Маленькая чертовка

Утром, к удивлению всех собравшихся в гильдии, оказалось, что сегодня следить за малышкой некому, ибо Громовержцев и след простыл. На вопросы девочки о маме и папе Мира немного помялась, но всё же ответила: — Они… уехали. На работу. — А как же я? — спросил ребёнок. — Думаю, за тобой может приглядеть кто-то другой, — Штраус обвела зал взглядом и наткнулась на розововолосую макушку. — И я, кажется, знаю, кто. Демоническая сущность милой барменши не могла оставить равнодушным даже много повидавших магов, поэтому, как только Мира прошипела, глядя на Драгнила: — Сегодня ты позаботишься о малышке! — ему не оставалось ни единого шанса на отказ. И все лепетания, что «Я не умею, я не знаю, как с детьми обращаться» в расчёт не брались. Однако прежде, чем разрешить драгонслееру увести девочку из гильдии на прогулку, её надо было накормить. Да и сам огненный маг не отказался бы от пары куриных ножек на завтрак. Миражанна быстро сварила для Люси манную кашу и с умилением смотрела на уплетающую еду Хартфилию. Крутившийся рядом Хэппи пару раз тыкнулся мордочкой к ней в тарелку, но, облизав усы, только скривился: — Гадость какая! Не то, что рыбка… — и его глаза при воспоминании о любимом лакомстве масляно заблестели. — Дядя Хэппи, ты любишь рыбку? А она очень вкусная? А где её можно достать? — засыпала его вопросами любопытная девочка. — Её можно наловить, — улыбнулся Нацу. — Хэппи, айда на рыбалку! Иксид радостно кивнул. Бедняга ещё не знал, какую подлянку готовит ему судьба.

