Не Стая — Стая

Стайлз поморщилась от пульсирующей боли в затылке и на секунду закрыла глаза. Сильные руки чертового Дерека Хейла прижимали её тело к серой стене лофта с такой силой, что перед глазами начали танцевать круги, а ноги почти не соприкасались с бетонным полом. Он сверкал своей алой радужкой и Господь свидетель, как отчаянно Стилински хотелось в этот момент ткнуть оборотню в глаз любым колющимся предметом, чтобы тот только перестал демонстрировать столь явное различие в их силах. Опять! А с чего всё началось? Да как всегда, сущая мелочь! Эта самая мелочь ворвалась в лофт, громко возмущаясь, что её не пригласили на собрание Стаи (даже змеюка Уиттмор приперся, не забыв прихватить с собой Лидию!), бурча что-то о том, что Скотт — сволочь и предатель — и словом не обмолвился о предстоящем событии, а потом всё это плавно переросло в беззаботно-восхищенный лепет о круто-мега-грандиозной новости, что заставила снизойти божественную и невероятно обидевшуюся Стайлз до кучки непросветленных и никчёмных холопов. Вот тогда-то и лопнула шкала Дерекового терпения. Смачно так, с оглушительным треском. Волчата радостно поддержали своего Альфу в затее заткнуть неугомонную девчонку. Пожалуй все, кроме Скотта. МакКол попытался отодвинуть Хейла от лучшей подруги, но тот очень грозно зарычал и Стайлз по своему перевела, что это означало примерно следующее: "Пошел к чёрту, Скотти, если не хочешь, чтобы твоя шея хрустела так же как и хиленькие позвонки в хребте жалкого человечишки под моими пальцами!" И она совершенно не винила своего бро, который мгновенно отпрянул от раздраженного Дерека. Она бы и сама спасовала под этим взглядом. — Тебя не звали, — обратился к ней Хейл, поднимая чуть выше над землей. Стайлз начала дрыгать ногами и стараться хоть немного ослабить удушающую хватку на собственной шее. Но оборотень не обратил на это внимание. — Звали всю Стаю, Хмуроволк, — хрипит Стайлз и с дивана вскакивает — кто бы мог подумать! — Джексон, чуть ли не шипя, что это — слишком. Даже для раздражающей Стилински. Дерек немного ослабляет хватку, но не отпускает девушку. — Вот именно, — кивает оборотень, — что Стаю. Ты — не Стая! И, почему-то, эти слова ранят больнее, чем должны были. Внутри становится как-то странно-хреново, из-за твёрдой уверенности в глазах Альфы. Он ведь действительно так думает. Все они думают, что ей здесь не место. А где тогда? Дома? Ха-ха. — Не лезь не в свои дела, Стилински, — почти рычит он и отпускает её. Стайлз сползает вниз по стеночке, не в силах удержаться на обмякших ногах. Прижимает руку к горевшей шее, судорожно вдыхая воздух. В больших карамельных глазах плещутся обида и разочарование, но присутствующие старательно не замечают этого. Никто, кроме Лидии и Джексона. Мартин незамедлительно кидает презрительный взгляд на Скотта, который ещё не до конца пришел в себя и опускается на корточки перед Стайлз. Уиттмор стоит за её спиной, как нерушимая скала, и серьезно всматривается в хрупкое создание, что готово вот-вот разреветься, как маленькая девочка, что разбила коленку и порвала новое платьице. Рыжая привычным жестом берет в руку ладонь шатенки и поднимает её с холодного пола. Смотрит на всех с явным равнодушием и по-королевски взмахивает длинными кудрями, спокойно и уверенно направляясь к выходу. Джексон обнимает свою девушку и выходит вместе с ней из лофта, даже не повернувшись назад. За этими двумя спешно скрывается и Стайлз, руку которой Лидия так и не отпустила. Волчата непонимающе смотрят на это действие, недоумевая, почему эта парочка сорвалась с места. Не до конца понимает и Дерек, хоть и в голове сразу щелкнуло — Уиттмор презирает своего Альфу. Стаю он не покинет, умный малый, но авторитет вожака в его глазах подорван. И это наводило на неприятные мысли. Чёртов щенок! МакКол очнулся спустя несколько минут после этого и, оглядев помещение, выскочил из лофта, даже слова не сказав. Всё-таки, ненавидящий и полный ярости взгляд — красноречивей любых эпитетов из уст подростка. — Ну вот, мы и остались в первичном составе, — усмехнулся Айзек и выразительно посмотрел на опекуна. Эрика и Бойд устало закатили глаза, но ничего не сказали. — У тебя прямо-таки дар, отталкивать Стаю от себя. Дерек рычит и бета послушно затыкается, сползая вниз по спинке кресла, почти ложась на него. Альфа поворачивается в сторону входа, встречаясь с серо-голубым взглядом "дражайшего" дядюшки. — Я немного опоздал, заезжал в булочную по любимые шоколадные кексы Стайлз, — просто говорит старший Хейл на строгий прищур своего племянника. — А где олененок? — хмурится Питер, обведя пронзительным взглядом лофт. — Я специально объехал полгорода, чтобы купить их без изюма, на который у Стилински аллергия. Так где она? Чутье подсказывало, что придурок-племянник опять выкинул что-то "стоящее" и олененок на всех парах покинула берлогу Альфы на грани истерики. Это доказывал резкий запах горечи и обиды, что исходил от стены возле входа, на которой просматривалась небольшая вмятина, подозрительно напоминающая и сохранившая запах тела Стайлз. — Надеюсь, там, где и должна быть, — пожимает плечами Дерек. — У себя дома. — Дома? — почти смеется Питер. — Серьезно? Стилински? — вопросы были односложны, но такие правильные. — У нас тут угроза в лице Стаи Альф нарисовалась, а ты отправил самую умную часть твоей песочницы домой? Я конечно подозревал, что ты — редкостный идиот, но не на столько же! И он молча удалился, не желая слушать занудные речи племянника. Тот только что совершил глупейшую ошибку, хорошенько обидев лягушонка (в этом Питер не сомневался, ведь Стилински не ушла бы из лофта просто так!), и старший Хейл не хотел разгребать печальные последствия действий Дерека. Сейчас больше хотелось найти Стайлз и утешить самого важного члена Стаи, а этот недо-Альфа пусть хорошенько подумает над словами, которые сто процентов вылезут ему боком. Обидеть девушку — само по себе страшно, но если эта девушка — Стайлз Стилински, то грядет настоящая катастрофа. В этом Питер ни секунды не сомневался и, хитро улыбнувшись, решил, что пора занимать места в первом ряду: представление будет фееричным. Уж он-то постарается.