Пропавший

Все произошло внезапно, как пуля из пистолета моего покойного отца. Мы жили на западе Калифорнии, в маленьком городке, в домике у озера. Отец время от времени пропадал на рыбалке, а временами уезжал в своем старом Бьюике по срочному делу. Позже я узнала, что это за дела и где он пропадал несколько дней, что по возвращению в родной дом, он выглядел так, словно побывал в горячей точке. Я хорошо помню день, когда мне была открыта тяжелая тайна семьи, а так же моя уникальная способность, которую лично я считаю настоящим проклятьем. Это было первое полнолуние после смерти моей мамы, мне было 14. Стояла невыносимая жара, а послеобеденное солнце пекло кожу. Мой отец, высокий мужчина с пробивающейся сединой, отбрасывает свою сигарету в сторону и двигается в сторону машины. Его шаги поднимают пыль с земли, окутывая дорожку серо-коричневым облаком. -Ты не жди меня, милая, - он оглядывается на меня и открывает дверь своего Бьюика. – Ничего обещать не буду, как всегда. -Пап… - я подняла глаза к флагу, который мы вместе с отцом крепили неделю назад. Ветер неуверенно трепал его, вселяя надежду на свежесть и легкую прохладу. – Пап, у меня плохое предчувствие. Скажи мне, куда ты? Спускаясь с нашего крыльца, я двигаюсь к нему, но тут же земля уходит из-под ног. Я ощущаю дикую тяжесть в висках и затылке, словно вся кровь в моем теле сосредоточилась именно в этих местах. Во рту появляется металлический привкус, мои глаза затянула пелена и я падаю. Гул тысячи голосов внутри моей головы заглушает крик моего отца, резкие вспышки света окончательно размывают его образ передо мной. Дальше я ничего не помню. Но знаю, что именно с того дня, я стала обладательницей страшного дара видеть то, что не должны нормальные люди. Более того, меня посветили в семейное дело, в охоту, как называл ее мой папа. Дальше все как во сне, рассказы об оборотнях, вампирах, демонах и ангелах – все это казалось страшной сказкой, которой пугают детей. Но к моему несчастью, это была жизнь моего отца, а значит и моя тоже. -У женщин в твоей семье, по маминой линии, есть дар, - говорил мне отец тем же днем, наливая мне отвар, приготовленный как когда-то для мамы. – Вы наделены способностью видеть потусторонние силы, чувствовать умерших, видеть сверхъестественное. Он ставит передо мной кружку и присаживается напротив меня за столом. -Но проявляется он только после смерти предыдущего носителя. Рейн, головные боли твоей мамы не были страшной болезнью, это был ее дар, – он закрывает лицо руками и тяжело вздыхает. Ему больно вспоминать ее. Я делаю глоток согревающего настоя и убираю прядь волос цвета темного шоколада за ухо. У меня мамина внешность, от чего ему еще больней смотреть на меня. У меня мамин дар, от этого его сердце разрывается на куски. -Все будет хорошо, пап, слышишь? – я протягиваю к нему руку и убираю с его лица огромные мужские ладони. – Теперь тебе не нужно быть одному с твоей ношей, я буду тебе помогать, пап. Ты не один. И с тех пор наша жизнь крутилась как веретено. Он собирался на охоту вновь и вновь. Брал свою старую сумку набитую оружием, закидывал ее в багажник машины и садился за руль. Он брал меня с собой, когда его дело заходило в тупик, чтобы я помогла ему, почувствовала сверхъестественное присутствие. Каждый раз я видела, как скребут кошки по его израненной душе, он не хотел, чтобы его дочь была в это втянута. Но был ли у него выбор? Так шли месяцы, лето переходило в осень, а затем приходили холодные зимние ветра. Все изменилось к моему семнадцатому лету. Когда он не взял меня с собой, мотивируя это тем, что с обычным вампиром он справится и ему вовсе не нужна моя помощь. И он был прав, мои способности ограничивались лишь призраками и духами, против вампира у меня не было шансов. Он сказал мне ждать его через два дня и я ждала. Сидя на нашем крыльце, я всматривалась в гладь воды, наблюдала за игрой лучей солнца по ровной