***

По дороге к озеру девочка бегала среди деревьев, то гоняясь за пролетевшей мимо бабочкой, то собирая цветы. Напарники с умилением наблюдали за ангелочком. — Хеппи, я даже не знал, что Люси была такая милая в детстве! — поделился с высшим своим удивлением Драгнил. — Агась! — поддакнул кот. Из очередных кустов перед ними выпрыгнула Люси: вся в коре, мхе, лишайнике - так, что была больше похожа на лешего, чем на девочку. А на протянутых к магам ладошках лежало несколько ярко-красных, чуть вытянутых, просвечивающихся плодов. — Что это? — удивлённо оглядывая малышку, спросил Драгнил. — Ягоды, — ответила та. — Сладкие. Я уже попробовала, — и продемонстрировала свою довольную, испачканную красным соком мордашку. Напарники переглянулись. — А их точно можно есть? — уточнил драгонслеер, на что девочка с энтузиазмом закивала. - Ну, ладно, — почесав макушку, Нацу взял одну ягодку и отправил в рот. - О, и правда сладкие! — На! — малышка протянула ему оставшиеся и снова скрылась в кустах. За время пути Люси ещё несколько раз угощала волшебника то ягодами, то разнообразными корешками, и даже один раз уговорила его съесть какой-то цветок. Вскоре впереди заблестела река. Драгнил настроил удочки, протянул одну из них девочке, объяснил несколько важных правил, и таинство под названием «рыбалка» началось. Через пару часов на берегу весело прыгало с десяток тоненьких блестящих рыбёшек размером с палец. Девочка окинула улов критическим взглядом и спросила: — А почему у нас все рыбки такие маленькие? Тот задумчиво почесал макушку: — Может, всё дело в наживке? Червячок-то маленький, вот и они такие же. Малышка ничего больше не сказала, только нахмурила тонкие бровки и снова уставилась на свою, так ни разу и не дрогнувшую удочку. Посидев немного, девочка с задумчивым видом удалилась в ближайшие кустики (на вопросительный взгляд драгонслеера ответив: «Мне надо!»), но вскоре вернулась и снова с энтузиазмом включилась в процесс. Между тем солнце уже подползло к зениту, мягко намекая, что время обеденное и пора бы уже подкрепиться. Об этом же, но уже более громко, заявил и забурчавший живот Драгнила. Волшебник сложил свою удочку и хотел было сказать Люси, что пора собираться домой, но в этот самый момент над рекой разнёсся громкий детский вопль. — У меня клюёт! — восторженно кричала заклинательница. Маг обернулся. Действительно, клюёт, причём, по тому, как выгибалось и дёргалось удилище, можно было смело предположить, что в это раз попалось что-то весьма стоящее. Нацу схватился за удочку девочки и не без труда вытащил улов на сушу. Рыбка попалась — загляденье! Большая, пузатая, с выпученными глазами и торчащими в разные стороны зубами. — Молодец! — похвалил малышку Драгнил. — Вот теперь точно домой пора. Кстати, ты не видела Хэппи? Куда он делся-то? — и наклонился, намереваясь снять рыбу с крючка. Открыв ей рот, драгонслеер застыл: в пасти пойманного чудовища лежал иксид, привязанный за хвост к леске. — Нацу… спаси меня… — простонал высший. — Это всё она… злая Люси… Драгнил в ужасе уставился на Хартфилию. — Ты же сам сказал, — зарыдала та, — что у нас наживка плохая! А тут смотри, какая рыбка попалась! Забыв про улов, Нацу, подхватив на руки полуживого Хэппи и упирающуюся девочку («А как же рыбка?! Её тоже надо забрать!»), со всех ног бросился в гильдию. Ворвавшись в здание, драгонслеер бережно опустил друга на стол. — Что с ним? — в ужасе спросила Мира. Все, кто был в гильдии, обступили вернувшихся рыбаков, выражая своим видом сочувствие, разбавленное изрядной толикой любопытства, которое, к их великому сожалению, им удовлетворить не удалось: Драгнил от переживания не мог произнести ни слова, Люси дулась за брошенный улов, а иксид продолжал изображать из себя полуживую тушку. Наконец, девочке надоело молчать, и она задала вслух уже несколько минут мучавший её вопрос: — А что случилось с Хэппи? Почему он не двигается? Он заболел? — Да нет, крошка, — раздался со второго этажа голос Лексуса. — У него просто завод кончился. Вот заведёшь его ключиком, он опять будет шевелиться. — Завести ключиком? — переспросила малышка. — Вот так? - и, не успели находившиеся рядом согильдийцы и глазом моргнуть, как девочка выхватила у стоявшего рядом Рэдфокса железный ключ (по виду — от амбарного замка) и вставила его коту… Ну, вы поняли. Сказать, что Хэппи начал «шевелиться», значит, не сказать ничего. Бедняга летал по залу со скоростью звука, пока не приземлился на люстру, с которой (забегая вперёд, скажем) так и не слез до самого вечера, несмотря на уговоры и любимую рыбку. Когда пушечное синее ядро перестало бороздить просторы родной гильдии и все присутствовавшие в ней вылезли из-под столов, стены здания содрогнулись от гневного крика Макарова: — Лексус! Ты чему ребёнка учишь?! — ответом деду был насмешливый взгляд внука и стрёкот молний, в которых исчез Дреер-младший. А через секунду гильдия содрогнулась от громких рыданий блондинистого Айболита: — Я же хотела, как лучше! Утешать девочку пришлось больше часа. Когда, наконец, она успокоилась, Миражанна вспомнила о времени и о том, что малышку пора кормить обедом. Подхватив поднос с едой, дьяволица пошла к столику, где сидели Драгнил и Люси. Громкий грохот и звук разбившейся посуды заставил всех посмотреть туда же. — Это…что?! — просипела старшая Штраус, показывая дрожащим пальцем на сидящее рядом с девочкой НЕЧТО. Хотите узнать, что так напугало Миру? Тогда представьте лохматое, покрытое густой зелёной шерстью чудовище с милым поросячьим пятачком, длинными ослиными ушами, ветвистыми рогами и копытами. Которое смотрело на неё до боли знакомыми серыми глазами… — Нацу?! «Чудо-юдо» попыталось по привычке почесать макушку и в изумлении уставилось на свои «руки»: — Эй, а как я теперь есть-то буду?! — Давай я тебя покормлю, — предложила заклинательница. — Ты его уже покормила! — зашипел с люстры иксид. — Ягодками-корешочками! — Но со мной же ничего не случилось! — возразила девочка. Между тем их уже снова окружили слегка отошедшие от шока согильдийцы. И кое-кто не преминул постебаться над несчастным товарищем: — Эй, Головёшка, чего это у тебя рога выросли? Неужели Хэппи изменяет? Сладкая парочка! Ответом им послужил вой Драгнила, которому кто-то наступил на хвост… — К Полюшке! — рявкнула Миражанна. Возражать никто не стал. Перемещение драгонслеера к домику целительницы в целом прошло более-менее спокойно… Если не считать удивления, граничащего с непонимаем, на лицах встречных людей. Ну, а как бы отреагировали вы, видя идущего по улице маленького золотистоволосого ангелочка с карими глазками, который ведёт на поводке весьма странную зверушку? Полюшка при виде этой странной процессии от переизбытка эмоций забыла даже начать ругаться на неугомонных волшебников. Первой ее фразой было: — Что ЭТО такое? Малышка Люси, не пугаясь старушки, серьёзно поправила: — Это не ЧТО! Это КТО! Нацу! Полюшка только всплеснула руками. Отправив девочку на кухню, сама пошла в комнату (всё так же ведя Драгнила на поводке), усадила его на пол (на кровать побоялась, шерсть была уж больно подозрительного вида, да и чесался бывший дракон странно) и начала рыться в своих сундучках, банках, склянках, травах и прочем, пытаясь вернуть драконоборцу его обычный вид. Результатом её опытов стал почти нормальный Драгнил, который с удовольствием принялся рассматривать себя в зеркало. Правда, когда его взгляд дошёл до волос, то глаза приобрели удивлённо-жалостливое выражение: — Полюшка, а это никак нельзя убрать? Магичка только помотала головой: — Выбирай: или рога, или ЭТО. — ЭТО, — выдохнуло бывшее «чудо-юдо». — Да, и хвост отвалится через пару дней, не волнуйся! — и Полюшка вышла из комнаты. Обречённо кивнув, Нацу ещё раз осмотрел себя в зеркало, уныло качнул хвостиком и отправился на кухню, чтобы забрать малышку и идти в гильдию. Но увиденное на кухне заставило его остановиться, а потом и вовсе отскочить от прохода.

