Её темный мир

      После того как Джувия родила, прошло двенадцать часов. Откуда такая точность? Да потому, что «дорогой» и «любимый» друг Нацу считал каждый час, нет даже не так, он считал каждую минуту. После родов, у Джувии начались какие-то острые боли в животе, и врачи, выпроводив Грея и его друзей, стали шуметь инструментами в палате. Малышка стала плакать и успокоить её никто не мог. Медсестра была ещё неопытна, и поэтому она не знала, что делать. Темноволосый буквально разрывался: в палате его любимая жена сейчас страдает от неописуемой боли, его маленькая принцесса плачет навзрыд, все в растерянности.       Все это время Люси крепко держала нового знакомого за рукав футболки, и он четко чувствовал, как она дрожала и переживала. Но, поняв, что ребенок всё не успокаивается, светловолосая встала со стула, сделала пару шагов вперед и попросила медсестру дать ей ребенка. Та в свою очередь неодобрительно посмотрела на слепую Люси. Грей долго не думая, сказал медсестре отдать Лейлу подруге жены. Она аккуратно взяла кроху и, поддерживая головку, попросила девушку в халате провести её с ребенком в свою палату, ведь там будет тише и легче успокоить ребенка.       Драгнил стоял и смотрел вслед уходящей Люси. Когда Джувия держала ребенка, по глазам было видно, как она счастлива, что любовь, забота и счастье переполняли её. Но, когда Люси взяла ребенка, Нацу ничего не смог увидеть в её глазах, зато он почувствовал, почувствовал те же самые чувства, что и у Фулбастер, но это было как-то по-другому.       Грей стал нервничать еще больше, он метался туда-сюда, наматывая круги возле палаты, и даже когда он сел: начинал крутиться, перебирать пальцы на руках, потом снова вставал и заново начинал наматывать круги. И все это длилось еще три часа. Как же они долго тянулись, как резина, очень прочная и очень тягучая.       И вот, наконец-то, из палаты вышел уставший врач… — Ну что там, доктор? — Грей мгновенно подлетел к старику в белом халате. — Не волнуйтесь, все хорошо, были угрозы жизни, но все обошлось. Так что можете выдохнуть спокойно. Зайти к ней можно только на пару минут, сейчас ей нужен отдых. А уже завтра смело приходите проведать её, — успокоил темноволосого врач. — С-спасибо Вам, огромное, — Грей крепко пожал руку доктора, и с его глаз пролились две слезинки. После этого парень быстро зашел в палату, а Нацу стоял словно громом пораженный, ведь он никогда не видел своего друга таким. Розоволосый, оставив Грея наедине с Джувией, ушел по направлению, куда только что увели светловолосую.       Он тихо вошел в палату, Люси, похоже, не почувствовала, что кто-то находится рядом, очень уж была увлечена играми с маленькой Лейлой. Нацу остановился у входа и стал наблюдать за её действиями: девушка стояла возле окна и, аккуратно держа малышку, тихо укачивала, она уже не плакала, как когда её держала неопытная медсестра, а тихо посапывала на руках у опытной мамы. Нацу хотел только сказать Люси, что с её подругой всё хорошо и показать, что в палате она не одна, как услышал тихие всхлипы. Эти всхлипы принадлежали хрупкой блондинке. — Спи, Лейла, с мамой всё будет хорошо, — Люси поцеловала малышку в лоб.       Тогда Нацу увидел, что она начала немного мешкать, бедняжка: осталась одна. Ей нужно помочь положить ребенка в кроватку, но для начала ей нужно было зайти в другую комнату, которая кстати, находилась в конце этого коридора, но медсестра забыла, что она не видит, поэтому без замешательства оставила Люси одну. Из-за этого ему пришлось нарушить тишину. — Люси, — окликнул розоволосый. Она немного испугалась и стала вертеть головой в поисках «источника звука». — Нацу? Где ты? — она все ещё не понимала, где он находится. — Помоги мне, пожалуйста, — парень медленно подошел к ней, нежно прикоснулся к плечу, давая понять, что он рядом и тогда, Люси аккуратно передала ему ребенка. Когда Нацу брал малышку на руки, он невольно дотронулся до рук Люси, они были холодными. В какой-то момент ему захотелось спрятать её от этого холодного мира и согреть. — Я отнесу её, а ты подожди меня, — сказав это, розоволосый вышел и направился в палату, где сейчас расположились родители дочурки. Вернувшись через пару минут к Люси, он услышал уже привычные ему всхлипы. Парень понимал, что сейчас, этому прекрасному и хрупкому созданию труднее всего. Не осознавая того, он подошел к ней из-за спины и обнял. Девушка сразу же дернулась — испугалась, она не ожидала, что помимо неё в помещении кто-то еще находится. — Люси, это я. Не волнуйся, — Нацу не понимал, что сподвигло его на такой поступок, но ему очень захотелось хоть как-то поддерживать новую знакомую. — Нацу? — Люси удивилась и стала вытирать слезы, она, похоже, надеялась, что он ничего не увидел. —  Прости, но я увидел твои слезы, которые ты так тщетно пыталась скрыть, — не мог ей соврать. Он обнял её крепче и аккуратно начал гладить по золотым волосам — не хотел больше пугать её. — Люси, всё будет хорошо, — Нацу чувствовал себя ужасно, ведь кроме этих слов, розоволосый ничем не мог её поддержать, больше ничего не мог сказать. Ему оставалось только обнять её крепче и забрать всю боль, которая была когда-либо причинена этому солнцу. Через пару минут он услышал тихое сопение. Положив Люси на кровать, парень в  последний раз посмотрел на неё, и выйдя из палаты, направился к себе. Сегодня был очень тяжёлый день.