поверхности озера. Августовский воздух заполнял легкие вместе с дымом костра, который я развела, чтобы сжечь накопившийся мусор. Боль в моей голове в тот день была особенно тяжкой. Время неумолимо летело вперед, а машина моего отца так и не появлялась из-за поворота к нашему дому. Кровь пульсировала в висках. С кухни доносился голос Нопфлера* из нашего старенького радио и я повторяла ему: - Наш путь из ада в ад и нимбы не цветут над касками солдат. Когда сумерки начали сгущаться над озером, черная машина медленно выехала из-за деревьев. Меня пробрал холод, я знала, что черная красавица Импала не предвещает ничего хорошего. Машина тихо подъехала к дому и из нее вышел мужчина в кожаной куртке. Его брови угрюмо сошлись к переносице. Ему тридцать лет, но легкие морщинки уже пробиваются по его лицу, тем самым выдавая его боевую жизнь. Это был хороший друг моего отца, его звали Дин. Он смотрит на меня, но его глаза тут же опускаются к земле. -Дин? – я встаю со ступенек и быстро шагаю к машине. Дверь пассажира открывается и выходит его брат, Сэм. – Что вы тут делаете, парни? Где мой отец? Ноющая боль в моей голове отдает к глазам. Кажется, что сейчас я потеряю сознание, но беру себя в руки и повторяю вопрос. -Рейн, он не вернется. – Дин подходит ко мне и протягивает сверток, из которого блестит тонкая серебряная цепочка. – Мне очень жаль. Ужас охватывает меня, как когти хищника. Происходящее вокруг начинает замедлять свою скорость и я теряю ощущение реальности. Голос братьев становиться неразличим на фоне шума в моей голове, медленно сливаясь в монотонный писк, отдающий где-то в затылке. А дальше тишина. Я чувствую, как крепкие руки подхватывают меня, не давая упасть. Все вокруг темнеет и только фигура у озера отчетливо видна моему взору. Это мой отец. Но уже не живой. Я хочу кричать, но легкие словно заполнила вода, разжигая дикую боль внутри меня. Я хочу позвать его, но голос предательски пропадает и я, задыхаясь, наблюдаю, как он уходит к озеру и исчезает в бликах уходящего солнца. Так началась моя история. Не прошло и месяца, как мои вещи были упакованы для переезда в другой город, к востоку штата. Мелкие капли дождя ложились на стекло Импалы, оставляя за собой кривую дорожку. Мы мчались по шоссе под The rolling stones и их laugh, I nearly died. Мрачное небо сгущалось над нами и я сильней прижимала лоб к холодному стеклу. Голоса в моей голове стихли, но я так и не погрузилась в глубокий и спокойный сон. Каждый раз, закрывая глаза, я видела моих родителей, их искривленные от боли лица, я ощущала их страдания и это не давало мне спокойно спать. -Ты уверен, что это верное решение? – голос Сэма вернул меня в реальность. -Да. Крис присмотрит за Рейн, - старший брат взглянул на меня через зеркало заднего вида. – Ты как? С нашей последней остановки ты не сказала ни слова. -Я в порядке, не переживай, - одернув ворот своей кожанки, я втянула шею и спустилась по сиденью. – Просто, я не хочу, чтобы кто-то за мной присматривал. Мне не нужна чья-то помощь. Особенно незнакомца. -Не кипятись, малыш. Ты хотела уехать и пожить одна, мы пошли тебе на встречу. Значит, наше право приставить охрану. Компромисс. – Дин еще раз мельком взглянул на меня и, подпевая Джаггеру, уставился на дорогу. В багажнике машины лежали все мои вещи, включая старую сумку отца. Я решила, что охотой заниматься не буду, но держать при себе оружие – это верное решение. Братья везли меня в Бейкон Хиллс, под крыло своего знакомого Криса Арджента. По словам парней, этот мужчина охотник на оборотней, вся его семья служит этому делу. Сэм уверял меня в том, что мне придется по душе дочь охотника, девушка по имени Эллисон. Но желания на новые знакомства у меня так и не возникло, как бы он не старался. -Когда пригонят машину отца? – голос предательски дрогнул, но я сглотнула и не уступила слезам. -Через неделю. Бобби будет проездом в Бейкон Хиллс, он тебе