Красные нити судьбы

- Какой сегодня дерьмовый день! Ким Со Чжо расположился у стойки бара, попутно снимая пиджак и закатывая рукава рубашки. - Давно он здесь? – мужчина кивнул на мрачную фигуру брата, который задумчиво потягивал джин, уставившись невидящим взглядом в угол сцены. - Три рюмки назад, - ответил бармен и вопросительно поднял брови. - Налей мне то же самое. Со Чжо подсел ближе и обнял Те Уна за плечи. - Так и знал, что снова придешь сюда. Решил напиться в одиночку? Не выйдет, брат. Тот горько усмехнулся и залпом допил содержимое бокала, сделав знак повторить заказ. - Прости, я просто хотел побыть один. - С таким же успехом можно было надраться и дома, но ты каждый год в этот день напиваешься исключительно здесь. - Мама любила этот ресторан, - едва слышно ответил Те Ун, - она говорила, что именно тут открылась дорога в светлое будущее…Для меня. Со Чжо резко встряхнул его и развернул к себе лицом, гневно сведя брови и стараясь говорить спокойно. - Оставь, брат, ты ничего не вернешь обратно! Родители погибли в результате несчастного случая и просто чудо, что ты выжил. Подумай, неужели ты действительно хотел оставить меня одного? Опять? В душе Те Уна всколыхнулись странные чувства. Он смотрел на старшего брата и бесконечное отчаяние, смешанное с безысходностью, охватывало его изнутри. Никогда! Больше никогда он не посмеет предать свою семью! Пусть это будет стоить собственной жизни, но никогда… Мужчина до сих пор помнил отчаянный скрежет тормозов на скользкой от дождя дороге и собственный захлебнувшийся крик ужаса, когда темнота окутывала со всех сторон, и руки окрасились кровью…О, нет. Не хотелось вспоминать, но память упорно отказывалась слушать разум, заставляя вернуться. Кровь… Она была на лице, одежде, стекала с пальцев, которые держали смертоносный меч. А перед глазами все плыло, смешиваясь с болью и тяжким стоном. - Простите меня, - рыдал он, вцепившись в оседающее на пол тело человека, - я должен был… И лицо было таким знакомым, до боли, до спазма в горле. Кровь пузырилась на губах, глаза все еще удивленно смотрели на того, кто так жестоко предал, самого близкого… Единственного кому доверял, кого любил… И он кричал, так сильно, что уже не слышал собственного голоса, но ужас на миг отразился в глубине глаз и остался там навсегда. Те Ун очнулся с трудом понимая, что это не его воспоминания. Пелена медленно отступала, оставляя в душе горький осадок, но ощущение беспомощности и чувства вины тяготило все больше. Он встряхнулся и потер занемевшую от долгого сидения шею. Что за бред? Какие чудовищные картины встают перед мысленным взором, словно давно забытое прошлое. И почему все еще так больно вспоминать? Он прятал этот страх глубоко в душе, стараясь забыть и абстрагироваться, но видения не оставляли в покое, терзая снова и снова. Брат. Единственный человек кто был дорог, он был так похож на того другого, чье лицо терялось в дымке, но отчетливо помнил полный боли взгляд. - Те Ун, тебе не надоело сидеть с таким каменным лицом и пялиться на меня? - Со Чжо тыкнул брата в бок и поднял рюмку, - Давай уж хоть напьемся по-человечески, может, ты наконец решишь высказаться. Я люблю тишину, но ты как-то уж слишком перебарщиваешь в этом плане. Оу! – он щелкнул пальцами прямо перед его носом, - слышишь меня? Или опять мысленно работаешь? - Прости, я немного задумался, - ответил мужчина и улыбнулся, - рад, что ты пришел сюда. На самом деле я собирался приехать… После всего. - Еще бы, мы ведь семья, - со Чжо хлопнул брата по спине и бросил короткий взгляд в зал. Неожиданно он увидел за одним из столиков Со Хен. Она была удивительно хороша в тонком серебристом платье, подчеркивающем белизну плеч. Женщина улыбалась и держала в руках бокал с вином. А напротив нее сидел Чжин Мо… Вот значит какой расклад! - Твои знакомые? – Те Ун проследил за братом. - Можно и так сказать, - процедил Со Чжо и нахмурился. Бумажная тарелка в руках смялась и превратилась в комок, глаза заискрились, дыхание стало частым. Те Ун едва успел отобрать у него стакан и поставить на стойку. - Просто держи себя в руках, не хочу потом отплачивать ущерб, - проговорил он, - здесь слишком дорогие зеркала. Со Чжо глубоко вздохнул и прошелся пятерней по волосам, окинул взглядом пустую сцену и неожиданно хмыкнул. - Кажется, настал самый подходящий момент для маминой любимой песни. Ты не против? Подыграй мне, брат.