Дочь двух стихий

      Пришла я в себя в пути. Меня нес на руках Леголас. Он крепко прижимал меня к себе, шагая уверенным спокойным шагом, как будто на его руках не было груза. Увидев, что я очнулась, он остановился. — Ты как? — тихо спросил он меня, не отрывая взгляда. — Нормально, — тут же ответила я, не глядя на него, — можешь меня отпустить. Леголас, немного подумав, нехотя меня отпустил. Встав на ноги, я почувствовала легкую слабость, но упрямо зашагала вперед. Леголас тихой тенью следовал за мной. Рьюши, оглянувшись, подошел ко мне и пошел с другого бока, не говоря ни слова. Порыв ночного ветра пронесся по долине. Впереди смутно стали вырисовываться очертания серой стены. Временами оттуда наплывал волнами шелест. — Лориэн! — воскликнул Леголас. — Мы на опушке Золотого Леса. Услышав знакомое название, я подняла голову и с наслаждением вдохнула свежий воздух, уверенно двинувшись вперед и обгоняя всех. Примерно через милю нам повстречался ручей, и я услышала веселый голос воды. Ускорив шаг, я вскоре увидела быстро бегущие водовороты. Со мной поравнялся Леголас и тихо проговорил: — Это Нимродель. Сейчас, когда в мир пришла тьма, мост Нимродель разрушен. Я хочу омыть ноги в здешней воде, она снимет усталость и избавит от печали. Леголас шагнул в ручей и, развернувшись, ласково проговорил: — Идем со мной! И взял меня за руки, утягивая за собой. Шагнув в воду, я почувствовала, что она рада мне. Она ласково обняла меня за ноги, как будто проникая внутрь, чистая, звенящая, и через несколько шагов усталости и печали как ни бывало, осталось только лишь спокойствие. Пока мы отдыхали, я слышала, как река поет мне, и не заметила, как по моим губам скользнула улыбка. Ко мне подсел Леголас. — Ты слышишь ее голос? — тихо спросил он. — Да. Она поет мне, — так же тихо ответила я, продолжая улыбаться. — Что она тебе поет? — с любопытством спросил он, смотря на меня. — Если хочешь, я могу спеть тебе, — повернувшись к нему, проговорила я. — Я с удовольствием послушаю, — кивнул мне в ответ принц. Снова прислушиваясь к реке, я запела: Быть бы мне деревом на берегу реки, Стужею северной корни мои крепки, Горечью горькой листва на моих руках, Выпью глотком одним воду твою, река. Река-река — далеко до моря, Река-река — звала за собою, Расскажешь, как добраться до воли? Ведь ты, река, звала за собою Меня. Быть бы мне птицею в волнах на небеси, Звонкой зарницею вешней бессонницы — Как расплескала бы перьями пестрыми Воды ли талые мимо овес-травы. Река-река — далеко до моря, Река-река — звала за собою, Расскажешь, как добраться до воли? Ведь ты, река, звала за собою Меня, река — далеко до моря, Река-река — звала за собою, Расскажешь, как добраться до воли? Ведь ты, река, звала за собою Меня. Как была горем — теперь обернусь бедой; В небе три зори, а мне не видать одной. Полны тоской кисельные берега; Плачь молоком своим, плачь обо мне, река. Река-река — далеко до моря, Река-река — звала за собою, Расскажешь, как добраться до воли? Ведь ты, река, звала за собою Меня, река — далеко до моря, Река-река — звала за собою, Расскажешь, как добраться до воли? Ведь ты, река, звала за собою Меня. Закончив петь, я посмотрела на Леголаса. Его глаза сияли, и я снова попала в их плен. В сознании всплыл случай в Мории, где он меня чуть не поцеловал, а затем вспомнилось лицо падающего в бездну учителя… Сердце больно кольнуло. Резко отвернувшись, я встала и, не проронив ни слова, пошла к сидящим поодаль друзьям.       