После яркого света в кафе, глазам понадобилось время, для того чтобы привыкнуть к сумеречной темноте. Дверь за мной захлопнулся и звон колокольчиков, режущий слух, прекратился.
Недалеко от здания светил фонарь, но за его пределами была мгла. Он освещал небольшой участок вокруг себя.
Однако, хорошо, что это заведение находится в самой спокойной части города. Здесь нет высоток, почти нет машин. Этот квартал как будто заброшен. Возможно, именно поэтому меня так привлекает это место. Это безлюдное место. Здесь нет суеты.
Я потоптался на месте с минуту, посмотрел под ноги, тяжело вздохнул, после чего пошел по изученному маршруту.
Я знал каждый угол, изъян, точное расположение кочек и ям, но меня останавливала пустая квартира, в которую я направлялся. Быть одному не так уж и плохо, но быть одиноким невыносимо.
Каждый день повторялась одна и та же история: я вставал утром, умывался, чистил зубы, одевался, уходил на подработку, возвращался домой, только для того чтобы переодеться и уходил в кафе.
Я как будто застрял во времени.
В кафе меня все знали в лицо, мой столик никогда не занимали и я сидел там до самого закрытия. Всё лучше, чем та клетка, которая величается домом.
Мне нравилось не спеша идти через кварталы, и по этому я решил идти по самому длинному пути. Хоть как-то скоротаю время.
С левой стороны от меня были деревья, посаженные в ряд. Я поднял руку, не останавливаясь, сорвал листок. Жилки, они как дороги, от одной отходит множество других. Всегда хотел путешествовать, чтобы хоть как-то разукрасить свое существование, но конечно же нет ни средств, ни транспорта, ни возможностей. Я потянул за край листочка и он разошелся вдоль по жилке, потом снова и снова. Несколько маленьких кусочков и система сломана. Теперь это не дорога, это не часть чего-то целого. Это просто мусор.
Я вздохнул полной грудью. Ночной воздух какой-то иной: свежий, теплый, легкий. Порой меня раздражают эти мои странности, но когда большую часть детства проводишь в больнице начинаешь видеть мир другими глазами.
У меня наследственная болезнь соединительных тканей. Плеврит. Когда твоя грудная клетка сжимается, появляется отдышка и тошнота, мир вокруг перестает существовать.
Отстраняешься от всех, лежишь в палате, глядя на белый потолок, и не о чем не думаешь. Для кого-то это нереально, заткнуть свой внутренний голос, но не для меня, когда я хочу, чтобы моя голова была пуста, так оно и будет. Не единой мысли, не единого звука.
Мне было тяжело дышать, поэтому я так люблю воздух. К счастью у меня была начальная стадия и врачи быстро среагировали, что не скажешь о моей матери. Сейчас я не чувствую той дикой боли, но и не могу забыть. Мне нужно быть очень осторожным, чтобы болезнь не вернулась, но иногда мне хочется вновь почувствовать её.
Все лучше, чем пустота.
Такое ощущение, что я разучился чувствовать. Я не знаю, как выглядит моя улыбка, не знаю, каков мой голос, когда я счастлив.
Я отстранен от мира.
Деревья закончились и я вышел на перекресток, намереваясь повернуть направо, но меня привлекла какая-то странная вспышка спереди. Она была далеко, но отчетлива видна в темноте. Было похоже на огонь. Пожар?
Что ж это не мое дело. Отойдя метров на сто, я снова заметил эту вспышку, но уже в другом месте. Любопытство взяло верх, ведь не часто в нашем городишке происходит хоть что-то, поэтому я свернул с дороги, решив, что если я пройду по прямикам это будет быстрее.
Темнота становилась все гуще, а я шел все дальше. Вспышек больше не было. Интерес пропадал. Я решил развернуться и пойти обратно, но мои ноги решили идти дальше. И я шел. Шел пока не вышел на другую улицу.
Пустота. Только одиноко стоящие дома. Никаких пожаров. Никого. Полнейшее разочарование.
Я стоял на одном месте, смотря куда-то вдаль. Не пытался кого-то высмотреть, просто задумался, сам не зная о чем.
Придя в себя, я встряхнул головой, провел ладонями по лицу и пошел в обратном направлении, но не успел отойти от дороги, как услышал какой-то шорох, от которого я резко остановился и лихорадочно начал оглядываться.
Приглушенный, сдавленный кашель. Это точно не кошка. Я сощурил глаза, пытаясь хоть что-то увидеть в той стороне, откуда доносился звук, но тщетно. Мне мешало дерево и пара растущих рядом кустов. Не отводя взгляда, даже не моргая, я подошел к дереву. За ним сидела девушка, она тяжело дышала. Я не мог разглядеть её лица, только лишь темный силуэт и длинные, спутавшиеся волосы
Я стоял и смотрел, но не на нее, а куда-то в сторону. Не пытался помочь, при её виде внутри даже ничего не ёкнуло. Я мог развернуться и уйти, и не важно ранена она или нет.
