Tiny for Riders

      Елена стоит возле зеркала, изучая свое изображение – черные полуботинки с железными заклепками, темно-серые джинсы, белая водолазка и черная кожанка. Хмурится, не понимая, с каких пор ей есть дело до того, как она выглядит, но все равно поправляет распущенные волосы, которым придала небольшой объем, приподняв их у корней.       – Ты мне на спине уже дырки две точно просверлила, – произносит девушка, переводя взгляд на отражение Вики, что стоит за спиной Елены, в дверном проеме.       – Ну, извини, что тебя раздражает мое поведение, – недовольно произносит Вики, хрустя шеей, и садится на кровать. – Другого от меня не жди.       – Знаешь что, – раздраженно произносит Елена, повернувшись к подруге, – ты уже затрахала меня своими нотациями! Займись уже своей жизнью и хватит лезть в мою! Ты мне уже один раз помогла, спасибо, черт тебя дери. Я понимаю, что тебе скучно, но прекрати!       Гилберт пыхтит, понимая, что впервые разговаривает так с подругой, но ничего не может с собой поделать. Вики часто моргает, чувствуя, как в носу начинает колоть, и слезы подступают к глазам, но она не позволит себе заплакать.       – Ты не права, Елена, – машет головой Донован, – но пусть будет по-твоему. Мне вовсе не скучно, я переживаю за тебя, но больше я и слова не произнесу. А ты просто…       Девушка не договаривает, встает с кровати и, отвернувшись от Елены, направляется к окну. Вытирает тыльной стороной ладони соленую жидкость, что все же вырвалась наружу, шмыгает носом и слегка вздрагивает, когда слышит, как за ее спиной захлопнулась дверь.       За окном светит солнце после проливного дождя и лужи, словно монетное серебро блестят под лучами светила. Легкий ветерок развивает волосы Донован, а в грудную клетку проникает тот самый запах после дождя – озон. Погода была прекрасной, но после этого разговора с Еленой остался неприятный осадок, и девушка понимала, что они с подругой отдалились друг от друга и продолжают отдаляться дальше. Вики подставляет лицо под солнечные лучи, прикрывая глаза и позволяя слезам катиться вниз по ее щекам, выпуская ту самую боль наружу.       […]       Елена бредет по тротуару, сунув руки в карманы, направляясь в назначенное Деймоном место. Девушка смотрит под ноги, а в голове прокручивает короткий разговор с подругой. В глубине души Гилберт понимает, что Вики права, но она не в силах что-то поменять. Сколько бы она не пыталась снять и разорвать эти оковы, все было безуспешно – она только сильнее в них вязла. Она ругает себя за то, что так поступила, ведь одним единственным и близким для нее человеком была Вики.       Девушка поднимает глаза, встречая того, кто является причиной всех ее бед – вот он, стоит перед ней с вечной улыбкой. Она понимает, что если бы она захотела, то не пошла бы на это чертово свидание. Раньше не пошла бы. Смотрит в его слегка прищуренные глаза цвета утреннего неба и не понимает как ему удается делать то, что он делает с ей. Словно он играет струнами ее души и эти странные мелодии пугают ее и завораживают одновременно. Ее пугают свои чувства и желания по отношению к этому гребанному гонщику. Задумывается, быть может, уже хватит скрывать и отрицать самой себе свои истинные чувства к Сальваторе?       – Ты как никогда вовремя. Я бы мог подумать, что ты ждала эту встречу. Ну знаешь, не ела там, не спала, волновалась, – подмигивает Деймон, на что девушка закатывает глаза и разворачивается, чтобы уже уйти, но Сальваторе ловит ее за руку. – Эй, эй, ты куда собралась? Я же пошутил. Что с тобой? Ты в порядке? – хмурится парень, поднимая лицо малолетки, держа ее за подбородок, и видит не тот огонек в ее глазах, он видит… печаль? – Так, рассказывай, что с тобой?       – Это мои проблемы, – отрезает девушка, делая шаг назад, чтобы Деймон не касался ее. – Тебя это не касается. Мы едем или как? А то я, может, пойду.       – Ни куда ты не пойдешь, – Деймон открывает ей дверь машины и жестом руки приглашает в салон.       