Примерно через час мы снова двинулись в путь, свернув с тропы и углубляясь в лес. Нам на пути встретились деревья толщиной ствола в несколько обхватов, кроны их терялись где-то высоко в ночном небе. — Я поднимусь наверх, — предложил Леголас. — Деревья, наверное, хорошие, — с сомнением проговорил Пиппин, — и, может, птицам удобно на них спать. Но я-то не зяблик, я не могу спать на ветке. — Тогда, друг мой, вырой себе норку, но мой тебе совет: если хочешь спрятаться от орков, то копай поглубже, — весело проговорила я, подходя к Леголасу. — Давай, кто быстрее доберется до верхушки, — с искрами веселья и азарта в глазах проговорила я эльфу, смотря на него. Леголас весело улыбнулся, кивнув в знак согласия. Миг — и мы побежали к дереву. Одним высоким прыжком мне удалось схватиться за высокую ветку и, сильно качнувшись, уцепиться за следующую. Повернув голову, я увидела, что Леголас находится на одной ветке со мной и хитро улыбается. — Даро! — прозвучал сверху неожиданный приказ. Растерявшись, я выпустила из рук ветку и полетела вниз, но меня вовремя поймал подоспевший Рьюши. Рядом с нами легко приземлился Леголас, проговорив: — Стойте тихо! Наверху кто-то мелодично рассмеялся, и уже другой голос заговорил по-эльфийски. Леголас внимательно слушал, я же пыталась вспомнить кому принадлежит этот голос. — Что они говорят? — прошептал Мерри. — Они говорят, чтобы мы их не боялись. Они за нами давно наблюдают и слышали, как поет Абигель, — Леголас посмотрел на меня. — Они просят подняться наверх, и хоббитам тоже, а остальных просят немного подождать, — и снова взяв меня за руку, он повел меня к дереву, а я покорно последовала за ним. — Абигель! — начал было Рьюши, подаваясь вперед, но я его остановила взмахом поднятой руки и тихо проговорила: — Все хорошо, Рью, я доверяю Леголасу, — ласково улыбнувшись, я двинулась вперед. Из сумрака ветвей выпала веревочная лестница. Леголас мягко взбежал по перекладинам, за ним последовал Фродо, осторожно карабкаясь, Сэм, Мерри и Пиппин. Я же поднималась последняя, гадая, кто же захотел меня видеть. Когда довольно нескоро, из-за осторожности Фродо, мы поднялись на флет, я заметила, что Леголас беседует с тремя эльфами. Приглядевшись, я узнала одного из них. Радостно взвизгнув, я бросилась к знакомому мне светловолосому эльфу. Он же стоял и искренне улыбался. — Халдир! — я крепко обняла его за шею. — Ну здравствуй, Аби, — поздоровался он, крепко обнимая меня и закружил вокруг себя. Когда он отпустил меня на пол, я немного отошла от него и, серьезно глядя в его зеленые глаза, проговорила на эльфийском: « — Вот я и выполнила свою клятву, друг!» Халдир, дотронувшись до моей щеки своей теплой ладонью, ласково проговорил: « — Я считаю твою клятву исполненной, Аби». Я обняла его еще раз и, чувствуя на своей спине крепкие руки друга, совсем расчувствовалась. По моей щеке скатилась одинокая слеза. — А с нами ты не хочешь поздороваться? Или все почести только брату достанутся? — услышала я обиженный голос откуда-то из-за спины Халдира. Оторвавшись от Халдира, я взглянула ему за спину и увидела недовольных Орофина и Румиля. — Конечно, хочу, мои дорогие друзья! Подойдя к ним, я по очереди их обняла — сначала Румиля, а затем Орофина, и весело засмеялась. — Брат по тебе скучал, — тихо проговорил Орофин мне на ухо, подмигивая. — Да, да, у него после твоего ухода испортился характер, — так же тихо вторил брату Румиль. — А ну помолчите, вы оба, а то пойдете на дополнительное дежурство, — гневно сверкая глазами, проговорил Халдир. Над флетом разнесся веселый смех. После приветствия Халдир подошел к хоббитам и заговорил на общем языке: — Добро пожаловать, меня зовут Халдир, а это