Один раз

Как Минхо умудрился простудиться в Лабиринте, было загадкой. Но вот он - Страж Бегунов, лучший из лучших - слег в постель с температурой, на ближайшую неделю предоставив остальным бегунам заниматься разгадкой Лабиринта. Он, конечно, порывался бегать и так, перенося болезнь "на ногах", но когда к вечеру второго дня свалился прямо в Картографической, медяки заперли его у себя и не спускали глаз. Впрочем, совершенно обессилевший от лихорадки бегун уже и не пытался улизнуть. Томас откровенно скучал, бегая по сектору в одиночку. Все те же серые стены, все те же бесконечные коридоры без намека на выход... С Минхо можно было хоть поболтать, ну, или скрасить привал на обед быстрым сексом, которого не хватало ему, наверное, так же сильно, как и вечных шуточек Стража. Так что, как только кончался его "рабочий день", он отправлялся прямиком в импровизированный лазарет, сменяя на посту одного из медяков, присматривавших за строптивым бегуном. Том зашел в комнату и притворил за собой дверь. Минхо лежал, отвернувшись к стене, и, кажется, спал. И Томас, неслышно подкравшись, осторожно забрался к нему под одеяло и прижался к теплой спине. Слишком теплой. Он прикоснулся губами к открытому участку шеи - похоже, у Минхо снова был жар. - Уйди, шенк. У меня нет сил, - глухо пробормотал Страж, неверно истолковав действия младшего товарища. Томас насупился. - Я и не собирался... ничего такого, - выдохнул он Минхо в затылок, отчего кожа того покрылась мурашками. Хотя... Он прикинул, что до возвращения медяков у него есть еще часа полтора, а всегда такой брутальный Минхо, как оказалось, был очень милым, когда болел. Так что грех упускать такой шанс. Он снова прижался губами к смуглой шее, на этот раз действительно целуя и касаясь упругой солоноватой кожи языком, посылая легкие электрические разряды по сильному телу. Минхо протестующе замычал и развернулся, недовольно уставившись на Тома. - Я же сказал... Но Томас не дал ему договорить, подавшись вперед и поцеловав сердито сжатые губы. Мгновение, другое... И Минхо дрогнул, с тихим "мм..." отвечая на поцелуй и закрывая глаза. Противостоять Тому сейчас у него просто не было сил. Да и Томас был таким теплым, таким сладким... По телу волной прошла легкая дрожь желания, и он приподнялся, запустив пальцы в волосы младшего бегуна, и погладил его по затылку, на что тот довольно заурчал. Том прижался к нему всем телом и потерся членом о бедро, давая почувствовать свой стояк - вещь, которую Страж никогда не мог оставить без внимания. Однако у организма Минхо, ослабленного болезнью, видимо, было другое мнение относительно происходящего, и приятная дрожь возбуждения очень быстро сменилась лихорадочным ознобом. Минхо с сожалением отстранился. - Том, - выдохнул он, снова упав на подушку. Голова его слегка кружилась от температуры и нехватки кислорода. - Я правда не могу, детка. Даже подрочить сил нет. Тот потерся носом о короткие волосы на виске, нетерпеливо ерзая и крепче прижимаясь бедрами. Нет, он, конечно, понимал плачевное состояние любовника, но встать и уйти вот так он теперь просто не мог. Обжигающее желание поймало его в свои сети, и он мысленно выискивал хоть какую-нибудь возможность снять накопившееся напряжение. Дрочить самому - нет уж, не за этим он сюда шел; с минетом, судя по приступам кашля старшего бегуна, тоже ничего не выйдет... Разве что... - Если ты не можешь... Я могу сам... - он осторожно поднял глаза на тут же напрягшегося Стража и встретился с подозрительным взглядом. - Исключено. Даже не думай. - Ну, Минхо. Ну, один разочек, - Том для убедительности мягко качнул бедрами. - Нет, - Минхо сердито нахмурился, а затем и вовсе отвернулся к стене, давая понять, что разговор окончен. Том обиженно засопел, продолжая бодать его в затылок, как упрямый теленок, и осторожно проскальзывая ладонями по талии на