Все дело в шоколаде.

Диего отвел глаза, как он всегда и делал, когда боялся. - Посмотри на меня! Что все это значит? – это были бессмысленные попытки достучаться до него. Игнорирует. По-видимому, ему на меня плевать. Я отталкиваюсь от земли и падаю прямо на него. Поднимаю руку для удара, но вместо этого хватаю тонкую шею, а другой рукой беру за подбородок. - Посмотри, я сказал! Я тебе не чертов эксперимент! Ничего не меняется. Я будто говорю с безвольной куклой, которая лежит ничком, позволяя делать с собой все что угодно. От этого только больнее. Где тот парень, что совал нос, куда не следует? Сознание объята туманной пеленой, ушах стоит оглушающий звон, а от нее никуда не деться. Куда мне деть сосредоточенный в груди гнев? Сжимаю пальцы; Диего, наконец, реагирует - цепляется за мой рукав, поднимает глаза. - Прошу, - кряхтит он, опрокидывая голову. Как бы я не зол, не хочу быть причиной его дрожащих слез на реснице. Обессиленный собственной силой, роняю руки. Тупо смотрю перед собой, не зная, куда себя деть. Так бы и забыл о существовании остальных фигур, если бы кто-то не ударил кулаком по лицу. Я упал рядом с Диего и тут же хватился за больное место. - Достаточно драмы, - это был тот самый неформал с ярко-рыжими волосами. – Вот что случается, когда кто-то целится на жопу нашего друга. Я опомнился только тогда, когда он унизительно надавил мою щеку носком ботинка. Рефлекторно вскочил на ноги и тут же замахнулся кулаком. Парень легко ушел из удара, пропустив меня мимо себя. Оказавшись за спиной, хватил за волосы и дернул вниз, что я чуть ли не потерял равновесие. - Дерешься как девчонка, - рычу, болезненно улыбаясь. Кто-то подставился под следующий удар и упал ничком предо мной. - Я еще не начинал, придурок, - парень пафосно плюнул в сторону, шагнул вперед и замахнулся ногой в уровне головы. Кикбоксинг? Не ожидал столь быстрого и точного удара. В ушах мгновенно загудело. Не успел взять себя в руки, как один из парней, воспользовавшись моментом, толкнул меня. Потом подключился другой, и так меня толкали по очереди. Как надоело, прижали в угол, окружили со всех сторон и посыпали пинками. Я даже не успел ответить. Толпа против одного? Не по-мужски. Хотя, пожалуй, мои правила тут не к месту, потому что только победа имеет вес в вопросах жизни и смерти. Моя попытка выйти из угла закончилась провалом. Я мешком свалился на землю и окончательно потерял надежду уйти от града грязных ботинок. Следом тело превратилось в один большой нерв, содрогающий от любых прикосновений. - Ты доволен, Диего? – сказал кто-то за плечами мальчишек. Диего. Как ни странно знакомое имя помогло мне вернуться в сознание, но я все еще не мог сконцентрировать внимание на происходящее, будто у меня отняли пульт управления собственным телом. Над головами десятка людей различаю едва уловимый свет с фонарика. Пытаюсь закричать, но ничего не выходит. Только успеваю вдыхать и дергаться в ответ пинкам. Да, больно. Оттого что тело, по которому прошлись заботливые губы Диего, так легко осквернить. Они даже не знают, что бьют по тем самым местам, где поцелуями Диего добился другой химической реакции. Насилие это одно. Для некоторых это олицетворение границ желаний. Могу поклясться, что эти парни в душе боятся лежать на моем месте, и не иметь возможности перевернуть время вспять. Кто-то умудрился нанести удар каблуком где-то в бок, после которой позвучал хруст сломанной кости. Я взвыл. Я ж, блядь, люблю! Скажите, разве чувства можно отбить ногами как резиновый мяч и закатить за поле, где он не будет мешаться?! Внезапно все прервалось. Неформал отпихнул опьяненных властью парней и присел предо мной на корточки: - Сид, надеюсь, ты усвоил урок. Я на секунду промолчал, выигрывая себе время, чтобы перевести дух. - Нет, я не поговорил с Диего. - Ему нечего тебе сказать, – по голосу ответ ему не понравился. И я получил ожидаемый удар кулаком в