Если бы дождь мог говорить...

Он приходит только с рассветом, уставший, едва держась на ногах. В одной руке у него букет полевых цветов, другая же уже почти ничего не чувствует, она так и не восстановилась, спустя столько лет. Так привычно он садится на краешек кровати и дарит ей цветы. Этот букет — его любовь, вечная и потрясающе красивая, их руки соприкасаются, окутанные алым пламенем. Каждый день — это кусочек рая без войн и предательств, без анархий и сожалений, ведь главное, что они есть друг у друга. В поведении Вижна всегда было что-то особенное, чего никогда Ванда не видела в людях. Он был тем, кто всегда понимает и знает, что нужно. Здесь, в башне Старка, это стало своеобразным ритуалом. Однажды за столом Вижн увлекся и перешел с обычного разговора на язык научный — числа и термины. — В мире больше двух миллионов различных цветов, и это без селекции и мутации, вроде черных роз с синей каймой по краям, — он привел это просто как пример и тут же замолчал, его собеседники пытались осмыслить услышанное море информации. На что Ванда, которая уже давно не сводила с него глаз, ответила: — Я даже и не знала, что их так много, жаль, что мне и за всю жизнь не увидеть столько цветов, — она печально улыбнулась Вижну и все продолжили дальнейшее обсуждение, но только не Вижн, в его память въелись эти слова и этот печальный взгляд. И он решил каждый день приносить ей цветы. Сначала он просто оставлял их на столе, в её комнате - каждый раз разные, непременно распустившиеся. Он приходил днём, когда она была на тренировке, и когда она возвращалась - она видела их и приходила в неописуемый восторг. Она спрашивала у Мстителей и персонала, но никто не смог ответить ей, откуда берутся эти цветы. Ванда почти отчаялась это узнать, а цветы тем временем продолжали появляться. Однажды Вижн проходил мимо комнаты отдыха и заметил Ванду. Она сидела на диване, держала в руке цветок, и как ему показалось, была очень печальной. — Что-то случилось? - спросил он, тихо ступая по ковру. — Да так, - отмахнулась Ванда. — Мне так стыдно, эти цветы такие красивые, но я не знаю, как они называются. Уже завтра они завянут, а я даже не смогу рассказать о них, ведь названия я не знаю, - она бросила цветок на стол и откинулась на спинку дивана. — Это тюльпаны они растут в Голландии. По крайней мере, эти привезли именно оттуда, — Вижн подошел к столу и протянул ей цветок. Ванда взяла его, и взглянув на Вижна, спросила: — Ведь ты их приносишь, правда? Я видела как-то раз ты выходил из моей комнаты. Если бы Вижн мог краснеть, он наверное бы покраснел. Он едва заметно кивнул, а к нему уже подбежала Ванда и обняла его. Тогда он признался ей, рассказал, как влюбился, абсолютно без надежды, как терзался мыслями и чувствами, новыми и такими теплыми. С тех пор он приходил только с рассветом. Ему была приятна сама мысль, что он увидит её полусонную, вдыхающую аромат цветов.