Елена усмехается его галантности, прежде чем сесть в салон автомобиля. Деймон закрывает дверь, улыбаясь и, обойдя автомобиль, садится за руль.       – А где твоя девушка? – задает вопрос Елена, но как-то отстраненно.       – Она уехала по делам, – улыбается Деймон, трогаясь с места.       Сальваторе не мог не воспользоваться своими связям и, позвонив в агентство, попросил, чтобы Хейли дали работу, ссылаясь на то, что он хочет приготовить ей сюрприз. Отчасти это правда, одной будет сюрприз, а другой…       Деймон поворачивает голову в сторону Елены, но она, кажется, его не слушает – девушка молчалива и задумчива, что ей не свойственно – ее губы сжаты в тонкую полоску, нахмуренный лоб и она нервно перебирает пальцы. И это ее состояние явно не из-за этого свидания – здесь явно что-то другое. Но это другое ее расстраивает. Деймон возвращает свой взгляд на дорогу – пока все идет по плану и он не будет от него отклоняться.       – А куда мы едем? – нарушает тишину Гилберт.       – Ооо, – загадочно тянет Деймон, – этого я тебе не скажу, ибо это сюрприз. Но он тебе понравится. Кстати! Для тебя еще один маленький сюрприз, – Сальваторе слегка откидывается назад, протягивая руку на заднее сидение, и через пару секунд вручает своей спутнице букет нежно-розовых роз с искренней улыбкой. – Это тебе, моя Малолетка.       Девушка теряется на пару секунд, ведь ей никогда не дарили цветов – у Энзо были совсем другие подарки: замычки, размычки, безделушки для взлома машин, ключи…. От него и не нужно было подарков, она его любила не за подарки или цветы, она его любила, а тут…       – Тебе не понравился букет? – хмурится Сальваторе, переводя взгляд с дороги на девушку и обратно. – Или у тебя аллергия на розы?       – Нет у меня аллергии, – отвечает девушка, хватая букет из рук Деймона. – Просто… ммм… я не совсем люблю розы, но… эти прекрасны, спасибо, – девушка вдыхает приятный аромат, пряча улыбку в цветах.       – Окей, в следующий раз куплю другие, – уверенно заявляет парень, словно знает, что будет еще одно свидание. – А какие цветы ты любишь?       – Подсолнухи. Они, словно солнце, дарят тепло, но при этом до них можно дотронуться, и не обжечься. Стоп, – резко произносит Елена. – А кто тебе сказал, что у нас с тобой будет еще одно свидание?!       – Никто, – качает головой Деймон, усмехаясь наивности Елены. – Я просто уверен в этом.       Елена закатывает глаза, отворачивая голову к окну, и растягивает губы в улыбке, которую прячет от гонщика. Наблюдает за мелькающими в окне домами и фонарями, а после наблюдает за тем, как автомобиль минует знак с надписью «Счастливого пути», и ребята покидают город. Девушка продолжает рассматривать пейзажи за окном и голубое небо без единого облачка. Середина сентября в окрестностях Нью-Арка была прекрасна – еще не осень, но уже и не лето. Елене нравилось, что за окном автомобиля нет этого городского шума и гама, здесь природа словно ругая, не загрязненная городом и людьми.       Машина сворачивает на право, и останавливается в месте, не знакомом Гилберт. Девушка смотрит по сторонам, прежде чем покинуть автомобиль, но видит только пару припаркованных машин у небольшого холма.       – Куда ты меня привез, Деймон? – спрашивает Елена, покидая машину следом за парнем, который уже направился к багажнику, из которого извлек большую плетеную корзину.       – Пошли, – Деймон подходит к девушке, берет ее за руку и ведет куда-то вверх по холму, – сейчас сама все увидишь.       Елена хмуриться, но все же идет за парнем вверх по холму и как только достигают его вершины, перед девушкой открывается изумительный вид – толпы людей внизу холма и огромное количество аэростатов, таких больших, разноцветных, готовых вот-вот взлететь к верху.       – Ну как, – гонщик крепче держит ее за руку, интересуясь ее мнением, ведь оно для него действительно важно, – тебе нравиться?       – Не обычно… для меня, – улыбается Малолетка. – И что, нам можно будет покататься? – с каким-то восторгом спрашивает, когда замечает пару аэростатов, что уже оторвались от земли.       – Конечно. И наш давно уже ждет нас. Пошли, – Деймон тянет девушку за руку, спускаясь вниз по холму, и Елена следует за ним.       Гилберт идет позади Деймона, не отпуская его руку, и рассматривает аэростаты, что рядом кажутся еще огромнее и красивее – на некоторых были изображены герои мультфильмов или животные, некоторые были разукрашены геометрическими фигурами или цветами, а некоторые просто разноцветные, без всяких замысловатых узоров.       Елена даже не заметила, как Деймон остановился, и она врезалась в него. Хмурится, поднимая голову, и видит, что они остановились у большого аэростата, на шаре которого была нарисована знакомый Елене красный автомобиль. Деймон замечает этот взгляд девушки и наклоняется к ее уху.       – Благодаря этой машине мы с тобой и познакомились, – шепчет, после чего целует девушку в щеку и быстро ретируется к пилоту, пока Елена не начала возмущаться.       Девушка не успевает и рот открыть на Сальваторе за то, что тот позволяет себе такие вольности, но того и след простыл – он уже общался с каким-то мужчиной. Елена сжимает губы в тонкую полоску, чтобы сдержать улыбку, которая расплывается где-то внутри нее.       – Ты готова? – брюнет подошел к девушке и та согласно кивнула. – Отлично, поехали! – задорно произносит Деймон и снова берет Малолетку за руку, подводя ближе к аэростату.       Пилот уже находится в корзине, возле которой стоит небольшая стремянка. Деймон забирается на последнюю ступень и приглашает Елену, которая без труда оказывается рядом с парнем. Гонщик хватает девушку за талию, подтягивая к верху, и Гилберт сначала усаживается на край корзины, а после перекидывает ноги на другую сторону и спрыгивает на пол корзины и Сальваторе не заставляет себя долго ждать, оказываясь рядом с девушкой. Пилот спрашивает о готовности ребят и те кивают, после чего аэростат отрывается от земли. Корзину сильно качнуло, и Елена машинально обняла Деймона, чтобы не упасть, а он обнял ее. Он улыбается, когда чувствует тепло ее тело и, кажется, это самая искренняя улыбка, которая когда-либо была на его лице.       Температура воздуха наверху куда ниже, чем внизу, поэтому Деймон не преминул взять с собой теплый плед. Елена стояла у борта корзины, смотря вниз, а Деймон стоял позади нее, обнимая под теплым пледом, что укутывал обоих. Двухчасовая прогулка по небу казалась такой удивительной девушке, которая впервые могла смотреть на город и его окрестности с высоты птичьего полета и сейчас даже руки Сальваторе, что обнимали ее тело, волновали ее куда меньше, чем то, что она испытывала. Ей было спокойно и захватывающе одновременно – она уже и не помнила, когда могла так спокойно чем-либо любоваться, ведь приятности постоянно преследовали ее, а сейчас ей было настолько все равно, что даже Кэрол Локвуд казалась муравьем в ее жизни. И гонщик вовсе не раздражает ее, скорее она ему благодарна за то, что он подарил ей это чувство спокойствия, которое сейчас для нее куда важнее. Девушка поднимает взгляд на ярко-оранжевый закат, что разливается по небу и позволяет себе откинуться назад, облокачиваясь на Сальваторе и наблюдать. Красновато-оранжевое небо заката, прекрасный и залив, который кажется бесконечным, небольшой холм, за которым пестрят шары аэростатов, чистый воздух и спокойствие – Елена наслаждалась этим, пока Деймон наслаждался теплом ее тела и запахом ее коричного шампуня, который, кажется, навсегда въелся в его легкие.       Елена очнулась от восхищения и спокойствия только когда они стали снижаться – она даже и не заметила, как прошла эта небесная прогулка – для нее все было как во сне. А теперь она вынуждена проснуться и вернуться в мир, где куча проблем в ее мрачной и никчемной жизни. Сальваторе замечает, как меняется девушка, когда они идут на снижение – там, на верху, она была совсем другой – спокойной и в тоже время живой – прежде чем спокойно наслаждаться видом она задавала кучу вопросов, от чего Деймону иногда хотелось скинуть ее вниз. А теперь она снова та мрачная девчонка, которую он сегодня встретил перед тем, как сюда поехать.       