челюсть. В тот же самый миг свет скривился как в панораме; фонарик скатился по полу, а тот, кто держал ее прирос за спиной неформала. - Фил, прекрати. Я не видел ничего кроме темноты, но почувствовал, как всеобщее внимание перешло от меня к Диего. - Не хочу больше на это смотреть… - сказал он. - Так закрой глазки, друг мой, - чуть ли ни нежно пропел незнакомец. Он развернулся и собрался снова возобновить побои, но мой друг внезапно сделал шаг и оттолкнул его плечом, преградив собой меня. Не поздно ли спохватился? Я все еще зол на него. - Сид в первую очередь мой друг. Рыжий сначала разозлился бы, но внезапно что-то осознал и залился в неестественно громком смехе. За ним хихиканье перекатилось по всему гаражу. - О, кто-то проснулся. Но знаешь что: не лучшее время делать из себя супермена, потому что все это, - Филип сделал паузу и оглянулся, - благодаря тебе, понимаешь? Если еще не дошло, этот пидр в тебе уже не нуждается. Так что проваливай в угол со своей совестью. Я настолько отчаялся, что не удивился бы если бы Диего ушел, но он меня удивил. - Именно. Это я накосячил и я все исправлю, даже если придется пойти против собственных друзей. Отпустите нас. Держась за стену, осторожно принимаю вертикальную позицию. Голова кружится; фигуры предо мной пляшут. У Диего ничего не вышло. Даже когда некоторые начали топтаться на месте, неформал не отступил. Просто накричал на всех и прогнал. Этой потасовки между «друзьями» хватило на то, чтобы я мог подняться на ноги. Половина парней вышла из гаража, остальная половина перешептываясь отошла на стену. Если рыжеволосый все еще на ногах, тогда мой поединок еще не завершился. Одна проблема – сглатывать воздух каждым разом все труднее, из-за этого у меня будто помутился рассудок. Под левым ухом хлопнул оглушающий звук, и мое сердце юркнуло прямо под ноги. Это был Диего. Он нанес быстрый круговой удар голенью в колено; неформал взвыл и отступил на шаг, хватаясь за ногу. Я бы подумал, что он сдался, но спустя секунду, как только Диего подошел к нему вплотную – кулаком вывел дугу, снизу-вверх нацелившись на голову. Если бы парень не успел развернуться, то получил бы огромный урон. Я уловил в этих движениях технику классического бокса. Диего точно так же как и он сменил темп и стойку. - Филип, у тебя травма. Я не хочу драться. - Тогда отправь меня в нокаут, - с вызовом засмеялся другой. Мне лучше не вмешиваться в этот странный бой. Никогда бы не подумал, что уличные мальчики так умеют. На Филипа обрушилась масса коротких ударов, но тот успел отскочить от большинства, так и не получив ни одного дельного. Он, в ответ, перекачавшись, нанес правый хук над ухом Диего. Я заметил, как мой друг сдержанно улыбнулся мне, стремительно перевернулся и, с захватом руки на плечо, сбросил через спину. Затем с видом победителя навис над ним и скрутил руку за спиной. - А то, что ты упал, считается за нокаут? Неформал, лежа все еще пытался отбиться, но Диего сел ему на колено и крепко держал за запястья. - Все кончено, - сказал мой друг, прежде чем ударить его по голове. Как ни странно никто не вмешался. Одни снимали весь бой на мобильник, другие болели то за одного, то за другого, а как все закончилось, в гараже стихло. Парни подошли к победителю и выразили свое уважение. Диего поспешно подбежал ко мне. В его движениях сквозило беспокойство. Я улыбнулся ему. - Сид. Прости меня, прошу, - он упал на колени. – Парни, помогите мне! - А ты странно дерешься, - сказал я сквозь суету. Из меня льется странное тепло, когда взгляд прикован на этого потерянного мальчугана. Он не тот человек кем мы видели до сих пор. Он гораздо лучше и сильнее. Таких как он называют не ограненными алмазами. - Да, я учу приемы и скрещиваю, чтобы использовать на улицах. Ты не трать силы попусту. Тебя надо доставить в больницу, желательно в сознании. Кажется сотрясение. Ты видишь меня? – он машет передо мной рукой, а