В семье не без урода.

— Слушай меня внимательно, кусок вампира! — я не на шутку разозлился. Мы стояли на улице, возле бара, в котором и я увидел своего собрата по несчастью — эльфа Диора. Я хотел немедленно побежать за ним следом, но вампир, который также пулей вылетел из бара вслед за мной, громогласно заявил, что первым собирается поболтать с этим эльфом, а я должен им не мешать. Видите ли у них встреча чрезвычайной важности, а я тут сбоку припеку. — Я бы попросил выбирать выражения! — голос вампира стал слегка визгливым. Как правило, представители этого рода обожали разговаривать тихо, вкрадчиво, с чувством и расстановкой. Но не это создание, как видите. — В конце концов я за вас заплатил! — пропищал он. — Ух ты какой щедренький. Шлангом прикидываешься? — я прищурил глаза. — Думаешь я вас, вампирюг-тварюг не знаю? — Ну знаете, это уже слишком! — голос вампира взлетел на октаву выше. — К эльфу иду я и точка. У меня к нему важный разговор. По душам! А у вас души нет, вам там делать нечего. — Это у меня то души нет? — я чуть было не поперхнулся от такой наглости. — А кто человеческую кровь пьет? Я что-ли? — И не я тоже! Я вообще вегетарианец! — Врешь, вампирюга! — недоверчиво проворчал я. — Вот те крест! — в чувствах пропищал мой собеседник. — И что ни капли в рот? Чем докажешь? — я решил загнать заразу в тупик, чтобы он наконец признал, что наш диалог полная идиотия и ему уже пора к себе, в гробик баиньки. — Уу, я тебе сейчас все докажу! — глаза моего собеседника как-то не дружелюбно засияли. — Режь руку! — Чеего? — я отпрянул на пару шагов назад. Может он псих? Ну точно, так наверное и есть. Вампир, сбежавший из психушки. — Режь давай. — кроважадно повторил вампир. — А я тебе докажу, что я чисто физически не смогу пить кровь. Я призадумался. Сейчас пораню руку, а он из себя выйдет при виде крови, силы прибавятся сразу же, и все, конец мне. Я то в волка не превращусь, и пусть пока он об этом не знает, но все же. И пока я рассуждал подобным образом, мой кровожадный собеседник резко выхватил что-то из сумки. Что-то укололо мою руку. Кажется вампирская морда слегка поранила меня. — Ты что, идиот?! — зарычал я. Ну все, терпеть этого изверга больше нельзя, начинаю атаку в привычном мне облике. — Нет, я не идиот, — с блаженной улыбкой отвечал вампир. — Я вампир, который боится вида крови, и ой, у тебя капельки появились. — прошелестал он, не отрывая взгляда от раны на моей руке. Секунда, и он вдруг обмяк и осел на пол. Я же застыл на месте, разглядывая это бледное тельцо. Если глаза мне не изменяют, удар был нанесен крючком для вязания.

Спустя несколько часов.

