Бойтесь своих желаний

— Алиса, доченька, — мама, сидя на краешке моей кровати, нежно гладила меня по голове, прямо как в детстве, когда мне снились кошмары, — Мы с папой так скучали по тебе, так ждали. — Мама, — я приподнялась, и с удивлением отметила, что я знаю эти стены. Я у себя дома, в своём настоящем доме. — Теперь всё хорошо, милая, — она поцеловала меня в лоб, — Больше мы тебя не отпустим. — Теперь всё будет, как раньше, — от дверей послышался такой знакомый хриплый голос, — Мы ведь рядом, Алиска, мы здесь. — Папа, — я чувствовала, как от счастья, слёзы навернулись на глазах. На колени мне запрыгнул Яша — мой кот, потоптавшись на мне, он, наконец-таки, выбрал место и улёгся, довольно урча. С кухни доносился аппетитный запах блинов. Бабушкиных блинов. Всё вернулось на круги своя, больше никаких проблем, никаких демонов и сделок. Я протянула руку, чтобы погладить кота, но ладонь провалилась сквозь него. Посмотрев на Яшу, я вскрикнула в ужасе, мордашка кота превратилась в ужасающую звериную морду, в панике, я посмотрела на маму и вновь закричала, её лицо приобрело мертвецкий оттенок, а лицо искажал кровожадный оскал. С отцом произошли те же метаморфозы, а вместо приятного запаха блинчиков потянуло гнилью. Светлые стены покрылись плесенью, силуэты родителей таяли, растворяясь в воздухе. Теперь я уже вопила, сжимая простынь в кулаках. Словно гром, раздался мерзкий смех.

***

Проснулась я в холодном поту, в моей руке был зажат платок, оставленный Сайфером. — Доброго утра, Лиса, — на стуле возле кровати, как ни в чём не бывало, сидел Билл, — У тебя есть час, чтобы собраться, будешь отрабатывать второе желание. — Куда собираться? — после вчерашней истерики ужасно болела голова, — У меня работа ещё, я занята сегодня. — А это будет сюрприз, шевелись давай. На работе никто не заметит твоего отсутствия, я позабочусь. Другого выбора у меня не было, со стоном поднявшись, я направилась к шкафу, чтобы выбрать новую одежду. Сайфер всё это время внимательно следил за мной, я кожей ощущала его взгляд, сверлящий дырку на моей спине, схватив майку, попавшуюся под руку, я быстро ретировалась из комнаты, направляясь в душ. После того, что мне наговорил демон, находиться с ним в одном помещении больше пяти минут не было желания. Довёл вчера девушку до слёз и сидит спокойный, мог хотя бы извиниться. Сволочь. Скромный завтрак я тоже разделила с Биллом, пока я поедала хлопья с молоком, он, не отрываясь, смотрел на меня. Я упрямо молчала, стараясь не замечать такого пристального внимания к своей персоне. Хотя получалось это плохо, я нервничала, не понимая причины такого поведения, ложка выскользнула из рук и с громким всплеском упала в тарелку. Итог — я вся в молоке и готовом завтраке. С противоположенной стороны стола раздался хохот, треугольник ржал в голос. Взяв полотенце, я оттирала с себя остатки трапезы, с ненавистью наблюдая за веселящимся Сайфером. — Ну, вот что ты за человек такой, радуешься чужим неудачам. — А я не человек, Лиса, — он подмигнул единственно видным глазом, за что и получил мокрым полотенцем по лицу. Судя по тому, что на мои действия он отреагировал вполне миролюбиво, швырнув несчастный кусок ткани обратно в меня, сегодня настроение у него заметно лучше. Новая майка была безнадёжно испорчена, я встала из-за стола, намереваясь пойти переодеться, демон последовал за мной. — Может, ты выйдешь, мне переодеться нужно, — я стояла у шкафа и многозначительно трясла вчерашней рубашкой, «тонко» намекая, что ему лучше уйти. — Не-а, я останусь, тем более что смотреть не на что. — Пошёл вон, — я вытолкала из комнаты вновь хохочущего Сайфера, повернула защёлку и только после этого со спокойной душой поменяла одежду. — Готова? — я стояла перед ним, держа в руке рюкзак, и утвердительно кивнула, — Тогда, в путь. Билл взял меня за руку, что-то прошептал, и нас поглотил внезапно открывшийся портал.