напряженный живот и ниже к паху. - Ну, ты же хочешь меня, - прошептал он и влажно засосал горячую кожу на шее, пробираясь к заветному местечку за ухом. Минхо вздрогнул и тяжело задышал, не в силах справиться с нахлынувшим желанием, однако перехватил проворные пальцы, пробравшиеся уже под резинку трусов, и отвел руку от вставшего члена. - Когда я хочу тебя - я беру тебя, - голос Минхо, и без того простуженный, прозвучал совсем хрипло. - Но не наоборот. Том отчаянно толкнулся бедрами, притираясь к упругим ягодицам Стража Бегунов, и тот подскочил, как ужаленный. - Томас! - рявкнул он, однако тут же повалился обратно на подушку - от резкого движения в глазах потемнело, и все тело охватила слабость. Младший бегун смотрел на него исподлобья, и в его взгляде смешались обида и неприкрытое желание. - Черт возьми, Минхо, это нечестно, - горько прошептал он, - ты всегда получаешь, что хочешь, даже когда у меня нет настроения. Минхо отвел взгляд, сжимая зубы. Это верно, он не слишком-то церемонился с Томасом, когда дело касалось удовлетворения его собственных желаний. - Найди себе другую дырку. Мне плевать, - голос Минхо звучал сердито, но уже не так уверенно. Он знал, что этими словами больно ранит Томаса. - Не хочу других. Хочу тебя... - Томас обиженно умолк и, уткнувшись в подушку рядом, шмыгнул носом. Минхо никогда не давал ему быть сверху. Но Том и не возражал. Трахался Страж жестко, да и отсасывал, как бог, - грех жаловаться. И даже если задница еще болела после прошлого раза, Томас не мог сказать "нет", он просил лишь "полегче", и Минхо старался быть аккуратнее или ограничивался минетом. Зато потом вознаграждал Томаса за страдания каскадом оргазмов - на сколько у того самого хватало сил. Но все-таки иногда Тому хотелось побыть и с другой стороны. Он грустно вздохнул. Минхо упрямо молчал, прислушиваясь к своим ощущениям. Подставиться другому парню казалось ему стыдным, ниже его достоинства... Да и вообще быть снизу... Все в нем противилось даже мысли об этом. Он скосил глаза на притихшего рядом паренька: на лицо с россыпью родинок, которые он столько раз покрывал поцелуями; на прикрытые длинные ресницы, что трепетали от возбуждения каждый раз, когда он ласкал его; на взъерошенные темные волосы, которые он сжимал в кулаке, когда трахал его в рот... Несмотря на сказанные сгоряча слова, он бы ни за что не отпустил его от себя к другому парню... Ну, разве что к Ньюту... Но и то только потому что сам был не прочь натянуть куратора. Что, увы, было маловероятно, поскольку Алби глаз с него не спускал. Минхо закрыл глаза, собираясь с мыслями. Возможно, Томас был в чем-то прав... Но, черт!.. Черт... Кажется, лихорадка повредила его рассудок, если он собирается... - Ладно, - хрипло выдохнул он, сдаваясь. - Один раз. Томас поднял на него изумленный взгляд, не веря своим ушам. Он только кивнул, глядя на слегка покрасневшего Стража, и, осторожно поднявшись, быстро разделся, а затем снова забрался в постель. Минхо хмурился и отводил взгляд, а Томас, вдруг растерявшись, нерешительно склонился над ним и потянулся за поцелуем. - Вот только давай без всяких сопливых нежностей, - зло рыкнул тот, и Том мысленно закатил глаза. Минхо неисправим. Можно подумать, немного ласки поставит под удар его маскулинность. Но в ответ только кивнул и прикусил его за губу, пробираясь руками под одеяло и оглаживая сильное тело. Когда Томас стянул с него трусы и, разведя ноги в стороны, повел ребром ладони между ягодиц, Минхо зажмурился и хрипло, протестующе застонал, напрягаясь всем телом. Это неправильно. Это совершенно, чудовищно неправильно. - Тише, тише, - Томас перенес руку на его член, лаская, - расслабься... - но, поймав гневный взгляд, замолчал. Минхо сгорал от стыда от того, что Томас возился с ним, как с какой-то целкой. Но, черт, в этом плане он и правда был девственником и прекрасно