Хандра, кофе и ты...

Широкие ступени из светлого камня кажутся тёплыми и уютными, словно любимое кресло. Оттого и удобно наблюдать за окрестностями. А здесь всегда что-то происходит. События. Грандиозные и не очень. Они мелькают за тонкой преградой мыльного пузыря, устремляясь ввысь, становятся окончательным вариантом рисунка бытия. За моей спиной стоит непоколебимый серый страж, охраняющий врата в величайший из земных храмов. Откинувшись назад и положив голову на ступеньку, я вижу его вверх ногами. Этот серьёзный молодой человек (хотя, впрочем, и то и другое условно) без имени и лица добросовестно выполняет свою работу. Это бесит. На пару минут меня отвлекает маленький самолётик, упавший в Тайгу. Плёнка тут же услужливо выгибается, превращаясь в окно и демонстрируя двух умирающих людей. Отворачиваюсь и, рывком вскакивая на ноги, подхожу к двери. За этим следует безликое «нельзя». Безмолвный крик подобный грому. — Нельзя так много новостей в режиме реального времени видеть… — бурчу я и осекаюсь, ощущая присутствие кого-то невероятно сильного. По ступеням величаво поднимается тёмная высокая фигура. Тьма окутывает его надёжнее плаща, скрывая истинный облик, а от ауры его силы можно задохнуться… от восторга. Перед ним врата храма открываются сами собой и серый страж не может и слова сказать против. Обнаглевшая, с точки зрения стража, я, прячусь под крылом тьмы. И с торжественной улыбкой направляюсь в Храм. Когда за нами закрываются двери, тьма немного рассеивается. Слабый магический свет выхватывает спокойное смуглое лицо черноволосого мужчины. Я слегка склоняю голову перед ним в знак благодарности. Он улыбается лишь уголками губ и взъерошивает мои волосы. — Какой ты ещё ребёнок, — говорит он и звук этого голоса проходит сквозь моё тело, рождая внутри знакомое тепло. — Идём, я провожу тебя. От его руки, от каждого чётко выверенного движения веет Силой. Сила исходит и от стен величественного Храма. Я чувствую себя трепетной свечой под порывами ветра. Различные по силе и тональности вибрации проходят сквозь моё хрупкое тело, заставляя его дрожать. Но я знаю, что должна быть сильной. Я выдержу. Вот мы оказываемся в центре. Свет здесь ярче и освещает бесчисленные стеллажи с книгами. Они уходят куда-то вверх, снова теряясь в темноте, образуют лабиринты… На первый взгляд, кажется, что разобраться здесь сложнее некуда, но это не так. Поблагодарив своего проводника за помощь, я уже в одиночку ступаю на узкий крутой пандус в центре зала и поднимаюсь наверх. Останавливаюсь лишь на одном из пролётов. Здесь у гладких перил стоит маленький круглый столик, который освещает карамельно-янтарная лампа, превращая этот маленький уголок в совсем домашний. Интерьер разбавляет плетёное кресло с высокой спинкой и тёмно-фиолетовым искрящимся пледом. Закутываясь в плед, я забираюсь в кресло с ногами и вдыхаю запах лунной летней ночи и костра. Затем я беру в руки единственную книгу, лежащую на столике. На серой корочке нет названия и нет там автора. И хотя обложка выглядит вполне пристойно, первые страницы могут испугать любого библиотекаря своим ужасающим состоянием. Кажется, эта книга, где только не побывала. Но истории, написанные в ней, самые дорогие на свете. Иногда мне нужно время. Немного тишины, чтобы просто так вот посидеть со старой книгой в обнимку. Позволить тишине и темноте окружить себя, читая написанные строки сердцем. Мне не мешает гуляющий по пандусу сквозняк и редкие посетители Храма. И едва слышимые голоса где-то там, за гранью реальности, тоже не трогают… — Странная она. Каждый раз проникает сюда, чтобы посидеть в обнимку с этой книжкой. А вокруг столько возможностей. Она могла бы получить любые знания, если бы захотела, а вместо этого что? — Она является единственной хранительницей серой книги, к которой никто не может прикоснуться. Странные они. Всё время удивляются и недоумевают. Не понимают. Хотя, всё предельно просто. Эта серая книга с обожженными и грязными страницами — единственное из того, что принадлежит только мне в этой огромной библиотеке. И это бесценное сокровище.