Он или она?

Ночь. Сколько же тайн хранится в одном слове, вызывающем у каждого человека свои символы и ассоциации. Для кого-то в душе пробегались от страха тысячи и миллионы мурашек, кто-то же вспоминал мириады звезд на небосводе, а в памяти Люси всплывал ночной диалог со своим королем. Девушка глядела в потолок, понимая, как лишь один разговор может перевернуть всю жизнь, что нельзя делать поспешных решений и что поменять судьбу может единственный мужчина, но самый любимый, самый родной. Прикрыв веки, девушка начала вспоминать в подробностях события той самой странной и одновременно прекрасной ночи. *** Блондин был, грубо говоря, в ступоре от действий девушки. Осушив первый стакан золотисто-янтарной жидкости, она протянула руку за следующей порцией алкоголя. Стинг спокойно, не сказав ни слова, взял стакан, наполнил его и протянул в аккуратные ручки молодой и прекрасной особы. Затем он сделал небольшой глоток прямо из бутылки, сказав:«я слишком устал, чтобы как-то соблюдать манеры, прости». - Так о чем же Вы хотели поговорить? – немного безразличным, грубоватым и обиженным тоном произнесла девушка. Она сделала небольшой глоток алкоголя. Горло приятно жгло, а на языке остался легкий привкус мускатного ореха. - Поговорить я хотел о том, что произошло тогда, - чуть тише сказал парень, будто бы боясь, что его кто-то услышит, кроме Люси. – Мне дико стыдно, я хотел бы извиниться перед тобой еще тогда. Но, понимаешь, я никак не мог тебя найти. Нигде. Ты как сквозь землю, Люси, - быстро тараторил парень, не смотря на девушку. - За что именно Вы хотели извиниться? - мягко сказала девушка, аккуратно проведя тонкими длинными пальцами по светлым волосам парня. Стинг, удивившись жесту возлюбленной, поднял свои глаза на Люси. В ее взгляде больше не было страха или злобы. Они выглядели довольно грустными, губы немного дрожали, словно девушка вот-вот разрыдается. - Ты ведь не помнишь ничего, - через минуту, которая, казалось, длилась вечность, произнес парень. – Я совсем не хочу напоминать тебе, но и лгать после того предательства не могу. Как бы я не страдал эти годы, я считаю, что это ничто по сравнению с тем, что ты пережила в той ситуации. Я понимаю твое решение о незамедлительном уходе, - он все так же неотрывно глядел в глаза девушки. – Милая, прошу, прости меня. Даже если ты ничего не помнишь, просто прости меня. За все. Стинг опустил голову на колени девушки, прикрыв глаза. Он больше не знал, что сказать. Точнее, Эвклиф не хотел напоминать Люси о том, как перед ее глазами обнимал и целовал другую. Пусть все было под напором отца, пусть белый драгонслеер всего лишь не хотел расстраивать старшего Эвклифа, но факт остается фактом – предательство в чистом виде. И этому нет оправданий. Блондин хотел забыть тот миг как страшный сон, вырвать и сжечь эти страницы из книги своей и ее судьбы. Девушка хотела было что-то сказать, но слова так и не были произнесены. Они сидели в тишине более десяти минут, после чего Люси произнесла:«почему же Вы не расскажете, в чем суть так называемого предательства?» Больше всего Стинг не хотел приступать именно к этой части разговора. Больно. Слишком больно… будет ей. - Или, Эвклиф, Вам стыдно? От услышанного парень удивился. Настроение девушки менялось с бешеной скоростью от выпитого. Сейчас ее фраза прозвучала с толикой злобы и невероятной надменностью. - Мне очень стыдно, Люси. - И Вы просите у меня прощения? - выделяя местоимение "Вы", не скрывая обиды, воскликнула Хартфилия. - Я молю тебя, а не прошу. - Ого, - усмехнулась, как свойственно лишь Стингу, девушка. Когда-то, будучи рядом с блондином каждый день, она начала молниеносно и неосознанно перенимать его привычки, что ужасно было ей к лицу. – Я бы хотела тебя, - она сделала акцент на последнем слове, - еще помучить. Но я слишком соскучилась, Стинг. *** Брюнет увидел ее, такую прекрасную, такую, как ему показалось, счастливую, что понял одно единственное: пора все возвращать восвояси. Прошептав некое волшебное заклинание, он с белой завистью глянул на удаляющуюся фигуру светового драгонслеера, уводящего за собой юную и столь желанную многими на этом вечере особу. «Должна будешь мне, дорогая подруга, - усмехнулся брюнет, демонстративно развернувшись. – Совет да любовь, Люси». Мест, удовлетворенный отменой своей магии, спокойно двинулся к столу с напитками. *** Двое молодых людей аккуратно, стараясь быть незамеченными, поднимались по дворцовой лестнице в покои короля Эвклифа. Стинг, держа за руку Люси и боясь ее отпустить, уверенно вел девушку к себе. Не для того, чтобы сделать с ней что-то непристойное, нет. Он хотел просто спокойно высказаться по поводу всего того, что произошло между ними, попросить прощения, в конце концов. Алкоголь, ударивший в голову парня, не давал ему нормально соображать. Поэтому Эвклифа совсем не удивило, почему Люси, совершенно не сопротивляясь, шла за ним. И этому была одна довольно-таки пикантная причина: память девушки начала восстанавливаться. В голове Люси вихрем проносились картинки всего того, что было связано со Стингом. Войдя в комнату с Люси, Эвклиф закрыл за собой дверь на ключ, дабы их никто не потревожил. Сердце Хартфилии больно кольнуло, ведь картина с Юкино и Эвклифом того злополучного дня отчетливо затеняла всё проведенное время с белым драгонслеером. Люси, тяжело дыша, пытаясь не проронить ни единой слезы, вышла на свежим воздухом, присев на кресло-качалку. Холодный ночной воздух отрезвлял, все мысли систематизировались, выстроились в единую цепочку. В комнате послышался звон хрусталя. Стинг прошел в лоджию, где сидела блондинка. В руках у него покоились два стакана и бутылка с янтарной жидкостью. «Поговорить, значит, захотел? - подумала про себя девушка. – Посмотрим, что ты скажешь, дорогой Стинг». *** Люси шумно выдохнула, приподнялась с кровати и сама себе улыбнулась. «Девушки – очень странные существа, - произнесла девушка вслух, вспоминая события той ночи на балу. – Почему же мы ничего не можем сказать напрямую, сделать все без изъянов и подколов? Конечно, мы ведь пытаемся о чем-то намекнуть с помощью неоднозначных и непонятных действий. И ведь всегда это чертово "о чем-то" является невероятно важным. И даже я не стала исключением». Устало хмыкнув, девушка провалилась в свои раздумья, не заметив, что уже вот целых десять минут находится в помещении не одна. - И снова ты здесь, милая, - произнес невероятно красивый блондин с яркими и запоминающимися глазами. – Я уже обыскался тебя.