знал, как важна подготовка в первый раз, но это было слишком, слишком унизительно. Лежать, распластавшись на спине, с разведенными коленями под внимательным взглядом любовника он просто не мог. Глухо зарычав, он рванулся от ласкающих его рук и перекатился на бок, спрятав красное от стыда лицо в подушке и пытаясь совладать с внутренним отторжением происходящего. Ладно, спокойно, не будь тряпкой и дай себя трахнуть. Томас отпрянул, но, поняв, что дальнейшего сопротивления не последует, лег рядом, прижавшись к влажной от испарины широкой спине. Он неторопливо погладил напряженные плечи, надавливая и побуждая Минхо лечь на живот, и тот на удивление подчинился. Массаж оказался отличной идеей, и уже через несколько минут сильных уверенных поглаживаний от шеи до поясницы, Страж заметно расслабился. Томас прижался к нему грудью, покрывая поцелуями и укусами шею и плечи, смелее оглаживая бока и поясницу и прислушиваясь к участившемуся хриплому дыханию. Минхо немного приподнял бедра, позволяя ему проскользнуть рукой к паху и сжать напряженный член. Том дрочил ему в сильном размеренном ритме, внимательно следя за реакцией. Минхо прижимался щекой к подушке, прикрыв глаза и хрипло выдыхая через прикушенную губу; от его тела, как от печки, волнами шел жар, и Том наклонился и слизнул с плеча выступившие бисеринки пота. Он приподнялся и, не отпуская члена, окинул взглядом комнату - увы, в "палате", которую занимал Минхо в хижине медяков, не было ничего подходящего, что могло бы сойти за смазку. Том сплюнул на пальцы свободной руки и осторожно повел между приподнятых ягодиц. Спрашивать Минхо, готов ли он, было бы оскорблением его гордости, так что Том решил просто действовать - без "нежностей", без долгих прелюдий, в общем, как мужик. Ощутив прикосновение влажных пальцев, Минхо вздрогнул, снова напрягаясь, но подавил в себе желание отшвырнуть обнаглевшего любовника и только крепче сжал зубы. Томас усилил хватку на члене, ускоряя темп, и осторожно толкнулся внутрь. От проникновения двух пальцев Минхо зашипел, хотя, надо признать, ощущения были хоть и дискомфортными, но пока что вполне терпимыми. Намного сложнее было преодолеть психологическое сопротивление и заставить себя не брыкаться. В конце концов, они оба это заслужили. Томас столько времени терпел его, прямо скажем, не всегда нежные манипуляции со своим телом - Страж всегда творил, что хотел. Ну а сам он, видимо, все-таки должен был опробовать это и на своей шкуре. Минхо тяжело приподнялся на локтях, борясь с накатившим головокружением, и выше вскинул бедра, позволяя Томасу устроиться удобнее позади него. Он бросил быстрый взгляд через плечо на сосредоточенное лицо младшего бегуна и словно обжегся о жаркий, затуманенный желанием взгляд. Это было... стыдно... знать, что Томас смотрит на него, изучает, ловит каждую реакцию его тела. Все это было и раньше, конечно, но только они были в других ролях. Страж спрятал лицо, уткнувшись лбом в подушку, и рвано выдохнул, почувствовав, как Томас добавил третий палец. Вот теперь было неприятно. Его тело отчаянно сопротивлялось вторжению, зажимаясь, что только усиливало дискомфорт. Минхо, глухо рыча, до боли впился зубами в собственную руку, чтобы хоть так отвлечься - даже дрочка не помогала. Томас выпустил его член и положил руку на поясницу, надавливая и заставляя сильнее прогнуться, а потом, не зная, как еще спасти ситуацию, наклонился и коснулся его языком, обильно увлажняя слюной. Вот так-то лучше - пальцы мягко заскользили, растягивая неподатливые мышцы. Минхо быстро задышал, пытаясь расслабиться. Сердце гулко стучало в ушах, и подкатывала дурнота. В какой-то миг он даже испугался, что потеряет сознание. Он глухо охнул и выругался от неожиданного прикосновения, когда Том убрал пальцы и подставил член. Руки отказывались держать его, и он лег на грудь, комкая в кулаках