You and Me

Audrey's POV ♫ Snow Patrol – Set The Fire To The Third Bar Я затаила дыхание. Кто бы это мог быть? Когда я уходила из бара, Гарри был окружен целым отрядом из девушек. Длинноногая блондинка со средним именем «ДжеллО»? Или та сексуальная брюнетка с гортанным смехом, который мне так не понравился? Если я пыталась быть сексуальной, то звучала как гиена. Была ли это рыжая, которая не могла решить, кого выбрать — Гарри или Луи? Вариантов была масса. Длинные, загорелые ноги — первое, что увидела, а затем — джинсовую юбку, которая слегка перевернулась. Ноги я узнала сразу, как и юбку. Это была блондинка — королева кубиков льда. За окном где-то минус пятнадцать и лежит снег, а эта штучка вырядилась так, будто находится в Майами. Я почувствовала себя неуютно в поношенных джинсах и безразмерном свитере. Не говоря еще про спортивный лифчик. Она взглянула на меня и нахмурилась. Под ее глазами размазалась черная тушь. — Кто это, малыш? — Вы встречались вчера в клубе, — Гарри подошел ко мне и поднял подушку. — Не припоминаешь? Недоумение проскользнуло на ее лице, и, чувствую, это надолго. Стайлс приподнял уголок рта. — Ты пролила напиток на ее колени. — Оу! — рассмеялась блондинка. — Прости. — Ага, — выдавила я, совершенно забыв об инциденте. — Ничего страшного. Запах Пепси-колы очень привлекает парней. Посмотрев на меня, Гарри нахмурился. — Она была здесь всю ночь? — спросила блондинка, наклонив голову в сторону. — Нет, она только что пришла. Мы едем на Сноушу, — ровно ответил он, потерев рукой подбородок. — Так что… Блондинка качнула бедрами в его сторону и положила руку на грудь знакомым интимным образом. Волна раздражения захлестнула меня. Касаться его было для нее так просто. Я знаю Гарри вечность и задушилась бы, если бы начала трогать его также. — Вы едете туда вдвоем? Звучит романтично, — в ее голосе слышался яд. — Нет, — произнес он, выскальзывая из ее объятий. — Мы встретимся с кучей друзей. Скоро. Поэтому мне пора. Девушка, кажется, не поняла намека, и становилось очень неловко. В этом весь Гарри Стайлс. С помощью своего обаяния он сможет раздеть и монашку, вот только на-следующее-утро вещей он не делает. — Бабник, — прошептала я, проходя мимо него. Гарри меня проигнорировал. — Еще увидимся, Нора. Блондинка не сдвинулась с места. — Роза, меня зовут Роза. Я взглянула на Гарри, он совершенно не раскаивался. Покачав головой, я направилась на кухню. В раковине стояло несколько кружек, но здесь гораздо чище, чем в любой общажной комнате. Только не в моей. Я была настолько помешана на порядке, что доводила Мэг до белого каления. Взобравшись на стойку, я скрестила ноги и включила книжку. Насколько я была увлечена сюжетом раньше, что даже читала, останавливаясь на красном свете по пути сюда, настолько же меня захватил разговор в гостиной. Я заметила бутылку Джека на стойке. Немного рановато, но чем дольше Гарри там находился, тем больше мне хотелось выпить. Кого я обманываю? Прошлой ночью я сидела с ромом до тех пор, пока он полностью не разбавился колой. Все наши друзья были навеселе, отмечая начало каникул. Мэг вырвало на заднем дворе клуба. А Луи был настолько в не себе, что вместо волос держал ее за пиджак. Гарри мог контролировать себя, но все-таки напился. Что же касается меня? Мне претила мысль о том, чтобы напиться и потерять контроль. Не то, что бы я скованная или вроде того, но… ладно, может, совсем немного. Чуть-чуть! Каждую зиму, начиная с первого курса, я задаюсь вопросом, зачем я езжу на Сноушу. У нас есть две недели до Рождества. Я могла бы направиться прямиком домой, не умею кататься на лыжах, всегда съезжаю по склону на заднице. С другой стороны, Гарри — прирожденный профи. Но это своего рода традиция, ее никак нельзя нарушать. — Ты правда очень-очень рано, Одри. Я подпрыгнула от звука его голоса. — Люблю приходить вовремя. — До одержимости, — он облокотился о стойку. Возможно, я и приходила раньше, но опаздывать я ненавидела. Заходить на занятие после его начала было хуже, чем апокалипсис. И снова мой взгляд переместился на нижнюю часть его живота. Соскользнули ли боксеры? Э-э... — Не мог