Они шли к машине в тишине – Елена все еще пребывала в некой эйфории, граничащей с нежеланием возвращаться в мрачный мир. На улице уже темнело, и Елена понимала, что ей не успеть к ужину и тот пикник, который был в небе, был весьма кстати. Малолетка ежится, когда ветер на улице поднимается, поэтому, не мешкая, открывает дверь автомобиля и садится в салон. Деймон ставит корзину обратно в багажник, после чего присоединяется к девушке в салоне и сразу же включает печку, видя, что девушка замерзла. Сальваторе улыбается, смотря на то, как Елена греет руки, после чего поворачивает ключ зажигания и машина трогается с места.       – А я и не думала, что ты такой романтик, – произносит Елена с улыбкой на лице. – Думала, ты можешь только соблазнять, зная, что для многих девушек достаточно твоего взгляда и они уже твои. Ну, типа, тебе не надо париться, чтобы кого-то в постель затащить.       – Да, честно сказать, сам от себя не ожидал. Но, по иронии судьбы, я встретил девушку, которая подвигает меня делать это, ибо она не так проста, – Сальваторе переводит с дороги на Елену серьезный взгляд.       – Деймон, ты ведь не думал, что от прогулки на воздушном шаре я сразу к тебе в кровать прыгну?       – И не помышлял, – без издевки отвечает гонщик. – Мне не нужен от тебя просто секс, я хочу нечто большее.       Елена отворачивает лицо к окну и устремляет взгляд в темноту, понимая, к чему клонит Деймон. Ели бы он знал, что эти чувства в ней живут уже черти сколько и для того, чтобы их не сдерживать ей нужно всего лишь быть уверенной в нем.       Всего лишь быть уверенной.       Они ехали в полной тишине. Ни он, ни она не решались нарушить эту тишину, даже когда въехали в город. Сальваторе сосредоточен на дороге – уверено лавирует в небольшом потоке машин, сворачивая на ближайшем повороте и паркуется около ресторана.       – Не знаю как ты, – наконец Деймон нарушает тишину, хлопая себя по коленям, – а я хочу есть. Готов проглотить слона и даже не жевать.       Гилберт хмуриться, смотря на заведение, явно для высшего общества и не хочет идти туда, не смотря на голод – она будет чувствовать там себя неловко, ведь таким как она не место в таких заведениях. Если бы была какая-то забегаловка или обычное кафе, но ресторан…       – Я не голодна, – отвечает девушка, – если хочешь, ты иди. Я подожду тебя тут.       – Ты шутишь, Елена? – Сальваторе с недоумением смотрит на девушку. – Ты представляешь, как это выглядит? Я не принимаю отказа. К тому же, твой проигрыш еще не выплачен. Выдумала же, – усмехается брюнет. – Давай поднимай свой зад и выходи из машины.       – Я сказала пару слов, в ответ получила тысячу, – бубнит девушка, закатив глаза.       – Давай, давай, на выход.       Девушка шумно выдыхает, после чего все же покидает машину и Деймон так же выходит из автомобиля. Елена ежится, направляясь ко входу здания, но замечает вниз по улице трейлер с тем меню, которое она бы с удовольствием съела. Улыбается, когда понимает, что может избежать это высококультурное заведение.       – Деймон, – тормозит девушка, загадочно улыбаясь, – а у тебя есть наличка?       – Есть, а что? – парень с удивлением смотрит на Малолетку.       – Дай мне сотню, – Елена протягивает парню руку.       – Может, тебе две сотни дать? – спрашивает Деймон, думая может ей требуется куда больше денег.       – Если не жалко, – пожимает плечами девушка. – Я не против, больше купим, – Елена хватает из рук парня деньги и направляется вниз по улице.       – Эй, ты куда? – Сальваторе разводит руками. – Вход тут!       – У меня к тебе другое предложение, – разворачивается девушка, продолжая идти спиной. – Давай поедим старые добрые хот-доги.       – Что? Какие хот-доги? – девушка пожимает плечами и, развернувшись к парню спиной, продолжает свой путь. – Елена, – рыкнул Сальваторе, – ты не будешь есть эту гадость. Ты меня слышишь?       Девушка и не думает тормозить, отчего Сальваторе закатывает глаза и, сжав губы, все-таки идет за ней.       – Как ты можешь есть эту гадость? – спрашивает Деймон, когда догоняет девушку.       – А ты думаешь в ваших ресторанах еда куда лучше что ли? – усмехается девушка, после чего поворачивается к продавцу и протягивает ему две сотни.       – Шесть штук, пожалуйста.       – Там хотя бы стерильно, – бурчит Сальваторе, скрещивая руки на груди.       – Не смеши меня, – улыбается девушка, забирая у продавца пакет с вкуснопахнущими хот-догами.       Елена глубоко и аппетитно вдыхает, а Сальваторе закатывает глаза. Девушка глазами ищет, куда бы им с Деймоном присесть и замечает лавочку на автобусной остановке. Елена широко улыбается, когда кивает Деймону в сторону лавки и сразу же направляется туда.       – Серьезно? – восклицает Сальваторе, разводя руки, но понимая, что девушка не собирается тормозить, все же идет за ней.       Елена достигает автобусной остановки и забирается на лавочку, усаживаясь на ее спинку. Брюнет следует ее примеру и так же удобно устраивается на спинке скамейки. Парень подпирает щеку рукой, наблюдая, с каким аппетитом девушка поедает хот-доги.       – А говорила, что не голодна. А сама чуть язык не проглатываешь. Хоть прожевывай, – усмехается Сальваторе, но тут же чувствует, как у самого урчит живот. – А, хрен с ним, от одного, надеюсь, не отравлюсь если съем это.       Елена протягивает парню пакет с хот-догами и тот берет один, тут же откусывая. Удивляется, что эта штука такая вкусная и не замечает, как съедает первый и тут же лезет в пакет за вторым, отчего Елена смеется.       – Это от того, что я есть хочу, – оправдывается Деймон.       – Да-да, – улыбается девушка, – я тебе верю, Сальваторе, верю.       Ребята продолжают поглощать хот-доги, практически не разговаривая. Деймон видит, что Елена снова стала задумчивая – смотрит куда-то в сторону, наблюдает за мимо проходящими людьми, хоть и редкими. Сальваторе замечает кетчуп в уголке губ девушки и, не задумываясь, дотрагивается до нее пальцем, стирая красный соус, после чего облизывает палец.       – Спасибо, – смущенно произносит девушка, опуская взгляд.       – А могу я тебе задать личный вопрос? Если не захочешь, можешь не отвечать на него, – Деймон спрашивает аккуратно, понимая, что для нее это больная тема, но все же ему почему-то хочется побольше узнать о ее жизни.       – Задавай, – пожимает плечами девушка.       – Как ты попала в приют? – парень смотрит на Елену. – Твои родители живы?       Улыбка медленно сползает с лица девушки, и она дожевывает последний кусочек хот-дога, смотря куда-то в сторону. Парень замечает, что в ее глазах появляется какая-то обида и боль и он понимает, что для нее это больная тема, но он уже спросил. Он сам не понимает, зачем ему это нужно знать, и для чего, ведь его дело простое – он его уже давно задумал, так какого черта?       Он сам не знал ответа на этот вопрос.       Елена старается подольше жевать то, чего во рту уже не осталось. Обнимает себя руками, ведь не знает, как правильно ответить ему – она никогда ни с кем об этом не говорила. Даже не думала, ведь это больнее всего для нее.       – Прости, если я тебя причинил боль этим вопросом, – тихо произносит парень. Ему жутко захотелось обнять ее в этот момент, защитить от этой боли, от внешнего мира. Да вот только где-то там внутри он усмехается, ведь ирония в том, что единственный, от кого нужно защищать Елену, это он сам.       – Сколько я себя помню, я всегда была в приюте и родителей я не знала, – девушка шмыгает носом и Деймон видит, как ее глаза начинают блестеть от слез. – Когда я была маленькая, я ждала маму и папу, которые однажды за мной придут, как приходили за некоторыми ребятами, – слезы медленно катятся по ее щекам, и она даже не стесняется Деймона, ведь ей, кажется, это сейчас надо. – Плакала по ночам, просила и умоляла Бога, чтобы хоть на мгновенье увидеть родителей во сне, но даже в этом мне было отказано, – усмехается девушка, судорожно вытирая слезы. – Когда я начала подрастать, то стала понимать, что настоящие родители не приходят в приют, это чужие люди. Ты даже не представляешь, как легко разбить детское сердце, – выдыхает девушка, смотря перед собой в ночную мглу. – Тогда я и дала себе слово, что раз не нужна настоящим родителям, то и у приемных я жить не буду. Постоянно сбегала из приемных семей и начала воспитывать в себе другую Елену, которая способна выжить в этом мире. Убила в себе наивность, доверие и сняла розовые очки. Так я и попала в этот приют для трудных подростков.       