You and Me

Harry's POV ♫ Selena Gomez – Slow Down Скользя по снегу, я тихо выругался. С тех пор как я уехал из главного коттеджа, прошло слишком много времени. Одри, скорее всего, думает, что меня съел Снежный человек. Я не планировал задерживаться. Хорошими новостями было то, что дороги в город уже расчищались и на основных магистралях было чисто, можно было медленно, но все же ехать. Черт, моя голова все еще шла кругом от произошедшего и от того, что мне рассказала Бритни, как только увидела в главном коттедже. Это в очередной раз подтвердило вековые высказывания: «Прошлое всегда возвращается, чтобы укусить вас за задницу» и «Ни одно доброе дело не остаётся безнаказанным». Мне хотелось лишь поскорее забрать Одри и увезти отсюда подальше. Остановившись у другого снегохода, я нахмурился. Какого черта он стоит на улице? Одри куда-то уезжала, а потом вернулась? Крайне раздраженный я выключил снегоход. Черт бы ее побрал, она когда-нибудь будет слушаться меня? Последнее, чего мне хотелось, — это чтобы она разъезжала тут без меня, особенно после того, что я услышал от Бритни. Гребанный Зейн — быдло, неотесанный ублюдок, это он проделал все это дерьмо с нашим домом. Судя по всему, он и ее окна разбил. Этот педик до сих пор не может успокоиться из-за того, что Бритни продолжает жить без него. Можно подумать, у нее золотая вагина, чтобы такое вытворять после того, как прошло уже больше года. Дерьмо. Я еле себя удержал, чтобы не поехать к нему домой и не выбить из него все дерьмо. Его нездоровая одержимость Бритни причинила Одри боль, а то и еще хуже. Это ты во всем виноват, шептал внутренний голос. И это правда. Сняв шлем, я спрыгнул со снегохода, и в это время из полуоткрытой двери гаража кто-то выбежал. Первая мысль: Какого хрена? Вторая мысль: Этот тип был в лыжной маске и выбегал из моего дома, где находилась Одри? Ох, мать твою, только не это. Откинув шлем, я поймал этого ублюдка за туловище, когда он попытался броситься вокруг дома. Я повалил его на снег и ударил коленом в живот. — Кто ты такой, мать твою? — потребовал я, вцепившись в его плечи. — Отвечай! Парень поднял руки. — Я не имею никакого отношения к этому. Клянусь. Он сказал, что просто хочет разгромить твой дом и машину. Это было... Схватив маску, я сорвал ее с его гребаного лица. Это оказался один из дружков Зейна. Он был в баре несколько дней назад. Не думая дважды, первым делом я заехал кулаком ему в лицо. — Где он? Парень выглядел так, будто сейчас обмочится от страха, в ответ он дернул подбородком в сторону гаража. Его окровавленные губы дрожали. — Мне очень жаль. Это не должно было заходить так далеко, но Зейн... чувак, он ненавидит тебя из-за того дерьма с Бритни. Он внутри, чувак. Я на секунду замер. В этот момент мир будто рухнул. Я почувствовал неописуемый страх, который отдавался вкусом крови и в горле и во рту. Отскочив от этого ублюдка, я скользнул по снегу, пока не уперся о бетонный пол. Я налетел на дверь внедорожника и, подскочив на ноги, подлетел к двери, глазами сканируя комнату в поисках Одри. Наверху раздавались глухие шаги и крик, от которого у меня остановилось сердце. Вот дерьмо, голос похож на Одри. Боже мой, это ее голос. Мои руки уже были сжаты в кулаки, а кровь кипела от чистой ярости, но когда услышал наверху чертовый выстрел, я превратился в глыбу льда. О Господи, котенок. Если ей больно, клянусь Богом, я убью этого ублюдка. И меня ничто не остановит. Обогнув бильярдный стол, я направился прямиком к лестнице и услышал, как сверху кто-то спускается. Через секунду из темного лестничного пролета выскочил еще один ублюдок в маске. Он на секунду опешил, когда увидел меня, и я уже знал, что это Зейн, я узнал его по телосложению. Часть его лица проглядывалась через разорванную снизу маску. Мой взгляд упал на его руки. Они были в крови. Блять, я не успел. Бросившись через комнату, я налетел на Зейна и сбил его с ног. Этот урод замахнулся на меня, но я увернулся от удара. Схватив за ворот свитера, я осадил его одной рукой. Я замахнулся и ударил его в челюсть. Один. Два. Три раза. Одних ударов было недостаточно. Черт, нет. Удары превратились в кровь, разрыв кожи и вспышки тупой боли. Этого было недостаточно. Я хотел избить его до смерти, но когда голова Зейна начала заваливаться назад, я бросил его на пол и заставил себя встать. Мои руки дрожали, а кожа на костяшках кулаков разорвана. Следующий вдох дался с трудом, но еще труднее было отойти от Зейна. Только единственная цель заставила меня оставить его, мне нужно было найти Одри. Ружье... о Боже. Если он пострадала... я никогда себе этого не прощу. Все было очень просто. Я не должен был оставлять ее одну. Когда я перешагнул через Зейна, он перевернулся и заскулил. Пока я поднимался по лестнице, мое сердце сотрясало ударами грудную клетку. — Одри! — Я думал, что прокричал ее имя, но я будто захлебывался, захлебывался от вероятности того, что могло с ней случиться. Я пронесся через полуприкрытую дверь и резко затормозил, когда увидел ее. Она сидела на краю журнального столика, уставившись на огонь в камине и обхватив себя за талию. Темные волосы упали вперед, скрывая ее лицо. На коленях лежало ружье отчима. — Котенок? Я обошел кругом, разжав кулаки. Остановившись перед ней, я сел на колени и почувствовал, как раскололось мое сердце. В щепки. Воротник у ее шеи был разорван, кожа подбородка покрылась красными пятнами. Нижняя губа была разбита и окрасилась в темно-красный цвет. Меня затопила ярость с новой тошнотворной силой. Я хотел вернуться вниз и разбить Зейну череп. — Одри, малыш, посмотри на меня. — Я потянулся к ней, желая обнять ее, мне было необходимо это сделать. — Не надо. — Она отпрянула от меня, встала, сжав в руках ружье, и отошла назад. — Не прикасайся ко мне.