бы ты надеть футболку? Или штаны, к примеру? Гарри в вскинул бровь. — Уверен, ты уже видела меня голым, Одри. Меня бросило в жар, что совершенно неуместно, учитывая обстоятельства, при которых я его таким видела. — Тебе было где-то пять лет, болел ветрянкой. И все продолжал скидывать вещи. Это совершенно другое. — В чем разница? Мне правда надо объяснять? Посмеиваясь, он направился прямо ко мне. Сидя на стойке, я наконец-то была с ним одного роста. Гарри был невероятно высоким, примерно 1,90 м, я же была невероятно низкой, едва ли больше 1,65 м. Рядом с ним я ощущала себя карликом. Гарри потянулся и ухватил прядь моих волос. — Косички. Сексуально. Я пожала плечами. Он взял конец косички и шлепнул меня по щеке. — У меня есть время для пробежки? Я убрала от него воллосы. — Без нее ты будешь ныть весь день. Гарри выдал свою самую очаровательную улыбку. Ямочка появилась на его левой щеке, и мое сердце пропустило удар. — Присоединишься? Он наклонился, кладя руки по обе стороны моих ног, и теперь находился слишком близко. Даже если бы я не западала на него, то все равно не смогла бы устоять перед его близостью. Любая бы была под впечатлением. Гарри источал сексуальность, опасная смесь привлекательности и ума в сочетании с непредсказуемостью. Я вздохнула: о, вау, он пах невероятно. Не алкоголем и диким многочасовым сексом. Нет. От него пахло мужчиной с примесью хорошего дорогого одеколона. Бог мой, не могу поверить, что нюхаю его, как какой-то фрик. Отстранившись, я отвернулась. — Будет весело. Ну же. Обещаю, — он снова потянул меня за косичку. Я покачала головой. — Повсюду лед и снег. Я сломаю себе шею. Вообще-то, ты можешь сломать свою. Один день без бега тебя не убьет. — Нет, убьет. Задержав взгляд на фотографии на холодильнике, я сжала руки. На ней были изображены мы, в начальной школе, одетые в костюмы для Хэллоуина. Он был оборотнем, а я — красной шапочкой. Идея моей мамы. — Не могу поверить, что ты хочешь бегать после всего выпитого. Он рассмеялся, и его теплое дыхание коснулось моей шеи. — Я справлюсь. Не забывай, ты пьешь со взрослыми ребятами. Я закатила глаза. Сокращая между нами расстояние, он поцеловал меня в щеку. — Сядь куда-нибудь, где более комфортно. Я ненадолго. Когда я не сдвинулась, он издал недовольный звук, а затем положил руки мне на бедра. Без каких-либо усилий он снял меня со стойки, поставил на пол и шлепнул по заднице, что заставило меня вылететь из кухни. Я уселась на диван, посмотрев на него. — Счастлив? Гарри склонил голову набок и взглянул так, словно хотел что-то сказать. Но затем просто улыбнулся. — Я собираюсь научить тебя кататься на сноуборде. Знаешь, да? Рассмеявшись, я откинулась на подушку. — Ну, удачи тебе с этим. — Слишком мало веры в меня. У меня есть опыт. — Не сомневаюсь, — сухо ответила я, смотря на рождественскую елку напротив окна. Стайлс расхохотался, прекрасным глубоким смехом, и мои мышцы напряглись. — Не желаешь узнать обо всех моих талантах? — Ну, это не сложно. Могу опросить 90% девушек на своем этаже. Бесстыдно усмехаясь, он вышел из комнаты, направляясь в свою спальню. — Вообще-то, 89%. Не успел переспать с одной из комнаты в конце коридора. Она просто… — Не хочу даже знать. — Ревнуешь? — Точно нет, — ответила я, включая электронную книжку. — Ага. Убеждай себя, сколько хочешь, дорогая. Когда-нибудь ты признаешь, что бесповоротно и сильно в меня влюблена. Все дело в моем шарме — сложно устоять. — Если бы не твое неотразимое тело, я бы поверила. Он снова рассмеялся и развернулся. Я смотрела, как он исчезает в своей комнате с гнетущим, странным чувством в животе. Это была до боли постыдная правда, которую Гарри никогда не узнает. Он мог шутить, дразнить меня, но он понятия не имеет о моих чувствах к нему, и пусть все останется так, как есть. Я закинул голову и закрыла глаза, тяжело вздыхая. Для него девушки словно нектар, меня же он никогда не хотел попробовать. Он ведет себя так со времен старшей школы, и я приняла все таким, как оно есть. И все должно так и оставаться, потому что знала — если Гарри Стайлс узнает правду, наша дружба разрушится в мгновении ока.