— Таки вы шо ребята серьезно? — эльф таращился на нас, как на идиотов. — Сбежать с вами от кары королевской? И куда же, скажите на милость? Может быть у вас есть какое-то место? — Пока нет! — воодушевленно отвечал вампир по имени Боби. — Но в перспективе будет! Я вздохнул. Давайте-ка восстановим цепь событий. И пока мой новый друг валялся на земле в обмороке, я отправился по эльфийскому Диснейленду в поисках медпункта. Вскоре был найден медпункт и нашатырь, а вампир, прийдя в себя, принялся причитать о своей долгой и несчастной доле. Как оказалось, из клана вампирского он ушел, так как не похож на всех родственников, бизнес по продаже вязанных салфеток не построил, стоящего вампирского крема от загара на коммерческом рынке нет, а в солярий ему хочется, ну и все в таком духе. К концу его повествования, я, если честно, уже устал от этой галиматьи, но все же чувствовал себя счастливым. Я не один на этом свете. Вот только теперь, когда мы с Боби нашли друг друга, перед нам стоял вопрос: куда дальше? Мы знаем, что есть эльф и есть дракон. Вместе мы пока что целая компания неполноценных ребят, своего рода магических инвалидов. И что дальше нам делать? Боби втирал мне что-то за парад в защиту магических меньшинств, предлагал выбрать радужный флаг, но собственно говоря, я мало его слушал. Поэтому мы решили поговорить с эльфом и принять решение вместе. К счастью или несчастью, эльф уже был в возрасте, повидал на своем веку много и как бы сказали люди: был самый настоящий еврей. Мы нашли его в апартаментах большого дома и убедили дать нам слово. Но пока что впечатления особого не произвели, это явно читалось на его лице. — Таки перспективы это хорошо. Но знаете, что у меня в перспективе? Суд! И Диор вам не идиот, нет нет, Диор уже все разведал. Меня либо отправляют-с в тюрьму, либо на королевскую службу. И поскольку в тюрьму Диор не хочет, он там кое с кем уже договорился. — туманно заверил нас эльф. — Поэтому побег с вами приведет к краху, провалу и апокалипсису, выбирайте существительное, которое больше нравится: все одно. — Думаю апокалипсис, — поразмыслив произнес Боби. Эльф закатил глаза, а я был готов биться головой о стол от безысходности. Неужели ничего нельзя сделать? — Послушайте, но разве это не чудо? Вы наверное столько лет считали себя ненормальным чужаком, а перед вами сидим мы и понимаем вас на сто процентов. — Голубчик, — ласково произнес эльф. — Я столько лет успешно пользовался своими мозгами, что мне было абсолютно плевать похож я на свою родню или нет. Они у меня всю жизнь хороводы водили, да фрукты собирали, а ты посмотри, какую империю я создал. — Которой теперь придет конец? — невинно поинтересовался Боби.       Эльф же проигноровал это замечание и продолжал: — Делайте, что хотите, но сегодня я отбываю в столицу нашего королевства. Там может слово за слово и не придется-с служить, но прибыть надо. Желаете вы, можете пойти со мной, но только до ворот столицы. Там уже распрощаемся.       Мы с Боби переглянулись. Делать было все равно нечего, а значит можно в столицу. Может по пути, что придет в голову. — А добираетесь начем? — вдруг заинтересовался мой вампир. — Повозка, радость моя, повозка. Через Элипиас срезаем и сегодня к вечеру уже будем на месте.       В эту секунду, я прямо на месте и оторопел. Нет, ну может я правда в сказке какой-нибудь или фанфике по заявке? Ведь именно в Элипиасе будет этот дурацкий конкурс стихов. А значит мы можем встретить Уильяма, как никак ещё один брат по несчастью. — Что-то у тебя глазки засияли, Мэттью. — задумчиво потянул эльф. — Таки расскажешь нам что такое? — В Элипиасе остановка будет? Если да, то светит нам возможность встретить ещё одного прекрасного почти человека. Эльф и вампир уставились на меня, ожидая подробностей.

Спустя ещё несколько часов.

      Долго ли, коротко ли, но наша честная компания ехала в столицу. Наконец-то мимо меня мелькали не дерьвья, лесные просторы и речки. Мы ехали прямиком через города, да такими неведомыми дорогами, что можно было с ума сойти. Я успевал рассмотреть высотные здания и лачуги, по всюду пестрила реклама, звучала музыка, а к вечеру обещали, что все населенные пункты будут освещены тысячими прожекторов. Все это было мне в новинку, а вот Боби и Диор чувствовали себя, как в своей тарелке. Должно быть они уже давно свыклись жить без клана, без общины. Я же только начинал привыкать к этому чувству, скучая по своей родне. Единственное по кому я не скучал была моя вторая половинка — эта сучность, живущая внутри. Близилось полнолуние, а вместе с ним на свет скоро должна была выйти эта кошмарная женщина. Иногда полнолуние выпадало на какие-то ужасные дни и наступали привычные, отвратительные симптомы, связанные с моей внутренней женщиной: хотелось сладкого, болел живот и лицо было усеянно мелкими прыщиками. Мне хотелось смотреть Бриджит Джонс, но я не знал, что это, и от этого был готов выть на луну. Боби поглядывал на меня с интересом, поскольку ему и Диору, я сказал, что моя особенность и проблема, в том, что каждое полнолуние я превращаюсь в разные, неизведанные вещи или животных. Говорить правду я не собирался, и от этого становилось ещё хуже. — Ну что, юный поэт, вон твой Элипиас. Приехали, — прокряхтел Диор, тормозя повозку. — Спасибо, что разрешил нам сделать здесь остановку. — начал благодарить я. — Собственно мне совсем не сложно было отремонтировать пару тройку повозок и навести порядок, и… — Не стоит благодарности, мой мальчик, — великодушно ответил Диор. — Тем более незачем тратить время на разговары, у меня тут запланировано несколько важных встреч. Я замер на месте. И какого черта, я спрашивается бадрачил?! Но Диор лишь ухмыльнулся и умчался в неизвестном направление, разгребать свои тёмные делишки. Мы же с Боби отправились на поиски литературного фестиваля.       Город разрастался перед нами, показывая себя во всей красе. Все здания сплошь и рядом были сделаны из мрамора и оформлены в готическом стиле. Это не казалось мрачным, ведь сооружения были буквально наполнены разными цветами: вьющимися вдоль стен, свисающими с колонн, заполняющими клумбы и лужайки. Черт его знает, кто занимался здесь садоводством, но смотрелось это действительно эффектно. Цветы также были и на главной площади города, где мы вскоре обнаружили шатер для поэтов и поэтесс, проехавших на встречу. Боби расстворился в толпе, объясняя, что у него есть свои важные дела, а я встал в очередь на заполнение документов. Меня зарегистрировали в качестве поэта модерниста и начались самые скучные два часа в моей жизни.       Недопоэты болтали об стихосложениях, о новых веяниях в литературе, о тяжёлой доле и о том, что они похабничали и скандалили, но слушал я все это в пол-уха. Я высматривал дракона. Умом я понимал, что когда это создание появится на площади — его будет очень и очень тяжело не заметить, но надежда оставляла меня с каждой минутой. Часы тикали, дракона не было видно, живот крутил все сильнее. Я был на грани безысходности, когда меня вызвали читать свои стихи. Понурое и уставшее лицо сделало свое дело, так что я пробурчал:

