Мой персональный Ад

***

— Опять бездельничаешь? — Анна стояла в дверях спальни, скрестив руки на груди. — Солнце уже встало, а ты всё валяешься. — Ну Анна, — жалобно заскулил парень, чей сон так бесцеремонно прервали. — Сегодня же выходной. — У шаманов выходных не бывает. — В подтверждение своих слов медиум закинула в комнату рюкзак с формой. — Одевайся. Тренировка через двадцать минут. Выругавшись себе под нос, Йо нехотя выполз из уютной постели. В голову сразу же полезли тревожные мысли, настойчиво преследовавшие шамана последние пару недель. Анна. Она изменилась. Казалось, что внутри девушки что-то сломалось, что-то погибло, отчего сердце вновь покрылось ледяной коркой. Нет, конечно, Анна никогда не любила показывать настоящие чувства, не любила слишком близко подпускать к себе. Но Йо знал: в те бесценные минуты откровений, когда Анна наконец сбрасывала привычные маски, её душа начинала светиться. Светиться ярче звёзд, ярче самого сильного пламени, ярче, чем все души на этом свете. Она согревала, утешала, дарила любовь. В эти драгоценные моменты Йо не мог оторвать взгляда от своей невесты — словно мотылёк, пленённый светом ночных огней, он тянулся к ней всей душой и всем сердцем. Он не заметил, как всё изменилось. А главное — что послужило причиной? — И долго я должна ждать? — Ой, Анна. — Шаман растерянно улыбнулся. — Прости, я задумался. — Опять витаешь в облаках. — Девушка бросила скучающий взгляд на жениха. — Нет, просто… — Йо пытался подобрать нужные слова, но, как назло, мысли путались, не позволяя ему по-человечески изъясниться. — Просто я переживаю за тебя, — решил он начать издалека. — О чём ты? — Тонкие брови скептически изогнулись. — Последнее время ты стала… — Он немного замялся, не зная, как лучше сказать, но, заметив нескрываемый интерес в глазах невесты, всё-таки продолжил: — Ты сама не своя. — Не мели чепуху, — отмахнулась она, но глаза, по-прежнему заинтересованные, смотрели прямо на Йо. — Это не чепуха. Мне правда кажется, что ты… Что тебя что-то беспокоит. — Беспокоит. На часах уже почти девять, а ты всё ещё не начал тренировку. — Но Анна! Анна уже не слушала. Развернувшись на пятках на сто восемьдесят градусов, она уверенными шагами направилась к выходу. И когда её тонкая фигура практически скрылась за бамбуковой дверью, Йо заметил, что она остановилась. Её кисть лежала на дверной ручке — слишком напряжённая для того, кто всегда и всё держит под контролем. — Я понимаю, о чём ты говоришь, — послышался приглушённый голос. — У меня нет ответа на твой вопрос. — Последнее, что она сказала, прежде чем окончательно скрыться в дверном проёме.

***

Голова разрывалась от нескончаемого потока мыслей. Я не понимала, что со мной происходит. Родной дом, любимый Йо, друзья… почему всё это потеряло какой-либо смысл? Невыносимая тоска разрывала душу на части. Но чего же мне так не хватает? Отчего сердце не может найти покой? Казалось, в бесконечном поиске ответов шансов на спасение практически не осталось. — Анна-сан! — Бодрый голос Харуки заставил меня поднять глаза. Ярмарка. И когда я только успела сюда забрести? Торговка с интересом наблюдала за мной, и через мгновение её губы растянулись в грустной полуулыбке. — Снова кошмары? Я утвердительно кивнула и замерла… что это? Дежавю? — Анна-сан, с вами всё в порядке? — Взволнованный голос женщины эхом раздался где-то в ушах, отчего происходящее стало казаться ещё… неестественнее? Я огляделась по сторонам: покосившаяся вывеска, старые прилавки, знакомые лица торгашей. Всё было как всегда, но отчего-то сердце бешено колотилось, а всё происходящее напоминало замедленный кинофильм. Вдруг моё внимание привлёк седовласый старик с такой же старой и скрюченной тростью, как и он сам. И снова это чувство. Всё повторяется. Словно ведомая чем-то незримым, я медленно зашагала в его сторону. Ноги не хотели слушаться, а в ушах появился необъяснимый гул. В какой-то миг мне начало казаться, что это всего лишь дурацкий сон, очнуться от которого я почему-то не в силах. До старика оставалось всего несколько метров, когда дорогу мне перегородил до боли знакомый силуэт. — Стойте здесь. Этот торгаш сейчас занят. Обескураженная такой наглостью, я уже собиралась нанести коронный левый, как наши взгляды встретились. — Анна-сан? — Мужчина растерянно почесал голову. — Не ожидал вас тут увидеть. — Занг-чин, — и хотя эта встреча удивила меня не меньше, я старалась не подавать виду, — дай мне пройти. — Простите, Анна-сан, но господин Хао просил никого не подпускать к этому торгашу. — Шаман немного замялся, но, столкнувшись с моим недовольным выражением лица, тихо продолжил: — Он так долго искал его и теперь хочет побеседовать с глазу на глаз. — Побеседовать?.. — Не став дожидаться объяснений, я осторожно заглянула через плечо толстяка. Словно от удара током, по всему телу пробежала крупная дрожь, заставляя и без того ватные ноги предательски подкоситься. Король шаманов стоял ко мне спиной и что-то выспрашивал у побледневшего старика. Я замерла. Тело словно оцепенело — отчего-то я не могла пошевелиться, казалось, что ещё мгновение — и я потеряю сознание. Но абсурдность происходящего достигла своего апогея, когда Хао, на миг замерев, медленно обернулся. Наши взгляды встретились. Я не могла объяснить, что происходит — ни со мной, ни с ним. Мы молча смотрели друг другу в глаза, не смея шелохнуться, не смея дышать. Казалось, время остановилось, и всё то, что было вокруг, попросту растворилось в не имеющей значения пустоте. Остались только мы. Прикованные друг к другу, не понимающие, как это могло произойти. Сердце перестало биться, позволяя звенящей тишине поглотить нас без остатка. — Анна-тян… — наконец слетает с его губ, и сердце вновь ударяется о грудную клетку. — Хао. — Пытаюсь говорить громко, но голос совершенно не слушается. — Пропусти её. Занг-чин тут же освобождает мне путь, позволяя наконец приблизиться к тому, что я так отчаянно искала. — Что ты здесь делаешь? — Стараюсь не смотреть на него, но отчего-то глаза сами выискивают его лицо. — Хотел задать тебе тот же вопрос. — И хотя голос шамана спокоен, я вижу, как напряжено его тело, как неловки движения и как тяжело вздымается грудь. Кажется, он чувствует то же, что и я. Но отчего? Что вообще сейчас происходит?  — Хотел бы я знать, Анна-тян, — как-то задумчиво произнёс Король, и вновь наши взгляды встретились. — Хао, я не понимаю. Шаман не отвечает, лишь пристальнее вглядывается в моё лицо, словно пытаясь отыскать то, что давно было потеряно. — Ты же чувствуешь, верно? — Он берёт мою руку и аккуратно поворачивает ладонью вверх. И снова разряд тока. Дыхание замирает, ноги подкашиваются. С трудом сохраняю равновесие, но послушно держу руку в его. — Знакомая вещь? — Хао аккуратно протягивает маленький чёрный камень и медленно кладёт мне в ладонь. Я с силой отдёргиваю руку, сама не понимая отчего. Страх сковывает тело, заставляя разум вырисовывать безумные картины. Хао молча смотрит на меня. Я вижу, как его взгляд меняется, как лицо, доселе напряжённое и озадаченное, вдруг обретает нечто новое, совершенно мне незнакомое. Я вижу, как его губы расплываются в улыбке, а горячие руки тянутся ко мне. — Хао… — Дрожащим голосом молю его сжалиться; дать хоть что-то, что могло бы объяснить всё безумие происходящего. Он с секунду смотрит мне в глаза и, резко подавшись вперёд, накрывает мои губы своими. Мир перестаёт существовать. — Я так скучал, моя Королева.