***

— Нам ещё долго идти? — Терпение, Лиса, осталось немного. Мы уже больше часа шли по дремучему лесу, огромные сосны-великаны утыкались своими макушками в небо, казалось, что они даже пронзают облака. Блуждая между деревьев, мне уже начинало казаться, что мы заблудились, пейзаж везде был одинаков. Причины нашей внезапной прогулки без определённого маршрута демон не объяснил, отмахивался от всех вопросов, грозясь лишить меня голоса, если я не замолчу. Шли мы, кстати, не по нормальной тропинке, на которую приземлились в самом начале, а прорывались сквозь колючие кусты, я уже успела заработать себе неглубокую, но зато длинную царапину на щеке. Где-то среди веток щебетали птицы, счастливые обладатели крыльев, им не нужно тащиться по земле и через каждые несколько метров запинаться об корявые корни. Денёк был замечательный, самое то для вылазки на природу, солнце грело спину, только вот меня об этой вылазке толком не предупредили. Сейчас безумно хотелось пить, но воду я, конечно, с собой не взяла, а просить у Сайфера, чтобы он поскрёб по своим демоническим сусекам и наколдовал мне попить, я не хотела. Обида за вчерашнее не прошла, она ещё долго будет напоминать о себе, каждый раз, когда я встречаюсь взглядом с блондином, в голове всплывают его жестокие слова, отдающиеся болью в сердце. Не думаю, что смогу когда-нибудь простить ему то, что он сделал. — Почти пришли, — демон резко затормозил, и я, не смотря вперёд, врезалась в его спину, — Какая же ты неловкая, кошмар. Я насупилась и демонстративно отвернулась в другую сторону. Нет, ну, а что? Он сам виноват, аккуратней нужно останавливаться. — Лиса, слушай меня, — он затронул меня за плечо, с неохотой обернулась, — Дальше ты пойдешь одна. — Почему? Я не хочу! — перспектива блуждать в одиночку по неизвестному мне лесу не прельщала. — Да дослушай ты, — Сайфер устало потёр виски, — Дальше ты идёшь без меня, не волнуйся, до цели близко. Пойдёшь прямо — наткнёшься на заброшенную хижину, именно тебе туда и надо. Главное, ничего не бойся, если ты не позволишь страху овладеть тобой, то всё будет хорошо, ясно? — Да, а что за «хижина» такая? — Вот мы и подобрались к самому интересному, — он ухмыльнулся, — В доме, на втором этаже, есть одна шкатулка — ты сразу узнаешь, что это она, почувствуешь. Так вот, внутри шкатулки лежат два зеркала — они мне нужны. — А чего сам не сходишь? Ножки слабенькие или фобия старых домов? — Помолчи, я ещё не закончил, — Билл скривился, — Меня не пропустит страж, но ты не бойся, он ничего не сделает тебе, так как ты человек. Но я не уверен. Когда найдёшь зеркала, ни в коем случае не пытайся унести их вместе с шкатулкой или притрагиваться к ним голыми руками, иначе не выберешься оттуда. Не трогай и не бери ничего, кроме зеркал. Используй эти перчатки. Как сделаешь всё и принесёшь добычу, то с тебя списывается одно желание. Он протянул мне пару кожаных перчаток. — Зайти, взять и уйти, всё так просто? И нет никаких подвохов? — в то, что будет всё так легко, не очень то и верилось. — Да, — демон кивнул, — А теперь давай, шевелись, время не ждёт. Со вздохом, я засунула перчатки в задний карман джинс, идти куда-то в неизвестность не хотелось, но разве у меня был другой выбор? Глупый вопрос. Бросив последний взгляд на Сайфера, я двинулась вперёд, руками раздвигая ветки куста. Заброшенная хижина действительно оказалась рядом, буквально рукой подать. Сразу было видно, что сюда уже давно никто не заглядывал: крыша успела порасти мхом, ветхая дверь слетела с петель, окна небрежно