мои братья Орофин и Румин. О вашем приходе нас предупредил Элронд. Сколько вас? — Десять, — ответил Леголас, — я сам, Абигель, четверо хоббитов и трое людей, один из них Арагорн. — Арагорна хорошо знают в Лориэне, — улыбнувшись, проговорил эльф, — но ты назвал только девятерых. — Десятый гном, — коротко ответила я, глядя на Халдира. Он обернулся ко мне и произнес высоким голосом: — Гном! Это плохо. Он не может пройти в Лориэн. — Но Халдир! — снова заговорила я. — Он один из членов Братства. Элронд сам его выбрал, — со сталью в голосе проговорила я, смотря на него. На некоторое время мы снова перешли на эльфийский язык. Леголас, Орофин и Румин с интересом слушали нашу перепалку. Но минут через пять Халдир сдался, а я победно улыбнулась. Посмотрев на Леголаса, я весело подмигнула ему и пошла к стоящим хоббитам. Тяжело вздохнув, эльф заговорил уже на общем языке: — Хорошо, я пропущу его под твою ответственность, Абигель. Скажите остальным, чтобы поднимались на другие деревья. Завтра на рассвете мы уйдем в лес. Хоббиты, Леголас и я остались с Халдиром и его братьями.       Вскоре все легли спать, но я никак не могла уснуть из-за ворочавшегося под боком Пиппина. Рядом со мной лежал Леголас, он тоже не спал. Не выдержав, я тихо заговорила: — Пиппин, хватит ворочаться! Бери пример с Фродо — лежит и лежит себе тихо, никому не мешая. Он, подняв голову, проговорил: — Если я засну на этой голубятне, как бы потом под деревом не проснуться. Я едва не засмеялась, но, сдержав улыбку, проговорила: — Не бойся, не упадешь. Хочешь, я спою тебе, чтобы ты быстрее заснул? — Да! Еще как хочу! — восторженно проговорил он. — И я тоже! — вторил ему Мерри, тоже подняв голову. Тихо засмеявшись, я проговорила: — Хорошо, тогда ложитесь и слушайте. Дождавшись, когда хоббиты опустят головы и устроятся поудобнее, я едва слышно запела колыбельную: Обернусь я белой кошкой Да залезу в колыбель. Я к тебе, мой милый крошка, Буду я твой менестрель. Буду я сидеть в твоей колыбели Да петь колыбельные я, Чтобы колокольчики звенели Цвели цветы хмельные. Обернусь я белой птицей, Да в окошко улечу, Чтобы в ясно небо взвиться К солнца яркому лучу. Будут с неба литься звонкие трели, Трели все весенние, Чтобы колокольчики звенели, Цвели цветы хмельные. Обернусь я человеком, Да приду к тебе домой, Я возьму тебя на ручки, Мой хороший, мой родной. Обернусь я белой кошкой, Да залезу в колыбель, Я к тебе, мой милый крошка, Буду твой я менестрель. Буду я сидеть в твоей колыбели, Да петь колыбельные я, Чтобы колокольчики звенели, Цвели цветы хмельные.*** Когда я закончила петь, то все уже спали. Хоббиты дружно сопели. Повернувшись к Леголасу, я увидела, что он тоже заснул. «Интересно, как там другие?» — подумалось мне, и я положила голову на свой свернутый походный плащ. «Завтра Рьюши точно будет в бешенстве! Надеюсь, Арагорн с Боромиром за ним присмотрят, чтобы он никаких глупостей не натворил». Наконец, я уснула под тихое пение Нимродель. Уже поздней ночью я почувствовала, что кто-то обнимает меня и притягивает к теплому телу. Довольно заворчав, я уткнулась носом в мускулистую грудь, проваливаясь в глубокий сон.       