простынь. А потом Томас толкнулся внутрь. Было больно. Минхо зашипел сквозь зубы и до хруста сжал кулаки, пока тот входил в него на всю длину; его тело пробил озноб и снова закружилась голова - от лихорадки или от боли, он сам не мог понять. Наконец Томас замер, давая ему отдышаться и привыкнуть, и вернул руку на член, возобновляя ритмичные движения, что несколько улучшило положение. Страж сосредоточился на ласкающих его пальцах, чувствуя, как новой волной возвращается возбуждение, и, собравшись с силами, качнулся бедрами назад. Томас начал осторожные толчки, постепенно набирая темп. Минхо был невероятно тесным и почти нестерпимо горячим из-за лихорадки. Том жмурился и до боли кусал губы, чтобы позорно не кончить в самом начале. Он еще должен позаботиться о Минхо, черт возьми. Страж рычал под ним, словно раненный зверь, и чуть ли не молотил кулаком по подушке. Том выпустил его член и крепко ухватил за поясницу, удерживая на месте, немного изменил угол проникновения, и, о да, ощутил, как по сильному телу под ним прошла судорога удовольствия. Он мысленно поздравил себя и облегченно вздохнул. Ему совсем не хотелось, чтобы его первый раз в активной роли закончился фееричным провалом. Он даже мимоходом восхитился, как Минхо удавалось всегда доводить его до предела. Оказывается, не так это и просто - действительно доставить удовольствие другому. Он уверено наращивал темп, чувствуя, как напряжение покидает тело любовника, а на смену болезненным хрипам приходят глухие стоны удовольствия. А когда Минхо стал сам подаваться бедрами ему навстречу, у него совсем сорвало тормоза. Еще несколько размашистых толчков, и он кончил с громким стоном. А затем, снова ухватив Стража за член, стал грубо надрачивать, и лишь когда тот, рыча, излился ему в ладонь, позволил себе выйти из него и упасть рядом. Минхо лежал с закрытыми глазами, тяжело дыша. Том вытер их обоих краем сбившейся простыни и накинул одеяло, а затем прижался к теплому боку любовника, внимательно разглядывая усталое лицо и припухшие искусанные губы. Он осторожно поцеловал его, и Страж открыл глаза, с трудом сфокусировав взгляд и хмурясь. Томас виновато улыбнулся. Кажется, его не слишком умелые действия доставили Минхо несколько не самых приятных мгновений. Он только надеялся, что не все было так ужасно. - Ну как? - заискивающе спросил он, пытаясь прочесть на его лице еще хоть какие-то эмоции. Минхо тяжело перекатился на бок и сдавленно охнул. Все тело ломило, да и оргазм высосал из него последние силы. Он поймал встревоженный взгляд Тома и вздохнул. Да, это было трудно - переломить себя, и вряд ли он захочет повторить в ближайшем будущем... Однако Томас смотрел на него с таким волнением и, черт побери, благодарностью... В конце концов, им обоим было хорошо, разве нет?.. - Нормально, салага, - он потрепал его по волосам, и Том с облегчением выдохнул, - а теперь дай мне наконец поспать. Томас хитро улыбнулся: - Может, потом еще... - и возмущенно замычал, когда его припечатала тяжелая рука Стража. - Один. Раз. Забыл? - Минхо гневно сверкнул глазами и снова осел на подушку, ощутив опасное головокружение. - Не забыл, - вздохнул младший бегун, но снова заулыбался, - но попытаться стоило. Минхо тихо хмыкнул, притягивая его ближе к себе и зарываясь носом в волосы. Тяжесть чужого тела приятно давила на грудь, а теплые руки, обнимавшие его, помогали согреться и унять дрожь. Вот это, черт возьми, было действительно приятно. Томас довольно сопел ему в шею и был, кажется, совершенно счастлив и все еще под впечатлением от яркого секса. - В следующий раз... - Минхо горячо коснулся губами его уха и хрипло выдохнул, - я тебя так... отделаю... Томас вздрогнул, ощутив, как от этого обещания по спине пробежали мурашки, и тяжело сглотнул. Он знал - Минхо может. - Жду с нетерпением, - прошептал он и поцеловал своего Стража.