позвонит, - кинул через плечо Сэм. И снова неловкая тишина. Я отвернулась к окну, в котором видела свое отражение. Когда-то загорелая кожа, сейчас выглядит светлой, только темные глаза выделяются на бледном пятне. Песня в машине меняется, унося нас в 70-е под ноты старого рока и рассказывая нам о жизни бродяги, в ожидании завтрашнего дня*. Мы въехали в город уже ближе к полуночи. Темное небо озаряли звезды в компании с яркой луной. Город был больше моего родного, но изобилием своим не отличался. Вечерние огни горели в местных немногочисленных барах, а редкие прохожие задерживали взгляд на черной машине, в которой мы ехали. Через переднее опущенное стекло пробивался легкий влажный ветер, который обдувал мое лицо. Я вдохнула полной грудью свежий воздух и приготовилась открыть новую главу моей жизни. -Приехали, - бодро произнес Дин. -Смотри, это Крис, - Сэм указал на выходящего на крыльцо мужчину. Выйдя из Импалы, парни выгрузили мои вещи и направились к хозяину дома. -Привет, дружище – Дин обнял охотника, затем это повторил Сэм. – Крис, это Рейн, дочь Джека. Я вышла вперед и протянула руку мужчине. Его светлые глаза смотрели прямо на меня, без смущения и робости первой встречи. Взгляд настоящего охотника, твердый, целеустремленный. Крепко пожав мою руку, он улыбнулся мне. -Жаль Эллисон не дома, она сейчас со своими друзьями. Придется тебе самой обживаться в первую ночь. -Первую ночь? – я удивленно вскинула брови. – Мне кажется, что здесь какая-то ошибка… -Через несколько дней переедешь, не переживай. Потерпи до начала учебы, всего несколько дней. Тебе будет проще адаптироваться в новом месте, - Дин положил мне руку на плечо и слегка его сжал. Я недовольно поджала губы. Чувство, что я обуза дня посторонних людей не покидало меня. Но спорить я не стала, передо мной стояли три взрослых мужчины, которые оказали мне огромную помощь. -Завтра будет сложный день. Тебе надо отдохнуть, - Кристофер взял мои вещи, - Проходи в дом. Не беспокойтесь. Я не дам в обиду близкого человека Винчестеров. Увидимся еще. Когда мужчина ушел, я поежилась в неловком моменте прощания. -Не смей заниматься охотой, - строго сказал старший. – Узнаю, приеду и надеру тебе твой подростковый зад. Будут проблемы - звони сразу же. -Главное не пропадай, давай о себе знать, - закончил Сэм. -Спасибо. Я не буду обузой, не парьтесь. Улыбнувшись уголками губ, я обняла своих последних близких людей и отправилась в дом. Закрывая дверь, я проводила взглядом уезжающую машину. Дом семьи Арджентов был весьма просторный, светлые стены вселяли ощущение чистоты. Проходя из коридора в гостиную, я оказалась в большой комнате с мягкими диванами и ворсистым ковром. К моему окончательному изумлению, комнату согревал камин, огромный по моим представлениям. Нежный треск дерева и блики огня, которые отражались на небольшом столике с резным хрусталем, наполненном янтарной жидкостью. -Рейн, я отнес твои вещи в комнату на втором этаже, - я обернулась на голос Криса.– Ты как? -В порядке, - в сотый раз отвечаю я на этот вопрос. – У вас очень красивый дом, мистер Арджент. Наш домик у озера поместился бы в вашей гостиной. Я улыбаюсь, мне хочется быть приветливой, но чувствую, как лицо предательски стоит вымученную гримасу. -Пойдем, я провожу тебя в твою комнату, - охотник сдержанно кивает к лестнице и я иду за ним. Минуя коридор, увешанный необычными картинами и гравюрами, Крис открывает мне дверь комнаты и впускает меня. Уютная, просторная комната с деревянной мебелью, выдержанные теплые тона стен, шторы темно-коричневого цвета – все это отличалось от привычной для меня обстановки. Ранее я жила в маленьком домике, где было всего две комнаты, в нем пахло травами и порохом, а с улицы доносился рев двигателя нашего Бьюика. Я присела на край кровати и неловко положила руки на колени. Крис облокотился на дверной проем. -Я знаю, каково тебе сейчас. Знаю, что ты не рада быть тут, но и я