Непохожим быть, Словно кара людская, обрушившаяся на мои плечы. Расплачиваясь за грехи отцов. Я ношу тяжкую несу и непонятно чем живу.

      В зрительном зале даже пустили слезу и принялись обсуждать мой удивительный подход к стихосложению, пока я, понурив голову, теребил в руках сорванный с клумбы цветок. Когда же литературный вечер подошёл к концу, из толпы вынурнул Боби. — Диор зовёт, говорит пока ехать. Да не грусти ты так! Зато вон как стихи читаешь! — И то верно, молодой человек, — раздался ранее мне незнакомый, скрипучий голос. Из толпы народа появилась гаргулья, явно благоговеющая перед моим творчество. Я кивнул, продумывая, как быстрее сбежать отсюда. — Послушайте, — продолжала горгулья. — Я бы хотел обсудить с вами несколько деталей относительно вашего стихотворения. Дело в том, что мне очень близка эта тема, но у меня очень мало времени…       Я действительно хотел послушать чудесную гаргулью, как вдруг мне показалось… Или же не показалось в самом то деле. Но где-то в конце улочки, вздымалась огромная тень дракона, притаившегося в сумраке. Быть может, быть может это… — ...потому что, я, собственно, не совсем похож, на своих сородичей, — скрипел голос гаргульи где-то совсем рядом. - Знаете что? — я повернулся к собеседнику. — Вот стоит мой менеджер, обсудите с ним все деловые вопросы, а я вынужден идти. — и с этими словами я рванул вперёд.       Вслед мне раздался вопль возмущения гаргульи, и успокоивающий голос Боби, сетующий на то, как тяжело с этими поэтами модернистами работать. Я же бежал вперёд, сквозь толпу, когда тень скользнула в переулок и мне пришлось свернуть туда же. Тень казалось мне уже не досягаемой, поэтому я решил кричать ей вслед. Но как же зовут этого дракона? Байрон, Пушкин, господи как же его? — Уильям! — вспомнил я и заорал из всех сил. — Уильям, подожди! Меня послал твой клан! К концу моего крика тень уже была совсем рядом со мной. Секунда — и показалась драконья морда. Как я и думал дракон был намного меньше своей родни, но больше меня, конечно же. — Вы знаете меня? - аккуратно поинтересовался дракон. — Я все знаю! Нам надо поговорить, — я чувствовал, с каждой секундой, что мое тело аттакует моя вторая сущность, желая выйти на свободу пораньше. — Послушай, я искал тебя, потому что я такой же как ты! — Не понимаю, — дракон недоверчиво поглядывал на меня. И то было понятно, я бледнел, краснел, мышцы раздувались. Я был похож на наркомана или какого-то сглаженного оборотня, но то было неважно. — Идём, — я махнул рукой, и, покачиваясь, пошел в сторону нашей повозки, которая находилась всего в паре кварталов. — Нам надо туда. — Я решительно не понимаю! — заупрямился дракон, — Я вас первый раз вижу, что вы знаете обо мне и моем плане? Но я уже не мог говорить и осел на пол. Сквозь пелену я увидел, как из переулка показался Боби и, размахивая руками, показывал на горгулью, как дракон уже был готов покидать место встречи, но острая головная боль пронзила меня и я начал превращаться. — Не переживай, мой хороший оборотень, я позабочусь, чтобы твои друзья узнали о тебе всё и даже больше, — прозвучал женский голос в моего голове. Я зарычал было, но тут же отключился на мраморном полу.