Take me back

Хлоя равнодушно сканирует взглядом стену. И это такое чувство, когда абсолютно плевать на все: на головокружение, на тошноту, на странный раздражающий шум в ушах. Только глаза болят. Хлоя не уверена, но ей кажется, что если она посмотрит в зеркало прямо сейчас, то сойдет с ума, увидев там свое мертвенно-бледное лицо. Прошли ровно сутки и пять часов с того момента, как она узнала о смерти Оливера. Того самого Оливера, с кем совсем недавно гуляла по парку, держала за руку и поедала клубничное мороженое. Того самого Оливера, чей смех поднимал настроение каждый день, а улыбка магическим образом разгоняла тучи на пасмурном небе. Того самого Оливера, который был просто… Дорог. Ровно сутки и пять часов назад. Разбился в автокатастрофе. Говорят, ехал слишком быстро. Хлоя утирает слезы тыльной стороной ладони. Тихо отворяется дверь, в комнату заходит Сьюзан в своем любимом ярко-розовом халате. На руках у нее поднос с едой. — Ты должна поесть, — в голосе старшей сестры отчетливо слышен металл. Хлоя переводит на нее жуткий потерянный взгляд. — Зачем? — интересуется хриплым голосом. Пелена слез вновь застилает глаза; Сьюзан что-то говорит, но Хлоя не слышит. Хочется умереть. Эта безумная мысль не вызывает ужаса, скорее, легкое облегчение. Так действительно будет лучше. — Спасибо, Сью, — говорит она. Сьюзан непонимающе хлопает глазами. — За что? — За все. Ты самая лучшая сестра, слышишь. Помни об этом. Тик. Так. Тихо, и слышно как тикают настенные часы. Сьюзан уходит, а Хлоя тут же кидается к шкафу, натягивая на себя первый попавшийся свитер и джинсы. Ни секунды больше в этом мире. Ни секунды. Больше. *** Никто никогда не ходит к этому озеру. И Хлоя тоже почти не ходила, за исключением, может быть, парочки раз, да и то с семьей. При упоминании семьи что-то колет в груди, но мозг уже принял окончательное решение. Ни секунды больше. Вот, как оно звучит. Хлоя убеждает себя не останавливаться, несмотря на ледяной ветер и мелкий покрапывающий дождик. Ужасная погода, но типичная до осени. Даже почти не холодно. А темная гладь воды завораживает. Хлоя останавливается, несколько минут изучая озеро взглядом и удовлетворенно понимая, что ей совсем не страшно. В душе пустота. Ни секунды больше, ни секунды больше. Делает глубокий вдох. Джинсы и свитер летят на траву, холод пробирает до самых костей. Неподвижная гладь воды как будто бы усмехается в ответ, такая загадочная, такая манящая… А Хлоя не умеет плавать. «Прощайте, мама, папа, Сью» «Здравствуй, Оливер» Она закрывает глаза и шагает в воду.