Проснулась я в теплых объятиях. Медленно открыв глаза, я обнаружила, что лежу на груди Леголаса. Я потихоньку попыталась отодвинуться, но не получилось — мне помешала его рука, которая крепко обнимала меня за талию. Тяжело вздохнув, я все же кое-как выбралась. Встав, я потянулась, с удовольствие ощущая, что слабости и усталости как не бывало. Взглянув на реку, я услышала ее радостное приветствие. Тихо, чтобы никого не разбудить, я ловко спустилась с дерева и легким бегом побежала к реке. Добравшись до нее, я опустилась на колени и окунула в прохладную чистую воду руки, почувствовав, как река весело откликнулась на это прикосновение. Улыбнувшись, я зачерпнула в ладонь воду и умыла лицо. Вода обдала кожу свежей прохладой, и остатков сна как не бывало. Вдруг я уловила позади себя легкую поступь. Напрягшись, я медленно потянулась к кинжалу, который прятала в сапоге, но, вспомнив, что однажды так я чуть не убила Леголаса, я решила обойтись другим способом. Снова окунув руку в реку, я еле слышно приказала «замерзни», и от меня в сторону подходящего побежала ледяная дорожка. Через секунду я услышала ругань на эльфийском и звук падающего тела. Резко встав, я быстро обернулась и увидела, как на земле сидит удивленный Халдир. Мои глаза удивленно распахнулись и, не выдержав, я звонко рассмеялась. — Абигель, ты чего шалишь? — возмущенно спросил эльф, поднимаясь. — А чего ты ко мне со спины подкрадываешься? — сквозь смех выговорила я. — Один уже попробовал, так я его чуть не убила, — отсмеявшись, проговорила я, глядя, как мой друг отряхивает плащ от листвы и веток. Халдир удивленно посмотрел на меня и спросил: — И кого ты чуть не убила? Снова посмотрев на него, я тихо проговорила: — Леголаса. — Абигель! — начал было он, но я его перебила: — Ну что?! Ты сам меня научил, что всегда нужно быть настороже. Так что я не виновата, что мои рефлексы сработали! Халдир, обреченно покачав головой, снова заговорил: — Аби, пойдем обратно, нам уже пора выдвигаться. Кивнув, я подошла к нему и, взяв его под руку, привстала на цыпочки и легко чмокнула его в щеку. Халдир, улыбнувшись, пошел вперед, утягивая меня за собой к ожидавшим нас друзьям. Вскоре наш отряд снова двинулся в путь. Нас сопровождали Халдир и Румиль. Идя и болтая рядом с ними, я ощущала на своей спине два взгляда — синих и янтарных глаз.       Через минут тридцать Халдир привел нас к берегу реки и, повернувшись, сказал: — Тут нас ждут. И позвал кого-то на том берегу. Из зарослей к нам вышел эльф в сером плаще с золотыми волосами. Халдир достал из-под плаща веревку и ловко перебросил ему ее конец. Светловолосый эльф, поймав ее, закрепил конец веревки вокруг дерева. — В этом месте уже серьезная река, — проговорил эльф, — здесь глубоко и быстрое течение. Теперь мостов нет, и мы переходим так. Румиль, легко прыгнув, побежал по веревке, перебираясь на ту сторону. Смотря на это, я в недоумении проговорила: — Допустим, Леголас, Рьюши и ты переберетесь на ту сторону, а как быть остальным? — Мы протянем дополнительные две веревки, и получится что-то вроде моста, — улыбнувшись, ответил Халдир. Посмотрев на Гимли и хоббитов, я размышляла: «Арагорн и Боромир быстро переберутся, а вот гном и хоббиты будут задерживать нас». — У меня есть идея получше, — посмотрев на друзей, проговорила я. — Фродо, Мерри, Сэм, Пиппин и Гимли, подойдите ко мне, пожалуйста, — попросила я их. Они, удивленно переглянувшись, подошли ко мне. — Вы доверяете мне? — серьезно спросила я, глядя на них. Они дружно кивнули. — Тогда, Фродо, Сэм, возьмите меня за руки, а вы, Мерри и Пиппин, возьмите за руки Фродо и Сэма, ну а ты, Гимли, кого хочешь, — проговорила я, смотря, как они выполняют мою просьбу. Дождавшись, когда они все сделают, я подвела их к берегу реки, а они удивленно посмотрели на меня. — Аби, а что ты собираешься делать? — настороженно спросил Сэм. Посмотрев на него, я лукаво улыбнулась, проговорив: — Собираюсь прогуляться по реке. Мои глаза засветились пронзительным синим цветом, хоббиты