Елена выдыхает, когда заканчивает свой рассказ и вытирает слезы, после чего смотрит куда-то пред собой, слушая тишину, нарушаемую лишь дыханием Деймона рядом и шумом проезжающих мимо машин. Сальваторе переваривает все это и даже не пытается что-то произнести – он не знает что. Он не знает, как на это реагировать и поэтому теряется, когда Елена задает вопрос самому гонщику:       – Деймон, – тихо произносит девушка, – а где твои родители? У тебя есть брат или сестра?       Сальваторе выдыхает, качая головой, и усмехается, понимая, что он тоже не любит эту тему.       – Отец умер, когда мне было одиннадцать. Я был в семье единственным ребенком. А мама…. Мама жила своей жизнью и не сильно интересовалась моей. Я был предоставлен гувернанткам и няням. Мать в живую, я видел только по праздникам или в день рождения. И то, не всегда. Чаще это были мимолетные разговоры по телефону или в Скайпе раз в неделю или две. Она что была, что не была – никогда ни в чем мне не отказывала, но мне это было не нужно, мне нужно было тепло, внимание и материнская любовь. А ей этого было достаточно – ей нужна была карьера и личная жизнь, чем она и занималась.       – Ну, все же, тебе грех жаловаться, Деймон, – усмехается девушка. – У приютских детей вообще ничего нет. Почувствовать материнское тепло, пусть раз в год, но им тоже необходимо, а этого у них не было, не говоря о материальном состоянии. Нам холодно и одиноко и хочется прижаться к теплым рукам мамы, почувствовать ее запах, услышать колыбельную ее голосом. Почувствовать какого это, когда тебя называют «доченька», когда говорят «дочка, все будет хорошо», когда мама успокаивает, гладя по голове, а ты лежишь у нее на коленках и плачешь о том, что кто-то из мальчиков тебя обидел. Так что, цени Сальваторе, что у тебя есть хотя бы такая мать, но она все же есть. Так, ладно, – девушка хлопает себя по коленям и спрыгивает с лавочки. – Поговорили по душам и хватит. Давай разрядим немного обстановку. Ты сиди тут, я скоро буду.       – Ты куда? – в недоумении спрашивает Деймон.       – Потерпи, скоро узнаешь. Только не уходи никуда и будь на этой лавочке. Пора повеселиться по моему, – подмигивает девушка и скрывается с поля зрения Сальваторе.       – Надеюсь никакого криминала не будет, – бурчит себе под нос Сальваторе, продолжая сидеть на лавочке, как и просила его Малолетка.       Деймон поглядывает на часы – прошло уже двадцать минут, а Елены все еще нет. В его голову закрадывается мысль о том, что она его тупо кинула. Сальваторе усмехается и уже собирается спрыгнуть с лавочки, как вдруг слышит вой сирены где-то вдалеке и этот ой становится все ближе и ближе. Парень вытягивает голову, чтобы посмотреть, откуда доносится этот шум, как из-за угла не бешеной скорости появляется спортивный Dodge и, скорее всего сигналы фараонов как раз для него. Гонщик не успевает моргнуть, как Dodge с визгом тормозит около него и Елена изнутри открывает дверь со стороны пассажирского сиденья.       – Ну же, садись быстрее! – кричит брюнетка. – Иначе я сейчас без тебя поеду дальше веселиться!       – Ты вообще охренела, Елена, – рычит Сальваторе, спрыгивая с лавочки, и подходит к машине. – Ты сумасшедшая, если думаешь, что я сяду с тобой в угнанную машину!       – Ну, – Елена оборачивается назад и видит, что фараоны уже появились в ее зоне видимости, – тогда до завтра – улыбается девушка и уже собирается закрывать дверь, как Деймон останавливает ее.       – Я тебя убью, – рычит Деймон, запрыгивая в машину и закрывая за собой дверь. – Гони! Гони, давай!       Елена жмет на педаль газа до упора, заливаясь смехом, и направляет машину навстречу приключениям, ведь вечер только начался.