***

Взгляд кареглазого ангела метался по полкам, заполненными различными эликсирами и снадобьями. А потом остановился на «обожаемой» «хвостатыми» метле. Радостно захихикав, девочка призвала Южный крест. О чём-то пошептавшись пару минут с духом, малышка принялась творить. В ход по совету духа пошли все зелья, что имели какой-либо оттенок зеленого. Всё это выливалось, высыпалось на «подопытного», который уже начал легонько подрагивать и шуршать метёлкой. В то самое время, когда девочка выливала последнюю бутылочку зелёного цвета на «орудие пыток хвостатых», в кухню вошла Полюшка. Не известно, почему, но бравая целительница первым делом ухватилась за метлу (скорее всего, сработал инстинкт, не зря же «добрая» старушка уже столько лет охаживала «феечек» этой самой метлой и в хвост, и в гриву). Метла задрожала, дёрнулась в руках целительницы и оторвалась от пола. Кажется, Полюшка была не только мастером в искусстве лечения, но и определённо имела кое-какие акробатические навыки… Подтянувшись, старушка (ха, а старушка-то ещё ого-го, оказывается!) оседлала внезапно ожившую собственность и начала наворачивать круги по кухне.

***

Маг молний с самого начала знал, что сидение Люси с Драгнилом добром не кончится, скорее всего, для последнего, и кто-нибудь к концу дня обязательно окажется в гостях у Полюшки. И, если лечить будут огненного мага, то что могла натворить маленькая принцесса, Лексус даже предположить не мог. Поэтому, решив удовлетворить свое любопытство, он отправился к домику лекарки. И не прогадал. Появившись в молниях недалеко от лесной избушки, Дреер подошёл ближе и, заглянув в приоткрытое окно, едва не был сбит снарядом скоростного назначения под кодовым названием «метла» и его бравой наездницей. Проводив ошарашенным взглядом улетающую Полюшку, Дреер-младший перевёл взгляд на маленькую чертовку, что бубнила себе под нос: «Летает? Странно… Видимо, побочный эффект…» Дальше маг уже не разобрал по причине икоты от вида одного зеленоволосого недоразумения. Девочка, увидев того на пороге кухни, подошла к нему и спросила: — Братик Нацу, а хвостик почему не убрали? «Братик» вздрогнул: — Через пару дней сам отвалится. — Ой, как жалко! — посетовала малышка. — Он такой хорошенький! С кисточкой! — и дёрнула огненного мага за хвост. Драгнил жалостливо всхлипнул…

Уже поздно вечером в гильдию заглянула Полюшка, окинула взглядом понурого Нацу, сидящего на люстре Хэппи и сказала, кивнув на спящую на лавке заклинательницу: — Ключи у неё отберите, а то мало ли что… С потолка согласно мяукнул иксид. Как и обещала целительница, хвост у несчастного убийцы драконов отвалился сам через пару дней, а вот его густая шевелюра ещё месяц переливалась едва ли не всеми оттенками зелёного, пока, наконец, не приобрела свой натуральный розовый цвет. Зато Нацу понял, что не всё, им съеденное, полезно для здоровья и нервов окружающих его людей. Что же касается Хэппи, помощь «доброго доктора» тоже не прошло для него даром. Он благополучно излечился от ехидства и привычки появляться не в том месте не в то время. А, кроме того, больше никто не слышал от иксида его коронное: «Сладкая парочка!»