Хозяин жемчужины Шанхая

Ирбис* Цзытао разгонялся до ста тридцати километров в час. Чанёля, привыкшего к своему BMW, которого совершенно не заносило даже в такую нелетную погоду, мотало на поворотах. Стартовав вперед Чена, который замешкался на жалкую долю секунды, после нескольких минут прямой дороги без посторонних препятствий, он уже оказался позади противника, а затем, когда попытался плавно войти в поворот, наклоняясь корпусом вместе с байком, затормозился, боясь грохнуться, и понял, что отстает на приличный десяток метров. Нещадно дул ветер в лицо. Чанёль молниеносно опустил стекло шлема на ходу и поднажал. Выжимая все из железного коня, служившего ему единственным помощником, через какое-то время он пристроился на хвосте у Кима. Ву не позволял себе моргать, да и про дышать забыл, зато в голове лихорадочно искал выход. Он не знал, где Эрис, не знал, насколько можно верить Чену (да вообще нельзя было верить, но у него ничего другого не оставалось, как принять вызов и пытаться выиграть). С трудом верилось, что если даже он успеет спасти Эрис, Ким сбросит Синь Инчжу с вышки. Да у него даже не было предположения, во что играл этот байкер! С большими усилиями он набрал Чэня. В наушнике раздался голос, не принадлежащий хозяину телефона. Чанёля чуть не бросило в сторону, однако он быстро справился с нахлынувшим волнением и выровнял курс, не потеряв управление. — Чанёль? — позвали с того конца провода. Чанель тяжело выдохнул, чуть прикрыв глаза и снова набирая скорость. На связи был его брат. — Где вы? — Восточная трасса, — проорал Чанёль, чтобы его услышали. — Недалеко от моста Сюйпу**! Что мне делать? — Куда он тебя заводит? — Думаю, мы пересечем мост, сделаем петлю и вернёмся по старой дороге! — Вы вернётесь к телебашне? — Да, — ответил младший Ву, — он сказал, что Эрис будет там, когда мы вернемся, на самой высоте. — Их нет там, Чанёль. Он заманивает тебя в ловушку. Разворачивайся. Возвращайся! Немедленно! — Мне всё все равно, Фань, — Чанёль почти догнал Чена, — я выиграю время. Немного, но я его дам. Найдите их! Ифань ничего не ответил. Чанёль сбросил трубку и бросился вперед, подрезая своего соперника на самом въезде у моста. Максимально наклоняясь, задевая плечом, Чанёль столкнул на обочину байк Чондэ, которого тут же сбросило на дорогу, и сам выпал из седла, стараясь сгруппироваться. Ирбис проехал ещё несколько метров, повалился и заглох, падая на снег. Чанёль прокряхтел, распахнул глаза и растянулся на грязной от машин дороге. Где-то рядом выругался его противник. Тяжело поднявшись и с еще большим трудом отряхнувшись ушибленными при падении руками, Чанёль оглянулся на лежащего в сугробе Чена. Захромав в сторону мужчины, он приблизился к нему, подавая руку. Как только Чен более-менее твердо стоял на ногах в порванных штанах, Ву со всей силы зарядил ему кулаком в челюсть. Чен повалился на землю, закашливаясь и тихо смеясь. У Чанёля засаднило руку — сбил её в кровь еще когда падал. Кровь потекла на выбеленный тротуар. — Я тебе не верю, — чеканя каждое слово, сказал Чанёль. — Хочешь мне правду сказать? Где девушки? Ким засмеялся. Не просто засмеялся, а захохотал во весь голос. Чанёля это еще больше бесило, чем его напускная бравада и ненужный пафос. Так Ёль понимал, что тот и впрямь лишь тянет время, а в эту секунду, может быть, его беременная невеста в опасности, а он далеко и ничем не может помочь. Единственная надежда оставалась на брата и друзей, которые переворачивают Шанхай в поисках. Чанёль выбивался из сил. Еще раз ударив мужчину, впечатав его в землю, зарывая снегом, прекрасно понимая, что никакого ответа не дождется, он отправился к мотоциклу, чтобы развернуться и поехать обратно на поиски. Это было разумнее, чем пытаться выбить что-нибудь из этого психа. Ему не дали далеко уйти. Чанёля внезапно сбили с ног. Перекатившись несколько раз, он оказался под тяжестью веса Кима, который теперь бил его в лицо. Не жалея кулаков, разбивал ему скулы, а после, выпустив пар, поднялся и врезал носками тяжелых ботинок по коленным чашечкам. Ву взвыл от боли. Его пнули в живот и оставили корчиться на снегу. Ким поднял свой байк, пока Чанёль приходил в себя, пытаясь подняться, завёл мотор и понёсся в обратном направлении, откуда они приехали. Чанёль остался наедине с поглощающим душу страхом и отчаянием, что он все испортил. Однако времени, чтобы сокрушаться, не было. Через «не могу», кровоточащие и ноющие раны, закрывающийся от образовывающегося фингала правый глаз, он поднялся, оседлал свой байк и рванул следом, молясь нагнать не меньше его пострадавшего врага. Пытаясь нагнать, в голове стояла только одна мысль: он не может дать погибнуть не только своей невесте, но и девушке Чэнь Фанмина. Никто не должен сегодня умереть.