заколочены, в некоторых местах доски уже прогнили и косые окна смотрели на мир пустыми глазницами. Среди высокого бурьяна лежал упавший забор. Симпатичная картина, ага. «Проклятый старый дом…» — в голове так кстати пронеслась строка из одной известной песни, чем ближе я подходила, тем больше было моё желание свалить отсюда к чёртовой матери. Но, как говориться, обещания нужно выполнять, особенно, если оно дано могущественному демону. Дверь поприветствовала меня страдальческим скрипом, прогнившие половицы стонали подо мною, и казалось, что стоит сделать следующий шаг, и я провалюсь в подпол на радость крысам. В том, что здесь водится данный зверёк, я не сомневалась. Внутри было ужасно темно, даже несмотря на то, что солнечный свет падал сквозь щели, двигаться приходилось буквально на ощупь. Теперь нужно было найти лестницу, ведущую наверх. Пару раз врезавшись в мебель, и больно ударившись коленкой об старый комод, я почувствовала перила. Второй этаж сильно отличался от первого. Во-первых, здесь было светло — большая дыра в крыше способствовала этому. Во-вторых, здесь было сухо и не тянуло гнилью из подвала. Осторожно ступая, я шла к единственно закрытой двери в конце коридора, я нутром чувствовала, что именно за ней находится то, что мне нужно. Повернув облезшую, некогда золотую ручку, выполненную в форме головы рычащего льва, я зашла внутрь. Комната была абсолютно пуста, только в самом центре стоял маленький столик на одной ножке, на котором лежала заветная шкатулка из чёрного дерева, на крышке была надпись, разобрать я её не смогла, что-то на латыни. Я уж было потянулась открыть её, но вовремя вспомнила про перчатки, не зачем лишний раз рисковать и хватать её голыми руками. Стоило мне только к ней прикоснуться, как шкатулка открылась с глухим щелчком, внутри, на тёмном бархате, лежали два небольших круглых зеркала. Одно с серебряной крышкой, с гравировкой на ней и изумрудом посредине, другое почти такое же, но с россыпью рубинов. Дорогие вещицы, не знаю, зачем они Биллу понадобились. Не в ломбард же он решил их сдать. Завернув зеркала в бархат, я убрала их в карман, и уже развернулась, чтобы уйти, как за спиной раздался звон. Что-то металлическое упало на пол. Я обернулась, чтобы узнать причину шума и увидела браслет, шириной где-то в несколько сантиметров. Ничем не примечательный, железный, со странным узором, но стоило мне только его увидеть, как в голове пронеслось «хочу». Не отдавая отчёта в своих действиях, я шла к нему, каждый шаг давался с трудом, но что-то двигало мной, заставляя дойти до браслета и поднять его. Украшение блестело в свете солнечных лучей, проникающих в комнату. Разум словно затуманило, я засмотрелась на него, буквально не могла отвести взгляда. Железяка притягивала к себе со страшной силой. Очнулась я только тогда, когда браслет защёлкнулся на моей руке, больно сдавливая запястье. — Что за чертовщина? — я попыталась снять его с себя, но он только сильнее затягивался. Сзади раздался сиплый, старческий хохот и приближающиеся шаги. Теперь мне стало по настоящему страшно. — Не пытайся избавиться от него, милая, — я не могла сдержать крика, так сильно браслет сжал мою руку, — Чем больше ты сопротивляешься, тем больнее тебе будет. Успокойся и попытайся подумать о чём-нибудь другом. Легко сказать «подумай о «другом», когда на тебе дьявольское украшение, желающие сломать кость. Опустив руки, я закрыла глаза и попыталась отвлечься, предо мной возник образ Сайфера. Что-то я слишком часто о нём стала думать. — Умница, а