я, кажется, засыпаю. - Да. Ты прав. Кто-то успел вызвать скорую. Последнее что я помню - за стеной зашумела мигалка. Меня подняли на руки, а дальше идет неприглядная тьма. Думал, проснусь дома с будничными планами сходить в школу, в зал, поболтать с друзьями, но как открыл глаза, столкнулся с незнакомым потолком – слишком белым и высоким, что закружилась голова. Что-то подсказывает не подниматься. Да и затылок побаливает, правая щека распухла; будет глупо, если предприму побег. В палате я лежал один. Рядом на тумбочке оставили мой мобильник с разбитым экраном. Судя по часам, новый день еще не наступил, всего лишь поздний вечер. Кто-то ответил на звонки от матери, но похоже она не в курсе, что со мной. Я изучил свое тело, восстанавливая кадры из стычки. Нащупал под бинтами синяки, ссадины и сломанное ребро. - Блядь. Кто бы мог подумать, что так больно. Кто-то постучал в дверь, а за ним высунулась знакомая шевелюра. - Ой, ты проснулся, - Диего замешкался на пороге. Он держал мои вещи. - Принес чистое из дому. Твоя мама думает, что ты ночуешь у меня. Что я к нему чувствую? Теперь, когда наши жизни не висят на волоске, полно времени на тщательный анализ. Сначала хочу послушать, что он скажет. - Входи, - я сел. Ясно как день, парень чувствовал себя не комфортно. Поднимал на меня глаза и тут же отпускал: похоже я выгляжу не лучшим образом, а он чувствует передо мной вину в это. Мой друг повесил принесенную одежку на спинку кровати и сел напротив меня. Поправил одеяло, устраивался, собираясь с мыслями. - Салли велел мне поговорить, поэтому я и здесь. Нет, не думай! Я и сам бы пришел без его совета. Извиниться. Будет лучше, если я помолчу. - Сид, прости меня. Не хочу оправдываться, потому что знаю: ничего не выйдет. Я виноват и на этом тема исчерпывается. Если не хочешь прощать – не делай этого. Я и сам себя ненавижу. Салли прав – я всегда был трусом, и таким и останусь. Но я не струшу признать свою ошибку. Ты для меня особенный человек, но я так боюсь таких как ты – тех которым под силу перевернуть весь мир. Просто ты оказался не в том месте не в то время не с тем человеком, вот за это и расплачиваешься. Прости меня, что накрутил все это дерьмо… Я улыбнулся. Диего, наконец, посмотрел на меня и будто что-то нашел на моем лице. - Ты не трус, - я бы погладил его по голове, чтобы утешить. Все не так плохо как кажется. - Трус, - он соскользнул на пол и исчез где-то под кроватью. - Я не могу пошевелиться – подойди ко мне, пожалуйста. Диего немного поколебался, прежде чем выйти, но мое состояние его вынудило показать свое заплаканное личико. Медленно вышел и оперся подбородком о кровать, встав на колени. - Ты ведешь себя как девчонка, парень. Не вини себя, потому что я простил. - Придурок, я по-прежнему боюсь. Значит, ничего не изменилось! – он вдруг закричал, будто разозлился, но не ушел. – Я исчезну, обещаю, как только ты поправишься. - Сам дурак! – он заслужил легкий стук по голове. Мне удалось поймать его личико и стереть большими пальцами выступающие слезы. – Посмотри на меня. Я тебе еще не сказал главного. - Что? - Я люблю тебя. По-настоящему, понимаешь?! Диего затаил дыхание. Может, он не расслышал в прошлый раз, ибо вид у него был ошарашенный и почти счастливый. Не гадаю, что творится у него в голове, но я уверен в себе в том, что хочу быть с ним. Насколько можно ближе и дольше. Вся эта фигня, что было вчера утром уже не имеет никакого значения. Важно, что происходит сейчас. Важно видеть в отражении его глаз себя утонувшего в уповании. Я хотел увидеть именно это. - Сколько еще можно повторять. Я буду доставлять тебе только неприятности… - Но ты любишь меня, так же как и я, правда? Вот, я знаю, что это так. Мой мальчик не оттолкнет меня только потому что боится. - Да. Трус любит тебя… Мои губы растянулись в улыбке: - А говорил, что хэппи энды не по твоей части. Не беспокойся на счет труса – я тебя исправлю.