One Sunday can change my life.

POV Майкла.       За окном стояло прекрасное ноябрьское утро. Солнце светило, но не грело. Мне это больше чем нравилось. Семь утра. Это значит, что нужно встать с тёплой постели и ступить на холодный пол. Так не хотелось вылезать из своих пижамных штанов и теплого одеяла. Спасибо за то, что я вчера сказал учителю, что он пиздюк, потому что я иду в школу отбывать наказание, а не еду в церковь. Моя семья помешана на религии. Это меня ужасно бесит, потому что я не верю в Бога. Для меня в Библии уж слишком много разногласий. Там тысячи вопросов и ни одного ответа. Ты читаешь и находишь ответ, но по ответу ты задаёшься ещё тремя вопросами. Это жутко тупо. А ещё, я просто ненавижу вставать рано для этого дерьма в воскресенье. Я быстро оделся, чтобы не терять тепло и спустился вниз по лестнице. Мама с папой молились перед едой. Господи, простите, но я всегда дико ржал с этого. Я еле сдержал смех и просто пошёл наливать кофе. Когда они домолились, то мать начала на меня кричать, мол я грешник и мне тоже стоит помолиться. Я кое-как отмахнулся и стал пить кофе. Блять, какое же дерьмовое кофе купила мама. Горькое с привкусом горелости. Как за эту херню можно молиться? Я открыл холодильник и налил молока в кофе. Может, так оно станет вкуснее. Да, я был прав. Кофе стало слаще и я успокоился. Мать с отцом в который раз мне прочитали мораль, что я идиот, если обозвал своего учителя по алгебре плохим словом, потому что он влепил мне “F” за то, что я не решил последнее задание из пяти. Сказали, что будут молиться за меня сегодня. Как надоело. Эти молитвы, искупления грехов и церковь. Нормально сесть поужинать нельзя, если ты голодный после прогулки. Не помолишься – не поешь и ещё головную боль в виде причитания получишь. Слава сладким пончикам, они уехали на службу и оставили меня одного. Но мне пора было выходить. Жалко, что одному долго побыть не удалось. Хотя, есть возможность, что на наказании я буду один. Я подходил к школе. Я чувствую себя идиотом. В воскресенье, когда все нормальные люди спят, я топаю в школу. Сейчас меня успокаивало только то, что я не поехал в церковь. Это лучше. Я зашёл в класс и меня встретил этот упырь Мистер Вуд. Он был спокоен. Спокойно попросил положить телефон в коробку. Спокойно сказал где сесть. Спокойно сказал, что его не будет, потому что его жена рожает, и со мной будет сидеть его ассистент. Спокойно вышел. Его спокойствие меня раздражало, потому что твоя жена, блять, рожает, а ты никуда не спешишь. Я же говорил, что он сраный упырь. Я сел на место и передо мной лежал листок с заданиями по алгебре. Этого я точно не ожидал. Блять, восемь утра, а должен сам решать эти сраные уравнения. Что за херня? Я нихрена в алгебре не понимаю. Зашёл ассистент. Он точно ассистент? Он выглядит очень молодо. Может быть, он ещё один лузер как и я? Он поздоровался. Приятный голос. - Меня зовут Мистер Хеммингс. Хотя какой я Мистер? Люк. Меня зовут Люк, - он говорил и стеснялся, потому что это было немного неловко. - Меня Майкл. Приятно, - и да, я не соврал. Было правда приятно. Он был высоким, стройным и красивым. Чёрные порванные скинни, чёрные конверсы и белая футболка. Ему так шла белая футболка. - Хорошо, Майкл. Сегодня я буду с тобой сидеть. Это все кто должен был прийти? - Я–я не знаю. Может быть, - я немного заикнулся, потому что эта сраная алгебра меня в ступор вводила. - Тебе помочь? Что он тебе дал делать? – он звучал довольно дружелюбно. - А, да тут алгебра. Я не понимаю ничего в ней, а этот упырь дал мне это, - я с горечью улыбнулся. Он рассмеялся. Какой красивый смех. Звонкий и искренний. - Почему упырь? Что ты вообще сделал? - Тебе не рассказали? - Нет, меня в такое не посвящают. Вообще, у нас в школе сложно загриметь на наказание. - Знаешь, я просто обозвал его пиздюком, потому что он был несправедлив ко мне, - это звучало по-детски, но так и было. Он опять смеётся, только уже дольше. Приятный смех. Он смешно морщит носом, когда смеётся. - Ты правда его так обозвал? – он не прекращал смеяться. - Ну да. Знаешь, может ты мне поможешь? Иначе я до конца наказания не справлюсь, - я посмотрел на него умоляющим взглядом, потому что мне правда нужна помощь. - Да, конечно. Он подошёл и я заметил его глаза. Блять, как по-бабски сидеть и рассуждать, какой же красивый пацан. Но его глаза правда были красивыми. Голубыми и умными. Он умный, это видно. Он просто сидел и объяснял мне что к чему. Я всё так же нихрена не понимал, но писал, что он говорил. Он продолжал смеяться с того, что я обозвал учителя. Мне нравится его смех. Мы, то есть он, закончили с алгеброй и не знали чем заняться. Мы просто начали разговаривать. Он рассказал, что вообще не из Портленда. Он рассказал, что родители заставили его учиться на учителя алгебры, а он просто согласился, потому что не мог перечить маме в такой сложный период. У него разбился папа на машине, и мама была очень расстроена, так что он не мог её ещё больше расстраивать. Он рассказал, что хотел бы заниматься музыкой. А ещё Люк рассказал мне, что его бросил парень только из-за того, что Люк не провёл время с ним на Рождество. Я понял, что Люк не очень доволен своей жизнью. Потом я рассказал, что родители законченные верующие и что им срать на меня, лишь бы я молился перед едой и ходил по воскресеньям в церковь. Рассказал, что в школе полно шлака, а не детей. Рассказал, что из друзей один Калум и рассказал смешные истории связанные с Кэлом. Я рассказал, что тоже хотел бы стать музыкантом, потому что это интересно и классно. Я ему рассказал всё и он правда оценил это. Он был благодарен, что я его выслушал и сам доверился ему. Было уже почти шесть вечера, а это значит, что конец наказания. Если честно, то такое наказание мне понравилось. Я даже не хотел уходить. Мне было приятно его общество. И кажется, это было взаимно. На выходе из школы мы обменялись номерами и он обещал позвонить на следующей неделе. Я был рад. Мы обнялись на прощание и разошлись в разные стороны. Было приятное знакомство. Я пришёл домой и было как всегда мрачно. В столовой на столе стояли три свечки, был накрыт стол. Мать была на кухне. Я захлопнул дверь, тем самым сказав, что я дома. Мать прибежала и начала расспрашивать чем я там занимался. Я рассказал. Она похвасталась тем, что замолила мои грехи и сегодня за столом должен молиться я. Я был так несказанно этому рад, что аж перехотелось есть. Пришлось молиться. Я быстро сказал какую-то чушь. Как всегда, поблагодарил за день, за пищу, за завтрашний день и за спокойствие в семье. Мать была рада, что я помолился. Женщина, не думай, что я так просто сдамся в лапы Библии и Иисуса. Было вкусно. Я съел салат, куриную ножку, бутерброд и банановый хлеб с молоком. Так сказать, откланялся предкам и побежал наверх писать новую статью.