не мог поступить иначе. Я хорошо знал твоего отца, хорошо знаю и Винчестеров. Ты не чужой человек в этом доме. Поэтому, ты здесь. Располагайся, завтра сможешь познакомиться с моей дочерью. Она в курсе нашего дела, поэтому не удивляйся ничему, что она скажет, - он печально улыбнулся, - Увидимся завтра. -Спасибо, – выпалила я, когда он развернулся. – Я очень вам благодарна. Арджент кротко кивнул и скрылся из виду. Закрыв дверь, я принялась распаковывать вещи, чтобы найти что-то пригодное для сна, а так же на завтрашний день. Я привыкла к простой и комфортной одежде, так чтобы всегда можно было, не раздумывая, пойти в соседний магазин и в тоже время отправиться с отцом на охоту. Моим постоянным гардеробом были джинсы, майки, легкие трикотажные кофты и кожаная куртка. Потертые старые ботинки на жесткой шнуровке и выцветшие кеды были мне милее красивых туфель и изящных босоножек. Конечно, проходя мимо шикарных витрин с платьями, я, как и любая девушка присматривалась к ним, но два моих сарафана казались мне достаточным стратегическим запасом, напоминая лишний раз не растрачивать свой бюджет на тряпки. Покончив с приготовлениями на грядущий день, я отправилась в душ. Теплые струи воды успокаивали и обволакивали, словно обнимая меня, а шум воды действовал на меня как колыбельная. Окончательно подготовившись ко сну, я разместилась в большой кровати семьи Арджентов. Укутавшись в просторное и мягкое одеяло, я, наконец, угомонилась и принялась вслушиваться в тишину ночи. Тихое тиканье часов на стене сопровождало шуршание занавески. Изредка с улицы доносился глубокий голос совы. Перевернувшись на спину, я устремила взгляд к потолку, рассматривая тени от веток деревьев на белоснежной краске. Тонкие узоры метались под влиянием легкого ветра, словно тонкие пальцы, цепляющиеся за гладкую поверхность. Где-то в глубине меня начала зарождаться тревога, порождающая внутренний страх. Меня одолело знакомое чувство, не сулившее ничего хорошего в дальнейшем. Оделяло, ставшее невыносимо тяжелым, придавливало меня к постели, а тени на пололке сплетались в уродливые фигуры, которые стали похожи на когти диких зверей. Казалось, что воздух вокруг меня сгущался и нависал надо мной, совершенно не давая вдохнуть себя полной грудью. Я перестала слышать тиканье часов, звук вокруг меня понизился до нуля. Меня начало трясти от жуткого жара, казалось, что кожа как раскаленный песок, испарина появилась по всему телу. Крепко вцепившись в ткань одеяла, я зажмурилась и стиснула зубы. В тоже мгновение все прекратилось, я жадно вдохнула воздух и ослабила хватку. Пальцы ныли от боли, а тело обдало прохладным ветерком, залетевшим в окно. Я встала с кровати и подошла к окну, словно завороженная, отодвинула шторы. Луна освещала пустынную улицу и играла с темно-зеленой гущей кустарника под окном. Я всматривалась вдаль дороги, ожидая пришествие чего-то или кого-то сверхъестественного. И долго ждать не пришлось. Яркий свет фар осветил проезжую часть, чья-то машина быстро приближалась к дому Арджентов. Старенький джип остановился возле крыльца и из него вышла темноволосая девушка. Она хлопнула дверью и что-то обсуждала с пассажирами машины. В темноте я не могла различить лиц, но поняла, что в джипе остались два парня. Они еще с минуту что-то обсуждали и девушка направилась к дому. Машина скрылась из виду. Я стояла как вкопанная и пыталась понять свои эмоции. Тревога, смятение, любопытство – меня переполняли чувства и играли внутри, как пузырьки шампанского в бокале. Я знала на сто процентов, что что-то приехало в этой машине, что-то нечеловеческое. В области груди разворачивалась моя внутренняя борьба с даром, которая всегда заканчивалась победой последнего. Я не могла не идти по зову своей сущности, хоть и обещала Винчестерам быть в порядке. Отчасти это было просто невозможно, ведь технически, я и сама была частью потустороннего и сверхъестественного мира.