Пропавший

Когда я проснулась, солнце освещало мою палату. Лучи пробирались через стекло, рассеиваясь по холодному кафелю. Я поднялась на постели и машинально дотронулась до браслета на своей руке. Пластмассовый кусок с моими инициалами неприятно натирал кожу, оставляя четкие полосы темно-бордового цвета на запястье. Я встала и подошла к окну, приподнимаясь на цыпочки, чтобы разглядеть улицу. Окна тут выше обычного, на них решетка. Я вижу гуляющих пациентов, погрузившихся в свое безумие, санитаров, которые вяло разгуливают по двору, ожидая окончания прогулки. Ничего не меняется, каждый день одинаковая картина. Замок моей палаты отщелкивается и я слышу шаги. Не оборачиваясь, я уже знаю кто это. Это Крид. -Время профилактики, идем, - сухо ответил санитар и рукой поманил меня к выходу. Шлепанье моих больничных тапочек раздается по коридору, отрываясь от стен и прыгая к потолку. Все что я теперь слышу – это противное лязганье разлетающегося эха. Никаких голосов, никаких шепотов в моей голове, криков. Это абсолютная тишина. Она убивает меня и прибивает к полу, давя на меня, как ботинок на паука. Мы выворачиваем за угол, оказавшись в просторном помещении с телевизором, диванчиками, окна здесь украшают занавески. Около окошка процедурного толпились тронутые умом, за которыми я встала в очередь. На стеклянной поверхности стены, было видно мое отражение. Все чем я тут занималась – это теряла вес. Бледные сухие губы, тусклая кожа, впавшие щеки и бесконечная череда линий проступивших вен на моих руках. Я испытывала отвращение от увиденного и отвернулась, крепко обхватив себя руками. -Рейн, как твое самочувствие? – напудренная полная медсестра протянула мне мензурку с разноцветными таблетками. Я молчала, покручивая в руке пилюли. -Видимо лучше, раз ты не бросаешься на нас с кулаками, - она противно ухмыльнулась. Я залпом проглотила лекарства и открыла рот, чтобы медсестра могла проверить, все ли я выпила. Покидая процедурный, я повернулась в сторону Крида, который сигналил мне подойти к нему. -У тебя посетитель, следуй за мной, - он развернулся и, громко вышагивая, повел меня в корпус «А». Всю дорогу я рассматривала кафель под ногами, смотреть на больных у меня не было сил. Они угнетали меня своим безумием. Я не переносила образовавшейся вокруг меня тишины, стойкого запаха медикаментов и присутствия живых мертвецов. Так я называла пациентов «Дома Эйкона». Они вроде еще живые, но от травы не отличить большинство из них. Санитар остановился около железной двери и провел магнитным ключом по замку. Раздался сигнал и дверь отъехала в сторону. -Не вздумай фокусничать, поняла? – Крид грубо дернул меня, схватив за локоть, и вытолкнул вперед. – Или это будет твоя последняя встреча без наручников. Выйдя в основной корпус, я подошла к лестнице, где собрались санитары и пара пациентов. Они стояли вокруг тела, накрытого простыней. Очередной прыгун-висельник. Такое уже давно не вызывает у меня переживаний или беспокойства, это происходит не редко. Я так накачена лекарствами, что совершенно безразлична к любым происшествиям в психушке. Просто очередной труп, призрак которого я не вижу, сама не понимаю почему. Тут я не вижу ничего сверхъестественного, хотя смерть не покидает здание. Встречи проходили в основном зале, с выходом на задний двор больницы. Пациенты разбрелись по своим углам, занимая себя кто чем может. Посетители пытались добиться внимания своих живых мертвецов, они звали их по имени, держали за руку, но те чаще всего замыкались в себе и смотрели в пустоту. Это больше было похоже на рынок, где посетители рассматривают фрукты и овощи, трогают их, а потом, поняв, что это им не нужно, оставляют на месте и уходят. Причем это было как со стороны посетителей, так и со стороны пациентов. Проходя основной зал, я вышла на улицу через большие открытые двери и вдохнула свежий воздух, без медикаментов и примесей. Легкие заполнила прохлада и разбежалась по коже мурашками. Недалеко от меня стояла скамейка, на которой сидел одинокий пожилой мужчина, азиатской внешности. Мой посетитель. Его одежда была очень скромна, светлая кофта напоминающая кимоно с аккуратным белым воротником. Голова его была покрыта сединой, а лицо усыпано морщинами. Я видела его впервые в жизни. Он сидел, рассматривая деревья растущие в саду, умиротворенно улыбаясь уголками губ. Я подошла к нему и села рядом, обхватив себя руками. Так я отгораживала себя от всех внешних воздействий, всех кто приходил ко мне с той стороны забора. Иногда мне казалось, что мои редкие гости могут занести мне обратно мое безумие. -Здравствуй, Рейн, - голос старца был бархатистый и добрый. – Меня зовут Мамору. Недалеко от нас, под деревом, сидел пациент и его гостья. Белокурая девушка держала за руку мужчину, который тихонько раскачивался на месте и что-то бормотал. Я съежилась от этой картины и устремила взгляд на свою обувь. -Ты не разговорчива, - пожилой мужчина вдохнул полной грудью и широко улыбнулся. – Я пришел к тебе как друг. На последнем слове внутри меня все съежилось и заболело. Я закрыла глаза, сдерживая свои эмоции, и крепче обняла себя руками. Слово эхом отдалось в моей голове, выворачивая душу наизнанку. Легкие перехватило так, что стало трудно дышать. Медленно выдохнув, я успокоила бурю развернувшуюся внутри меня и посмотрела на старца. Он так же обратил на меня сой взор и уже с серьезным видом спросил. -Тебе что-нибудь известно о Бакенеко*?