***

Эрис хотела плакать. Инчжу понимала, что её нестабильное психическое состояние в щекотливом положении вот-вот приведет к истерике. Эрис потрясывало, хотя она пыталась не думать о том, что в опасности. Она вообще не думала о себе в этот момент. Все её переживания заключались вокруг Чанёля, который рисковал своей жизнью, участвуя в гонке, ради неё. Ханна вернулась мрачная — Цзынь Мао окружили прибывшие люди Мёнсу. — Ты знаешь их? — спросила Инчжу, на минутку отходя от Эрис, которая неотрывно смотрела в сквозь стекло на улицы Шанхая, надеясь увидеть там Чанеля, финиширующего первым. От её глаз не утаились несколько фигур у подножия небоскреба. Это определенно был Цзытао, которого она видела сегодня вечером в доме Чэня, и Крис. — Не всех. Тот, что пошел в сторону Цзытао, очевидно, Юнхён, один из ближайших приспешников Мёнсу, — хмыкнула Ханна. — Рядом с ним Бэкхён, та еще истеричка. Он вроде как тут за главного в отсутствие Мёнсу. Чуть поодаль, видишь, парни Чэня окружили? Одного из них не знаю, но говорят, дерется он жутко. Тоже ушу занимался или чем там… А второй из них таец, прозвище Бэмбэм, кажется. Он один из младшеньких, но задира — трындец. — Сколько ему? — Восемнадцать. Инжчу вскинула брови. — Протеже прям, — усмехнулась Ханна. — Любого нагнет, вот увидишь. Дерется как Джеки Чан или того хуже. Я не успеваю следить за его приёмчиками. Его Мёнсу из пансионата забрал. Он там на кучу всяких боевых искусств ходил. Шею, говорят, одним щелчком ломает, и все! Пыщ! Ты труп. Жуткий мальчишка. Я однажды его вблизи увидела, он посмотрел на меня — взглядом пригвоздил! Будто я голая стояла. После этого стараюсь вообще эту шайку мелкотни, что город вырезать может, обходить за километр. — Это Крис, Инчжу, — прошептала Эрис. — Он здесь, в Шанхае. — Значит ли это, что наши парни в опасности? — пропустив мимо ушей, спросила Инчжу. — Ваши парни… Старпёры, — пожала плечами Ханна. — но, по-моему, и они не промах. Тот китаец так точно, — она кивнула на разворачивающуюся внизу драку. Как Ханна и сказала, таец и его друг вдвоем окружили Фанмина, стоявшего в стороне у машины. Тот спокойно стоял, ожидая приближения, и неожиданно сделал хук правой рукой, разворачиваясь на сто восемьдесят градусов и ударяя первого. Таец среагировал, пластично выгибаясь, а его напарник полетел на землю. Между тайцем и Фанмином завязался бой. Крупный Чэнь уворачивался с потрясающей ловкостью, успевая иногда сделать выпад ногой или рукой, но ему почти не удавалось задеть мальчишку. Тот в свою очередь двигался как змея наступательными движениями. Всё метил в шею — очевидно, ему приказали убить мужчину, но Чэнь достойно отбивался. В ход пошло холодное оружие. У напарника тайца оказались остроконечные ножи, а Чэнь достал длинный клинок. Откуда у него была достаточно древняя реликвия, оставалось гадать. Как ловок был Фанмин! Ему удалось через несколько минут задеть своего противника с ножами подбородок, и тот застыл. Чэнь даже не метил в жизненно важные органы, хотя сейчас мог с легкостью перерезать первому горло. Таец отскочил назад, готовясь снова нападать. В это время на лопатки Юнхёна и Бэкхёна уложил Цзытао. Причём ему не понадобилось много времени. Без лишних телодвижений, легко и лаконично, словно с детишками поиграл. Разочаровавшись, что поиграть удалось недолго, он двинулся к Чэню. Крис — специалист больше по автоматам, наблюдал со стороны и усмехался. — А мне работу когда дадут? — А ты уже натворил делов в Нью-Йорке, — парировал Хуан. — До сих пор удивляюсь, как ты снова выбрался оттуда живым. — Ребята из Кореи помогли, — невинно пожал плечами Ифань. — А еще напарница моя… Надо бы за ней обратно потом вернуться. Ей из-за меня с сотню добавочных рапортов писать. Помочь, что ли. — У тебя почерк корявый, как у девяностолетней старушки, не вздумай даже. — Вот сейчас обидно было, — Крис губы надул. — А мне вдруг к маме захотелось… — Цзытао изобразил, будто умирает от страха. — Ты же не убьешь меня за невинную шутку? — Только если собственным почерком. Татуировку тебе набью. — Ой, бля…