удивленно открыли рты, а Гимли немного дрожащим голосом проговорил: — Изумрудик мой, ты только не пойми меня неправильно, но ты уверена, что это безопасно? Я удивилась тому, как гном меня назвал, но, ободряюще улыбнувшись, ответила: — Не бойся, Гимли, это абсолютно безопасно. Только держитесь за руки и не вздумайте расцеплять их. Получив согласие в виде дружного кивка, я шагнула вперед, утягивая их за собой. Через минуту, когда мы были уже на середине реки, Пиппин, не выдержав, с восхищением проговорил: — Поразительно. Мы как будто идем по твердой земле, а не по воде. Так я провела хоббитов и гнома к другому берегу, где уже стояли Румиль и светловолосый эльф. Они ошалело смотрели на меня. Румиль, отойдя от удивления, проговорил: « — Ты никак не можешь устоять, чтобы не пошалить, Абигель» Стоя снова на воде и немного повернув голову в его сторону, я весело проговорила: « — Тогда жизнь была бы неинтересной» Возвратившись обратно, я снова приблизилась к берегу. Подойдя к стоящим Арагорну и Боромиру, я взяла их за руки, тихо проговорив: — Идем. И мы вместе двинулись на другой берег. Когда я вернулась обратно к Халдиру и Леголасу, то быстро проговорила, чувствуя, что сил у меня осталось немного: — Халдир, Леголас, вы идите вперед, а как только вы доберетесь, я отвяжу веревку и присоединюсь к вам. Халдир, кивнув, тут же легко побежал по веревке. Я вопросительно посмотрела на стоявшего рядом Леголаса. — Я пойду с тобой, мало ли что может случиться, — проговорил он, смотря на меня. Кивнув, я подошла и отвязала веревку. Через минуту я снова подошла к реке и, протянув руку, проговорила: — Бери меня за руку и идем к остальным, — я старалась не смотреть на него, осознавая, что мы пойдем, держась за руки, что меня чрезвычайно смущало. Когда я почувствовала теплую и немного шершавую ладонь, мое сердце забилось сильнее, а щеки покраснели, и я шагнула вперед. Шли мы молча, и тут Леголас неожиданно спросил: — Аби, а кто тебе Рьюши? Я резко остановилась и посмотрела на него, проговорив: — Рьюши для меня верный друг, мы с ним давно знакомы, а что? — Да нет, ничего, просто поинтересовался, — пожав плечами, ответил он. Я посмотрела на него повнимательнее и заметила, что в его глазах промелькнуло что-то, похожее на обиду. Хмыкнув, я двинулась дальше, и через минуту мы стояли уже вместе со всеми на противоположном берегу. Отпустив Леголаса, я встала рядом с Рьюши, а тот настороженно смотрел на Леголаса.       Солнце садилось за горами, когда мы предстали перед Владыками Келеборном и Галадриэль. Я почтительно склонила голову, замечая, что все последовали моему примеру. — Где Гэндальф? — заговорил Владыка Келеборн. — Я желаю говорить с ним. — Гэндальфа поглотила тьма Мории, его больше нет с нами, — печально проговорил Арагорн. Я напряглась, а в памяти снова возникло лицо учителя. Мою руку крепко сжал рядом стоящий Рьюши, а впередистоящий Халдир участливо посмотрел на меня. В его глазах была печаль и сочувствие. Не выдержав этого, я опустила взгляд себе под ноги. — Надежда жива, — заговорила Владычица, а я посмотрела на нее. — Но дорога ваша идет по лезвию меча, чуть оступитесь — погибнут все. Владычица замолчала и обвела взглядом гостей, лишь только Леголас, Арагорн и я смогли выдержать ее взор. — Отдыхайте! — проговорил Владыка. — Не думайте о предстоящей дороге. Эту ночь отряд провел на земле, а не на деревьях. Эльфы разбили для нас шатер, устроив мягкие ложа и с добрыми напутствиями оставили нас отдыхать. А на Золотой Лес опустилась ночь, укрывая своим черным плащом и даря усталым путникам спокойный сон.