ТОЛЬКО БОЛЬ. ТОЛЬКО ЛЮБОВЬ.

      Свежий ветер подул в слегка открытую форточку, чем и разбудил юную девушку. На часах 13:00, вот это да, люди уже обедают, а Касаткина только собралась завтракать. Скрип входной двери заставил Марину закрыть уши от ужасной головной боли. — Что за черт? Кто там?? — возмущенно шипела брюнетка. — Это я. Убираться пришла, вас обычно нет в такое время дома, Марина Алексеевна. — нервно сказала уборщица. — Лида, черт побери! Какая разница, есть я или нет? Ты могла позвонить!? — орала девушка. — Ну, тогда вы накричали бы на меня за то, что я вас разбудила. — спокойно утверждала Лидия. — Ты что, издеваешься надо мной! Быстро убери здесь! — еще громче закричала Марина. Лида побрела в сторону спальни Касаткиной, чтобы протереть там пыль, вымыть полы, а Марина в это время быстро оделась и вышла подышать воздухом. Несмотря на утреннюю прохладу, на улице было тепло. Свежо, но тепло, не жарко. Зайдя в аптеку и выпив пару таблеточек от головной боли, девушка пришла в спорт-бар, чтобы перекусить карамельным пудингом, ее любимым. Неожиданно, к девушке подсел парень, игравший за «Медведей», представившись Алексеем. — Привет, красавица. Может быть мы с тобой где-нибудь..переспим? — легко заявил Смирнов. — Чего? Ты охренел, пошел отсюда, чтобы я тебя не видела, понял? — нервно закричала Касаткина. Ей подпортили настроение еще с утра, а сейчас добавили и девушка уже не выдерживала. В бар зашел коллега Леши, хлопнул "товарища" по плечу и присел рядом с девушкой. — Слушай, друг, а тебе не говорили, что с девушками так не разговаривают? — заявил парень. — Щукин, вали отсюда, ты не видишь, мы здесь общаемся!! — проговаривал Смирнов. — Шевели своими граблями, чеши отсюда и купи себе губозакаточную машину, тебе с ней ничего все равно не светит. — угрожал Егор. Обозленный парень покинул заведение, подмигнув Касаткиной на прощание и шлепнув ее чуть ниже плеча. — Спасибо, что-ли. — пожала плечами Марина, но довольно холодно. Такие слова редко кто-мог услышать от такой девушки, как Касаткина, в принципе как и слова "пожалуйста" или элементарное "приятного аппетита". — Не за что, а ты что, сидишь? Не грубишь, не хамишь, не ставишь себя выше меня, даже не отшила и ДАЖЕ сказала спасибо, это очень странно. — протараторил Щукин. — Я что, по-твоему, стерва или бездушная тварь? — ошеломленно спрашивала брюнетка. — Да. — в шутку проговорил Егор, смеясь при этом. Девушка сглотнула ком, который стал у нее в горле и выбежала из-за стола в дамскую комнату, оставив свою сумку, с телефоном и ключами от квартиры. Щукин захватив с собой вещи девушки, побежал вслед за ней. — Марин, Марина. — стучал в дверь "комнатки" Марины Егор, слыша всхлипы девушки. — Марина, прости, я не хотел тебя обидеть, правда. Просто..ты вчера так грубо обошлась со мной, что я..ну..просто хотел отомстить что-ли, а на самом деле, я просто уверен, что в душе ты не такая, какой выдаешь себя на показ другим. Ты добрая, просто ты спрятала это в себе, глубоко, а достать у тебя, видимо, не получается. Просто покажи, что ты другая, что ты уважаешь людей, а не ставишь их выше и не считаешь себя королевой. Эти слова очень тронули девушку, ведь плакать она, в буквальном смысле не умеет, она никогда не показывала боли в себе, она забивала ее. Вокалом или танцами, они успокаивали ее, — глушили все проблемы, которые бушевали внутри. Девушка открыла дверцу, впустив к себе Щукина. — Понимаешь, — издалека начала девушка, — мне кажется, что я просто не могу быть другой. Меня никто никогда не любил по-настоящему, да и я тоже. Я спала со всеми мужчинами, а потом бросала их, слыша в ответ какая я "шалава", но раньше меня это не подстегивало, совсем, понимаешь? А сейчас, когда так со мной обошёлся ТЫ, то, меня вывело это из себя. Ты первый, который так сказал мне, так грубо, даже если у нас и не было ничего и я не хочу жаловаться отцу, я хочу..по-другому. Девушка посмотрела в глаза парня, своими, заплаканными и красными, наполненными болью и одновременно некой нежностью. Приближаясь к друг другу, Марина слышала как стучит ее сердце, как страшно ей прикоснутся к нему, казалось, что это все сон, ведь не один мужчина так искренне не разговаривал с Касаткиной, ни один мужчина так не обходился с ней. Их губы соприкоснулись и слились в страстном поцелуе. Парень обхватил девушку за талию, но всю идиллию прервал стук в дверь. — Эй, скорее пожалуйста, вы не одни!! Ребята вышли из комнатки и направились к столу, усевшись поудобнее они смотрели друг на друга, и просто молчали, было видно, что они просто жаждят друг друга, но их то ли скромность, то ли стеснение не позволяют им просто накинутся друг на друга, даже не прелюдно. — Знаешь, — решил начать парень, — у тебя невероятно красивые глаза и ты очень хорошо целуешься. Девушка улыбнулась, опустив глаза в пол. — И улыбка. Очень красивая улыбка. Можно я провожу тебя домой? — Обычно меня все только имеют, в постели, а до дома меня не провожал никто. — нехотя проговорила Касаткина. — Я рад, что буду первым. Щукин проводил девушку до самой двери в квартиру, но не позволил себе поцеловать ее. Марина постучала в дверь, чтобы ее открыла уборщица, потому что лезть за ключами было лень, а Марина хотела поскорее пригласить Егора к себе и... угостить чаем. Да, это первый парень, которого она хочет угостить чаем, а не "угостить чаем". Горничная открыла дверь. — Ой, Марина Алексеевна, вы уже пришли. А я все убрала..Ой, а вы не одни, ну проходите, Марина Алексеевна, что сделать? — тараторила Лидия. — Лида, ничего не нужно, спасибо, я все сделаю сама. Да, и завтра можете не приходить, я сама везде уберусь. — все это время Касаткина смотрела в глаза Щукину, улыбаясь ему. Сказать, что Лида была в шоке, это ничего не сказать. Хозяйка впервые так общалась с горничной, а уж тем более никогда не давала выходных и сама не делала ничего в квартире, видимо любовь творит чудеса. Или это не любовь, а просто некая привязанность или возможно влюбленность, или очередная интрижка? Что это, понять не может, наверное, даже сама Марина..Пока...