Темные крылья

It's so easy to destroy and condemn The ones you do not understand. Do you ever wonder if it's justified? Within Temptation - "Destroyed"

Отец явно его наказывает. Неоднократно. Каждый день здесь – кара. И он это понял уже давно. Просто до последнего желал верить, что это не так, что Всевышний не держит на него зла. Хотя, Отец никогда не злится, он лишь карает неверных. Получается, что он… один из них? Один из тех, кто предал святую веру в Господа, кто утратил смысл – ненужный и брошенный, падший и грешный. Только из-за того, что усомнился, что проявил каплю неблагодарности. По людским меркам, ни один отец бы не поступил бы так со своим чадом. Ни один отец не сбросил бы свое дитя с неизмеримой высоты, не вырвал бы благодать, не оставил в одиночестве бороться за жизнь. Так стоит ли все еще любить и верить в такого Отца? Стоит ли эта вера горящих крыльев, невосполнимых потерь и глубоких ран? И где Люцифер, что так упорно зазывал Падшего в свои объятия? Где один из его Всадников, который обрывает нити жизни смертельно раненым войнам, больным и мечущимся в невыносимой агонии смертным? Где этот милосердный жнец, который провожает бессмертные души в Обитель Ангелов или на Адский Костер? Где его морщинистая рука, касающаяся чела двумя пальцами, унимающая боль и умаляющая страдания? С губ сорвался мучительный кашель, заново терзающий глубокие раны на груди и плече. Что-то мешало дышать. Раньше Ангелу был не нужен воздух, ведь он жил благодаря благодати, теперь же… он стал человеком, и простые, монотонные ежесекундные вдохи составляли все его существование. Дыхание не представлялось возможным, покуда кто-то не подхватил слабо сопротивляющееся тело и не перевернул на бок. - Ну, дыши… как там? Вдох, выдох, вдох… - слегка испуганно и одновременно раздраженно прозвучал чей-то голос, доносившийся словно сквозь вату. – Умеешь же ты напугать! - Сихаил… - прохрипел Нацу, сплевывая кровь, и силясь оттолкнуть удерживающее его руки. На него смотрели нахмуренные голубые глаза. – Знакомое выражение лица: вылези из него, паразит… - Впервые слышу, чтобы Архангела называли паразитом, - добродушно усмехнулся небесный воин губами Грея. На парне была надета его слегка потрепанная кожанка и рубашка. Крест неизменно остался висеть на шее Фулбластера: похоже, безделушка приглянулась шкодливому Архангелу, раз он так ей дорожил. Впрочем, Сихаил мало походил на слепо-верящего в Бога, фанатичного, заламывающего руки в экстазе святошу, коими люди часто рисовали крылатых созданий. Скорее, на отбившегося от рук отца сына. – Впрочем, вежливостью ты не отличаешься. За это тебя и невзлюбили в гарнизоне, - брюнет прикоснулся двумя сложенными пальцами ко лбу брата. Голова прояснилась, вата из ушей исчезла, боль немного поутихла, но не покинула тело окончательно. Нацу, застонав, сел на постели, не спуская напряженного взгляда с довольного Архангела. - Покинь это тело по-хорошему… - Иначе? – сложил брови домиком Архангел. – Что ты сделаешь, когда даже встать не можешь? Я на тебя дуну, и ты свалишься, Анаэль. Один взмах моих крыльев – и тебя впечатает в стену так, что ты останешься там в виде наскального рисунка на несколько столетий. Ты – человек, прими это как должное. Прекрати борьбу, ведущую к вполне очевидному проигрышу. - И это мне говорит тот, кто многие тысячелетия ведет войну за предотвращение Апокалипсиса. Как дела продвигаются? – Нацу ухмыльнулся, спуская ноги с кровати. – Дай угадаю: тупик. Демоны рвутся наверх, начинают охоту, а вы лишь взмахиваете крылышками в «неистовом» гневе. А я подчищаю за вами хвосты, за что огребаю по полной программе. - Не ведаешь ты… - Как раз таки ведаю, - прорычал Драгнил, гневно сверкнул глазами. – Однажды вам начистят нимбы и подровняют крылышки, а пока, будь добр, не вставай у меня на пути. - У Ангелов нет нимбов, - пробормотал Сихаил, удрученно тряхнув крыльями, которым явно было мало места в этой комнатушке, - тебе ли этого не знать? - Гораздо приятней думать, что тебе его все-таки начистят… - горько усмехнулся Падший, поднимаясь на ноги и пошатнувшись. Сихаил мгновенно подхватил брата под руки и опустил обратно на постель – Прекрати меня лапать… - Братья запретили тебе помогать, - вздохнул Архангел. – Я не могу излечить повреждения, нанесенные демоном, иначе преступлю проведенную черту. Надеюсь, это ты понимаешь? - Тупой, безвольный импотент… - пробормотал Нацу в подушку, показав опешившему брату многозначительный жест, состоящий из отогнутого среднего пальца. - Да ты… - Грешен, - покаянно сознался Драгнил, состроив щенячьи глазки. – Но, согласись, это тело, – парень окинул себя довольным взглядом, - мое, а вот ты нагло пользуешься костюмом, при этом ничуть не заботясь о его сохранности, - Нацу ткнул пальцем в отворот куртки, указывая на едва заметную царапину на кожаной ткани, - Грей тебя за это убьет: эта куртка ему очень