Разве это мое дело? Кашель повторился, я вновь взглянул на силуэт девушки, вновь провел рукой по лицу и решил все-таки ей помочь. Хуже все равно не будет.
— Эй, ты как? — Я обошел дерево и присел на корточки. Девушка не открыла глаза, её грудь медленно поднималась, затем опускалась, иногда она кашляла, но больше никаких движений. — Так, ладно. Нужно вызвать скорую. — Размышлял я вслух. Неожиданно незнакомка начала что-то шептать.
Она в бреду или не хочет, чтобы я вызвал скорую?
Я стоял, скрестив руки на груди. Что мне с ней делать? Оставить тут? Может все же вызвать скорую?
Я достал телефон из кармана и набрал номер медицинской службы, но не спешил нажать на «Вызов». Я стукнул телефоном по ладошке. Я осмотрел дорогу, чтобы сориентироваться, где мы. На улице стало еще темнее.
До дома примерно квартал. Придется нести на руках. Что ж была не была.
Я подхватил девушку на руки, не сказать, что тяжелая, но и путь не близкий, нашел же я проблем на свою голову.
***
Я сидел в кресле напротив кровати, когда она резко соскочила с нее. Я даже не видел, что она проснулась. Девушка нервно оглядывалась по сторонам, пока не заметила меня. Она начала пятиться назад, но ей помешала стена. Испугалась. Она вновь начала тяжело дышать. Я решил объяснить ситуацию:
— Ты не хотела, чтобы я вызвал скорую, — ну, или мне так показалось — поэтому ты здесь. — Она смотрела на меня долго, не отрывая взгляда. Мне стало как-то не уютно под этим напором и я отвернулся, но эта маленькая проблема с длинными черными волосами не хотела отступать и с каждой секундой выводила из себя все больше.
— Я не совсем понимаю, где нахожусь — прошептала она прислоняясь к стене, и как будто прислушиваясь. Так, ладно, это странно.
— Ты в моей квартире — спокойно ответил я.
Девушка успокоила дыхание и присела на край кровати, нервно оглядывая каждый угол.
— Кто ты? — У нее был приятный, нежный голос. Она вновь смотрела мне в глаза.
— Я-Лиам. — Я поднес кулак к губам, ожидая, что она продолжит. Но она молчала, продолжая разглядывать меня. — А ты кто? — Не выдержал я, разводя руки в стороны.
— В каком смысле? — Удивилась девушка и как-то насторожилась. Это еще страннее.
— Как тебя зовут? — Спросил на выдохе я, удобнее устраиваясь в кресле.
— У меня два имени. — Девушка встала с кровати и подошла к окну. — Одно — продолжила она — означает мою сущность, а другое дается при рождении. — Она стояла спиной ко мне и обнимала себя. — Эйлин — это моя сущность, а Мориа — имя данное при рождении. — Девушка повернулась ко мне. Теперь моя очередь говорить. Похоже на игру.
— Так, и как мне тебя называть? — Я впервые встретил человека с двумя именами. Обычно дается одно. Это запутывало.
— Как хочешь, это твой выбор. — Она отвернулась. Было видно, что ей не уютно здесь, рядом с незнакомцем в незнакомой квартире.
— Эйлин. — прошептал я. — Что это значит? — Я смотрел на нее, но она что-то упорно разглядывала в окне.
— Мою сущность. — Девушка вышла на балкон, так и не дав мне точного ответа. Что ж пусть будет так.
Мы были на семнадцатом этаже. На последнем этаже. Здесь всегда шумно, не смотря на высоту, и всегда светло от огоньков. Поэтому я так люблю находиться в кафе, ведь там всегда тихо.
— Потянет. — Я решил не затягивать этот бессмысленный разговор. Эйлин повернулась ко мне, на её лице появилось что-то на подобие улыбки и милые ямочки. Она, как кукла. — Мне нужно уйти — спохватился я. — Но ты можешь остаться здесь. — Моя квартира в основном всегда пустовала, так что мне было совершенно все равно останется она тут или уйдет. Она не ответила, а я уже опаздывал на работу, поэтому положил запасные ключи на столик и покинул квартиру.
***
Вечером после смены я по обыкновению забежал в квартиру, чтобы переодеться и даже не сразу заметил, что она была пуста.
Все снова возвращалось на круги своя. Я почувствовал облегчение, мне было неуютно рядом с этой девушкой. Она была здесь всего ничего, а квартира уже пропиталась её ароматом, теперь я окончательно перестал ощущать, что это мой дом.
Приняв душ, и переодевшись я направился в кафе.
Больше я не вспоминал девушку с длинными черными волосами.