***

— Они в порядке, — фыркнула Ханна, наблюдавшая с остальными девушками сверху, — я же говорила. — Что будем делать? — спросила Инчжу. — Спуститься попробовать можно. Эрис оставить здесь, а нам с тобой дать знак, что вы здесь и в безопасности. Они наверняка не знают, откуда искать. Пошли. Ханна поманила за собой Инчжу, и та, получив кивок от Эрис, оставшейся стоять на месте, пошла за девушкой. — А ты будешь в порядке? Ты же Чена предала… — Я на него и не работала, прикинулась стервой просто, которая Чанёля бросила. По существу так и было. Когда я пришла в себя в больнице, его не было, Сэхун меня спас. Я с ним и его сестрой сюда поехала. Сэхун у Луханя обосновался, а я пришла на гонки. Чен заметил меня, узнал. Вряд ли кто не знает меня из кругов гонщиков… Ну, а я ему, собственно, и не обещала ничего. Помочь спрятать только тебя надо было. Эрис он сам хотел отдать стеречь кому-нибудь из этих амбалов. — А потом? — спросила танцовщица. — И почему меня тебе? — У Бэкхёна изначально приказ был семью Ву устранить. Все надеялись, что Криса еще в Нью-Йорке поймают, он там самым известным убийцей числится. На его счету до двадцати крупных убийств чиновников и высокопоставленных лиц. А Чанёля Чену предоставили. Думаю, сейчас его судьба решается. — А Эрис? — ужаснулась Синь. — Её тоже убить хотели, — призналась кореянка. — Я не хочу смерти ни его, ни её. На брата мне его плевать, но с ним, как ты видишь, в порядке все, но Чанёль… Не дам. Не дам ему погибнуть так просто. Я уверена, что он первым финиширует. Лифт остановился на первом этаже, Ханна пошла к выходу, осторожно оглядываясь. — А что насчет меня-то? — Это заморочки Чена, — ответила Кан. — Ему ты живой нужна. Он влюблен в тебя, кажется. Я не интересовалась. Инчжу задержала дыхание на выходе. Сердце как бешеное колотилось. Дорога была пуста, не считая Цзытао, Криса и Фанмина и четырех наемников с Бэкхёном во главе. Ханна скользнула на улицу, привлекая внимание парней. Инчжу, ежась от холода, вышла следом и тут же встретилась глазами с Фанмином. Потом перевела взгляд на Цзытао. Хотелось улыбнуться, показать, что она в порядке, она жива, а еще крикнуть, что Эрис тоже тут, рядом, но не успела. Первым вскочил Юнхён, выуживая непонятно откуда пистолет и направляя на Инчжу. Следом точно также сделал Бэкхен. БэмБэм встал в стойку, готовый броситься через улицу к девушкам. Случилась потасовка. К Инчжу рванул было Чэнь, но Бэкхён развернулся к нему, направляя дуло пистолета прямо в голову. Крис вытащил ствол и направил его на Юнхёна. Цзытао бросился на БэмБэма, но китайца сбил с ног его напарник. Оба упали в снег, Хуана прижали к земле, схватили за горло. Юнхён побежал через улицу. Инчжу встала как вкопанная. Ханна закрыла её своим телом непроизвольно. Парень с ножами затормозил. — Что происходит, Ханна? Девушка встретилась с напуганными глазами своей спасительницы. Ту внезапно, кажется, осенила мысль. — Им не Эрис нужна была… Чёрт! — Что? — Ну привет, — сладко улыбнулся Юнхён, придвигаясь ближе, — жемчужина Шанхая. В эту минуту на горизонте появилось два мотоцикла, на рев которых все повернулись. Сердце маленькой Эрис, спрятанной внутри огромного небоскреба, затрепетало — Чанёль опережал Ким Чондэ всего на полметра, но он финишировал первым.