***

-— Всё равно не понимаю, как ты смог вспомнить маму? — Малыш с локонами цвета пшеницы озадаченно посмотрел на отца. — Мама всё вспомнила после волшебного поцелуя, а ты, получается, вспомнил и без него? — А я и не вспомнил даже после него. — Хао мягко усмехнулся. — Просто я любил твою маму еще до того, как она полюбила меня. И даже если бы я ошибся в своих догадках, то всё равно не жалел бы о том поцелуе. — Круто-о-о! — Малыш радостно захлопал в ладоши. — Папа, расскажи ещё что-нибудь! Мне теперь всё равно не уснуть после такого! — Я что-то не поняла, почему я до сих пор слышу ваши голоса? — Дверь в комнату приоткрылась, и в проеме показалась белокурая женщина. — Ну ма-ам, папа так интересно рассказывает! Садись скорее к нам, пускай сестрёнка тоже послушает. — Малыш шустро подвинулся, уступая место. — С таким животом наша мама тут не помести… — Не успел Хао закончить излюбленную шутку, как горячая ладонь жены настигла его щеку. — Я беременная, а не глухая, Хао. А теперь спать. От строгого голоса матери мальчик немного поёжился, но послушно залез под пуховое одеяло. Хао, усмехнувшись, поднялся с постели сына, уступая место жене. Она опустилась на край кровати, поцеловала малыша в розовую щёчку и аккуратно подоткнула ему одеяло. — Сладких снов, — прошептала она. — А завтра я расскажу тебе, как всё было на самом деле. Малыш улыбнулся и, прикрыв глаза, повернулся на бок. Через пару минут послышалось умиротворенное посапывание.  Хао, раскинувшись в пушистом кресле в углу комнаты, смотрел на жену. В полумраке спальни её правильные черты казались и вовсе идеальными. Свет ночника мягко касался её волос, превращая их в расплавленное серебро. Она устало прикрыла глаза, поглаживая свой округлившийся живот, и что-то едва слышно шептала их будущей дочери. Хао замер, боясь спугнуть этот момент. Сердце, когда-то переполненное тысячелетней яростью, сейчас билось ровно и оглушительно нежно. Он смотрел на неё и не мог насмотреться. Когда-то он думал, что станет властелином всего сущего, что звезды будут гаснуть по его велению.  Когда-то он верил, что именно это принесет ему долгожданный покой. Как же наивен он был. Весь мир, вся вселенная сейчас находились в этой уютной комнате, уместившись в хрупкой фигуре женщины и ребенке, которого она ему подарила. Послышалось второе посапывание, немного громче первого, но такое же мирное. Хао подумал, что она  действительно стоила всего мира. Она и есть весь его мир. Анна чуть нахмурилась во сне — и он почувствовал, как от этого крошечного движения у него внутри всё переворачивается. За одну её улыбку он, не задумываясь, сжёг бы дотла и ад и рай. А за её спокойный сон — построил бы тысячу новых. Он тихо встал, укутал жену в плед, лежавший в углу кровати, и коснулся губами её виска. Анна не проснулась, лишь губы тронула едва заметная, знакомая до боли улыбка. — Спи сладко, моя Королева.