теперь не пугайся, — голос был совсем рядом. Я открыла глаза и вновь вскрикнула, предо мной стоял слепой старик. Его длинные седые волосы, все в колтунах, свисали жирными сосульками до пояса, длинная борода доставала до пят. Одет он был не то в грязную серую рубаху, не то в балахон, всю в дырах и заплатах, во многих местах, свободные штаны скрывали ступни. Весь в морщинах, под ногтями грязь. Его абсолютно белые глаза, казалось, светились неземным светом. — Кто вы? — внезапный гость мне не нравился. — Я здесь живу, — он улыбнулся беззубым ртом, — Всегда здесь жил. И гостей сегодня не ждал. — Я… — а Сайфер говорил, что хижина заброшена. Врун. — Я знаю, кто ты, — он взял меня за руку, — Знаю, зачем ты ко мне пришла, как вор, без стука и предупреждения. Знаю, что ты забрала у меня, украла. Я знаю всё о тебе. Я всё вижу. Старик расхохотался со страшной силой, его тело содрогалось в конвульсиях. Безумец, определённо безумец. Я хотела сказать хоть что-нибудь в своё оправдание, но голос исчез, а ноги будто приклеились к полу. Безумец замолк и вмиг переменился в лице, словно его окутало тьмой. — Три сотни лет ко мне никто не заходил, три сотни лет провёл во мраке я, скитаясь в четырёх стенах, три сотни лет я выполнял своё обещание, охраняя их, — он махнул в сторону шкатулки, — Три сотни лет я ждал, когда ко мне заглянет тот смельчак, кто осмелиться бросить мне вызов. И тут ты, дитя, отмеченное демоном. В комнате без окон (!) задул ветер, поднимая вековую пыль. — Отдай то, что не принадлежит тебе, и я пощажу тебя, дитя, отпущу с миром. Онемевшие руки сами полезли в карман, доставая зеркала. — Я, — каждое слово давалось с трудом, — Я не могу их вернуть. Если я не сделаю так, как он велит, то лишусь жизни и наврежу тем, кто дорог мне. Собрав всю свою силу воли, резко опустила руки вниз, сбрасывая с себя остатки контроля. — Зря ты так, дитя, но, — кажется, его сморщенную голову посетила мысль, — пускай тебе будет урок. Я выпущу тебя отсюда с ними, ступай. Дверь открылась настежь, а неведомая сила толкнула меня за порог, когда я хотела было бежать, мне вновь не дали этого сделать. — Ты прокляла сама себя, дитя. Поддавшись искушению, связавшись с демоном и отдав ему часть себя, ты пустила в душу разрушающую тьму. Вскоре тебя не станет, тебе не попасть в свой мир, но и в этом не остаться. Твоя судьба — скитаться вечность во мраке. Браслет ускорит процесс. Меня пробрала дрожь, недавно Сайфер говорил что-то похожее, что я исчезну. — Верни мне то, что украла и я спасу тебя, верну домой. Подумай хорошенько над моим предложением, у тебя ещё есть время. А теперь ступай, надеюсь, ты сделаешь правильный выбор. Дверь захлопнулась за спиной, вновь раздался безумный хохот. Не помня себя, я помчалась прочь, выскочив из дома и не сбавляя скорости, бежала через кусты, падая и поднимаясь, ветви били по лицу, губа была разбита. Остановиться я смогла только тогда, когда увидела Билла, спокойно сидящего на земле и читающего книгу. Надо же, демоны читают людскую литературу. — Боже, ты по дороге решила развлечься и поваляться в грязи? — иронично, демон поминает Всевышнего. Отвечать на его колкость я не могла, казалось, что из меня выпили все силы. — Я сделала всё, как ты просил, — я достала из кармана зеркала, завёрнутые в ткань, и всучила ему, попутно стягивая перчатки и бросая под ноги. — Отлично, заслужила конфетку, а теперь… Эй, ты чего? Перед глазами всё поплыло, и окончание фразы я не услышала, слишком много впечатлений за сегодня. Сознание покинуло меня.