враждебно настроенная Сорокина, что скрестила руки на груди и отбивала по ним ноготками ритм, добавляющий ее образу опасности. — И как тебе это удалось? — Что удалось? — неосознанно попятившись назад, непонимающе произнесла Слепцова, но взрывной характер Юлии не дал ей так спокойно уйти, с силой дернув шатенку на себя: — Не прикидывайся! Думаешь, что теперь от тебя отстанут, да? — злость постепенно перетекала в ехидство, а рука больно сжимала предплечье. — Орёл наиграется в хорошего парня и вот тогда, милая моя ботанка, ты будешь в полной жопе! — Отстань от нее! — вмешался в разговор голос откуда-то справа, заставляя девушек инстинктивно обернуться. — Ты тоже за эту тварь? — ядовито выплюнула Юля, сжимая руку еще сильнее, так что лицо шатенки скорчилось в гримасе боли, а руки машинально попытались отцепить ее от себя. — Отпусти, — предостерегающе сказала Анастасия, настаивая на том, чтобы Сорокина разжала свою руку, — Если Орел увидит, придет в бешенство. — Да брось, ему на всех плевать, он же та еще сволочь, просто ботанка сама еще не знает с какой мразью связалась. — Неправда! — разразился по коридору недовольный крик Слепцовой, что с силой выдернула свою руку из цепкой хватки и довольно резко глянула на собеседницу, не зная, что в конце коридора за перепалкой увлеченно следили двое парней, — Не надо его оскорблять! — Ой, нашлась тут защитница, — усмехнулась Сорокина, перекинув прядь волос с одного бока на другой, — Себя не может защитить, а его рыпается. — Че творит эта новенькая? — высказался в другом конце коридора Варламов рядом с ухмыляющимся другом, — Я нихуя не понимаю. — Я тоже, но она пиздец корышная, — улыбаясь на один бок, высказался Орлов, продолжая смотреть в сторону девушек, которые сверлили друг друга ненавистным взглядом. — Ты не будешь встревать? — удивленно проговорил Денис, когда заметил, как его товарищ двинулся в противоположную сторону. — Не, — помотал головой Никита, пошарив в карманах темных джинс, — Пусть бабы сами разбираются. Школьная жизнь все больше раздражала Даяну, которая выполняла самостоятельную работу на математике и просто чувствовала уничтожающий взгляд на своем затылке. С конца стычки прошло уже полдня, но Сорокина все продолжала ненавистно глядеть вслед шатенке и изредка кидать в ее сторону ругательства. Правда, как ни странно, поддержки эти изречения не находили, дабы собеседники ее тактично отмалчивались. Слепцова, конечно, понимала, что послужило такой разительной переменой, но не могла сдержать минутного ликования в своей душе. Наконец-то она заживет спокойно и сможет учиться! Аллилуйя! Стоило только подумать о возможном спокойствии, как на горизонте показался источник едва ли не всех нервных срывов Слепцовой за последнее время. Жалкая попытка улизнуть незамеченной провалилась еще тогда, когда Даяна только шагнула вправо, намечаясь скрыться за поворотом, а массивная рука перегородила ей этот самый путь. Стоило признаться, что иногда взгляд, брошенный парнем из-под лба, сверкающий чернотой и бездонностью, несколько угрюмых морщинок на переносице и по природе пухлые, но вечно сжатые в узкую полосу губы нередко пугали наивную душу Слепцовой. А если ко всему этому образу приправить несколько ссадин и наполовину рассекающий левую бровь шрам, получалось совсем дико, но было во всей этой кричащей опасности что-то чарующее, завораживающее, что не давало девушке бежать или дрожать от страха. - Эй, че зависла? — пощелкал пальцами перед лицом Даяны парень, угрюмо усмехнувшись, — И куда так спешим, тихоня? — Даяна, — снова попыталась возразить шатенка, но ее грубо перебили: — Да мне похуй, ну так? — Домой, — недовольно ответила Слепцова, пытаясь обойти парня, но тот перехватил ее раньше, беспардонно закинув руку на плечо. — Неправильный ответ, тихоня, неправильный. Спешим помогать товарищу, — ехидно пролепетал парень, раздражая и без того уже взвинченную девушку, которая тщетно старалась скинуть чужую руку, больно давившую на плечо, — Кстати, я еще обещал про игнор припомнить…