Лагерь «Сонная лощина»

Вечер пятницы был похож на томатный суп с макаронами. Медленно угасали сумерки цвета мартовского снега. Свет вежливо уходил из оврага за домом Росса и Девятки, как будто его выключали реостатом. Лагерь пустовал, просто ни единой души. Даже перекати-поле здесь не появилось бы. Но с пляжа — точнее, с груды мусора на грязном песке — доносились биты музыки и разноцветные лучи. Тьма. Ультрафиолет. Ремикс Рианны. На танцполе — девчонки в экстремально коротких платьях. Мальчишки, набирающиеся смелости к ним присоединиться. Когда время шло к восьми, на «пляж» подтянулась толпа «слишком крутых, чтобы приходить вовремя». Они входили вразвалочку, демонстрируя, что у них есть и другие дела, поинтереснее танцев, и разглядывали пляж так, словно собирались его купить. Они держались кучками и изо всех сил сдерживали желание вырваться на танцпол, когда врубили «On to the next one» Джея-Зи. Девять с Половиной, в своём пышном голубом бальном платье, рваных сетчатых колготах и армейских ботинках, бегала по танцполу как заведённая игрушка. Росс стоял, привалившись к стене, увешанной постерами. На нём была новенькая бледно-зелёная рубашка с отглаженным воротником. Рубашка смотрелась совершенно неожиданно в сочетании с потёртой косухой и походными ботинками. Кучки ребят продолжали танцевать. Кендалл сидела на скамейке около домика вожатых и мучилась от головной боли. Эта идиотская, с позволения сказать, вечеринка, подарила ей ужасную пульсирующую боль в висках и раздражённость на последующие два дня. Ни таблетки, ни холодное полотенце на лоб, ни крепкий чай не помогают — что же ей теперь, удавиться что ли?! К блондинке подсел Росс.  — Чё не танцуешь? Там все твои одноклассницы так бошками трясут под «Whip my hair», что мне кажется ещё чуть-чуть и нас всех снесёт, — парень заржал и якобы незаметно приобнял блондинку за плечи, но та небрежно передёрнула плечами, требуя, чтобы он отстал.  — У меня очень болит голова из-за этой вечеринки, а тут ты ещё со своими приставаниями, — девушка прикрыла зелёные глаза и откинула голову.  — Ну как же не приставать к такой красотке… — рыжий положил руку ей на бедро.  — Отвали, — Перкинс покраснела. В то же мгновение Росс словно озверел и, сжав запястья Кендалл, стал целовать её в шею и ключицы. Девушка вскрикнула и забрыкалась, отчего оба повалились на холодную землю, а вырваться было невозможно — Росс был сильнее и тяжелее в два раза, а отпускать явно не собирался. Что же делать?! Музыка неожиданно стихла и с пляжа выбежала Девять с Половиной, что-то крича. Девушка со всей силы пнула Росса. Тот вскочил, как кипятком ошпаренный.  — Сука! Ублюдок! Я тебя ненавижу! — Отомн визжала и задыхалась в рыданиях. Большая часть одноклассников сбежалась на истеричные крики, кто-то поражённо наблюдал, кто-то снимал на телефон, но никто не спешил помогать. Рональдо помог Кендалл подняться.  — Да пошла ты! — прохрипел Росс.  — Я тебя убью! Урод! Скотина!!! — Отомн оттолкнула Росса и подскочила к Кендалл. — Это ты его сооблазнила, тварь! — Перкинс получила от вожатой такую оплеуху, что вновь упала на сырую землю.  — Я здесь вообще не при чём! — блондинка приложила холодную ладонь к горящей щеке, в глазах противно защипало. Не хватало ещё расплакаться при одноклассниках. — Это твой неверный на меня накинулся! Все смотрели на эту картину, даже не пытаясь помешать спору, который мог перерасти в настоящее побоище. Отомн явно была настроена на то, чтобы выцарапать Перкинс глаза и подвесить Росса на Биг Бене за кое-какое место.  — Ври больше, ублюдина! — Отомн схватила Кендалл за волосы. Все ахнули. Перкинс наступила Девятке на ногу и отвесила пощёчину — в ответ вожатая врезала Перкинс прямо в нос. Кендалл заскулила и осела. Тогда Отомн вновь схватила соперницу за белокурые волосы и вырвала целый клок, Перкинс взвыла от боли. Росс и Кларенс ухватили брыкающихся девушек и оттащили подальше друг от друга.  — Пусти меня!!! — заверещала Отомн. — Я пущу её кровь на чернила, а кишки на верёвки! Шлюха! Кендалл еле вырвалась из хватки Кика и уже вовсю рыдая, убежала в лес. Росс крикнул ребятам:  — Быстро за ней! Она там пропадёт! — и силком потащил Девятку к пляжу. Кик побежал за Кендалл. Вот же идиотка! О чём она вообще думала?!  — Перкинс! — Кларенс звал её уже двадцать минут, но безрезультатно. Спотыкаясь о камни и получая ветками по лицу, Кик злобно прошептал себе под нос:  — Дура! Кендалл бежала, даже не видя дороги, падая и снова поднимаясь. Девушка шепнула сама себе:  — Дура! — и ещё раз упав, приподнялась на локтях и встала. Насколько далеко она убежала? И успеет ли она вернуться в лагерь, до того как потеряет сознание от головной боли, слёз и разбитого носа?  — Ты куда рванула, идиотка?! — рядом появился Кик и схватил её за руку. — Ты вообще думаешь хоть где-нибудь, кроме школы?! Кендалл лишь смотрела куда-то в одну точку и утирала слёзы и кровь из носа. Тушь размазалась, всклокоченные волосы спутались, белое платье годилось теперь только для мусорки.  — Лучше бы я здесь сдохла… — прошептала девушка.  — Перестань ерунду говорить, пошли обратно, — уже мягче сказал Кик, накинул ей на плечи кофту, которую она оставила в лагере и повёл через лес, как раскапризничавшуюся дошкольницу. Кендалл лежала в постели и рассматривала деревянный потолок — она всё никак не могла заснуть. Тело ныло, голова всё ещё болела, носа она практически не чувствовала, ей было очень плохо. Если она сейчас не выйдет на улицу, просто сойдёт с ума. Спустившись со второго этажа и незаметно прошмыгнув мимо спящей Джеки, Кендалл вышла на крыльцо и сразу испытала огромное облегчение. От свежего воздуха голова прояснилась и стало гораздо, гораздо легче дышать. Кендалл долго смотрела на дом Отомн и Росса и, наконец, решила пойти туда и объяснить всю ситуацию Девятке и заключить мир. Дойдя до дома, девушка сначала нерешительно топталась около двери и только спустя пару мгновений негромко постучала, выдохнув. Ответа не последовало. Перкинс тихонько приоткрыла дверь. Тишина. Отчего-то страшная тишина.  — Отомн, извини, я стучала… — Кендалл запнулась, так и не договорив. Рядом с лестницей лежала девушка. Девять с половиной лежала в неестественном положении, руки и ноги были вывернуты, а из колена торчала кость — кажется, её кто-то столкнул с лестницы, а затем как будто добил. Кендалл хотела завизжать, но горло ей словно сцепили когтями и она смогла выдавить из себя только тихий хрип. Девушка, качая головой и чувствуя головокружение, на негнущихся ногах пулей побежала к первому, о ком вспомнила — к Кику. Вломившись в домик, блондинка начала трясти спящего Кларенса.  — Кларенс, вставай! — Кендалл даже не пыталась шептать. — Кик, прошу тебя, проснись! Кик!  — Чего случилось? — пробормотал сонно и недовольно Кик.  — Там… там… — Кендалл рвано вдохнула и по щекам у неё пошли слёзы.  — Перкинс, ты что бредишь?! — прошипел сорвиголова. — Что «там»-то?!  — Пожалуйста, пошли со мной, я не могу сказать!  — Зачем мне это делать?! Я не хочу!  — П-прошу… — Кендалл выглядела настолько непривычно напуганной и жалобной, что Кик, вздохнув, поднялся и побрёл за одноклассницей, бегущей в сторону дома вожатых. Войдя в дом, Кларенс остановился как вкопанный и уставился на вывернутый труп Девятки.  — Твою мать… Кендалл окончательно разрыдалась.