дорога, - парень снова улыбнулся. – Я – мужчина, а вот ты – нечто бесполое, состоящее из фотонов света и крыльев существо. - Тебе доставляет удовольствие меня оскорблять? – осведомился Сихаил, глядя на брата слегка раздраженным взглядом. - Честно? – Нацу сделал вид, что задумался. – Да. - Нет. За эти годы ты стал еще невыносимее, - пожаловался Архангел, сложив руки в молитвенном жесте и задорно улыбаясь. – Но меня сложно вывести из себя, ты же ведаешь. - Да знаю я, знаю, - отмахнулся Нацу, устало откинувшись на подушку и шаря левой рукой по заботливо наложенным бинтам. – Все-таки от тебя есть польза… - Хоть это ты признал, - довольно откликнулся Сихаил, но тут же помрачнел. – Твои крылья… я думал… - Тебе вредно думать, - пробурчал парень. – Видишь, до чего это довело меня? Я тоже думал… - Почему они все еще при тебе? – нахмурился Архангел, сдвинув брови к переносице: этот жест был вполне обычен для Грея Фулбластера. Именно так он вечно выражал свое недовольство или недоумение. Слишком человечный жест для воина господня. Нацу передернуло. Смотреть на друга, зная, что внутри него обитает совершенно другое существо, являющееся тебе духовным братом – жутко, а, главное, забавно. – Я думал… - Что их выдрали вместе с благодатью, - кивнул Нацу. – Знаю. - Но тогда как? - Понятия не имею, - юноша обессилено выдохнул. – Помню лишь сам удар о землю, а затем – темнота. А когда очнулся, осознал, что крылья все еще у меня за спиной. При этом они горели, - Драгнил вздрогнул и поднял серые глаза на брата. – Не слишком приятные ощущения, знаешь ли. - Ясно, - Сихаил встал и потянулся – еще один естественный жест для человека, и слишком неестественный для Архангела. – Значит, на то Воля Отца. - Сгинь, - буркнул на него Драгнил, швырнув в голубоглазого брюнета подушку. Она с глухим шлепком врезалась в стену, так как Сихаила и след простыл. Архангел с легким шелестом исчез, оставив Падшего наедине с навалившимися проблемами. Воля Отца. Что-то не больно торопился Господь затушить пылающие перья, когда Ангел извивался на земле, пытаясь сбить яростные язычки огня, которые буквально пожирали последние остатки ангельской благодати. И лишь Люцифер, проходя мимо с довольной ухмылкой, щелчком пальцев затушил пламя, оставив почерневшие перья медленно тлеть и осыпаться пеплом. С тех пор черные крылья продолжают осыпать полы невидимыми хлопьями, тлея на кончиках и от этого немного светясь. И чем ближе к основаниям, тем опаснее и глубже становился цвет. Чем дольше на земле – тем больше расползалась тьма по белоснежному пуху, вскоре охватив абсолютно все пространство. Странно, но черный цвет нравился Падшему больше. Да и редкие всполохи огня на концах маховых перьев добавляли какого-то шарму. Это было уже дело вкуса. Все зависело от количества грехов. - И долго ты будешь там прятаться? – произнес в тишину юноша, вставая, покачиваясь и подходя к окну. На подоконник запрыгнул кот и, коротко заурчав, потерся мордой о протянутую ладонь, не забыв емко цапнуть клыками за палец. Еще одна порция крови капнула на раму, обрызгав пушистые лапы. Животное невозмутимо слизало языком брызги, блаженно зажмурившись и с остервенением вгрызаясь в шерсть. Конечно, Ангельская кровь – пускай и разбавленная – всегда являлась чем-то вроде Амброзии для демонов. Возможно, именно поэтому Адская гончая так сильно привязалась к Падшему: ей регулярно перепадали несколько капель. Нацу недовольно шлепнул его по ушам, призывая к порядку. Животное взмахнуло хвостом, словно подзывая кого-то, при этом шкодливо и немного виновато прижав уши, продолжая грызть собственные когти. – Что там у тебя? – Драгнил с любопытством высунулся из окна, но ничего не увидел кроме пустых глазниц окон. – Хэппи… - юноша резко развернулся, и к его шее мгновенно прижалась узкая полоса стали: перья. Глаза Драгнила расширились. Ангелы все же решили покарать его за то, что Сихаил ему помог? Тогда почему бездействуют? Чего ждут? Обычно Воины Гарнизона не отличаются терпимостью. - Мог бы и догадаться, что вы меня выследите, - прошипел он, пытаясь воссоздать из жалких каплей благодати свой меч. Силы стремительно уходили в слегка серебрящееся в воздухе лезвие. Долго против одного из Отцовских отпрысков он не продержится. - Имя мое – Фалет, - тонким перезвоном раздалось в тишине. - Эм… Нацу… - не придумал ничего лучше Драгнил, сжав сияющий эфес и напряженно обводя глазами комнату. - Нет. Твое истинное имя звучит иначе, - решительно произнесла материализовавшаяся перед ним блондинка в максимально короткой тунике и кинжалом в изящной руке. Невидимое крыло продолжало прижиматься стальными перьями к шее, а вот ощущать свою голову отдельно от тела совсем не хотелось. - Черт… и что тебе нужно? - Поговорить. И Ангел снизошел до Падшего. И всколыхнулись Небеса. *** Эпиграф: Так легко уничтожать и судить Тех, кого ты не можешь понять. А слушал ли ты их оправдания?