Соль не всегда приводит к ссорам

Ричард все чаще ловил себя на мысли, что возвращается домой теперь не только, чтобы побыть с сыном. Ника ему хотелось увидеть не меньше. Его скромная улыбка и легкая суетливость стала, казалось, такой же частью их квартиры, как и умильные мордахи Роба. Довольно взрослый, Ник был непривычно невинен во многих вопросах, ставя иногда Ричарда в тупик своими взглядами на некоторые вещи. Альфа не мог сказать, что у него «сносило крышу» при виде Ника, или что «сердце грозило выскочить из груди», но было в омеге что-то уютное и родное, что-то, что Ричард так долго искал… На прогулках в парке легко было притвориться обычной семьей. Ричарду нравилось смотреть, как Роб рыскает между деревьев, собирая начавшие облетать с них желтые и красные листы, а Ник, мягко улыбаясь, сплетает их в кособокий венок, который Ричард потом надевает ему на голову, наслаждаясь подрумянившимися щечками омеги. И Роб в такие моменты стоит, затаив дыхание, как будто старается поймать и сохранить свою заветную мечту. Поэтому, когда в один прекрасный день, вырвавшись с работы раньше обычного, он еще на подходе к квартире учуял запах омежьих феромонов, присущий течке, Ричард всерьез задумался, а в какой роли он хочет видеть Ника дальше? Запах был явно приглушен, но его аромат был притягательным. Каждый омега пах по-разному и тут, как и с духами, для каждого альфы были свои ароматы, которые подходили, а были и те, что отталкивали. Запах Ника казался идеальным. Тот лепетал что-то про Роба, упоминал имя их консьержа, и судорожно впихивал какие-то вещи в сумку. Ричард остановил его, добившись наконец прямого взгляда. Зрачки омеги были немного расширены, а на лице читались смущение и страх. - Я… я пойду? – почему-то спросил он, стараясь реже дышать, чтобы запах альфы, начавший усиливаться в ответ на его феромоны, не так быстро проникал в организм. - Останься… - тихо попросил альфа. Он все еще мог отпустить омегу. Другой вопрос, что Ричард делать это не хотел. Ник еще пару мгновений всматривался в лицо альфы, пытаясь прочесть там что-то, одному ему известное. Но в конце концов он сдался, медленно опуская на пол свою сумку и уже выжидающе глядя на Ричарда. И альфа отпустил себя. Он целовал, стараясь сдерживаться, чтобы не испугать, а доставить удовольствие. Длинные страстные поцелуи, на которые омега поначалу отвечал робко и неумело, сводя Ричарда с ума своей невинностью. Трудно сказать, сколько времени они провели, изучая тела друг друга, доходя вместе до вершин наслаждения и еще чуточку дальше. Минуты казались маленькими вечностями, а реальное время проносилось мимо них, не затрагивая, не нарушая их маленький мир, в котором на какое-то время существовали только они вдвоем. Реальность встретила их ярким солнцем за окном и пустыми желудками, требовавшими срочно восполнить потраченные калории. Ричард смеялся, как ребенок, хватая пытавшегося подняться Ника и затаскивая его обратно в постель для очередной порции нежных поцелуев, а омега ворчал, стараясь вырваться из плена. Впрочем, его с головой выдавала счастливая улыбка, прописавшаяся на лице и не собиравшаяся съезжать оттуда в ближайшее время. Уже потом, в ванной, Ник увидел что-то красное на шее и, исхитрившись вывернуться, чтобы получше рассмотреть себя, понял, что это метка. Ричард молча подошел и обнял его со спины, глядя в глаза отражению омеги. - Заберем Роба, и пойдем выбирать тебе кольцо, - он с удовольствием зарылся в лохматую макушку омеги. - Мог бы и спросить для проформы, - голос Ника был сдавленным и хриплым из-за нахлынувших на него эмоций. - Нет уж, отпускать тебя я никуда не собираюсь. Смирись, оба альфы семейства Уорлтонов выбрали тебя. И ты никуда не денешься. Ник не смог сдержать смешка. Может в устах кого-то другого такие слова и показались бы грубыми или неправильными, но сказанные Ричардом, они вызывали только чувство глубокого удовлетворения. Омега наконец нашел свое счастье, свою ячейку в обществе. И он тоже не собирался отпускать от себя своих мужчин. Настроения добавил Роб, который, переступив порог квартиры, первым делом пристально посмотрел на живот Ника и поинтересовался, завелся ли уже внутри его братик, или нет. Конечно, потом пришлось пережить еще немало мелких препятствий на пути к долгожданному счастью. И главное из них – родители Ричарда. Его папа пришел в ужас, не сдержавшись и прямо заявив, что сын его, по-видимому, сошел с ума, раз совершает очередной необдуманный поступок. Но и ему пришлось смириться, особенно когда Роб устроил забастовку, несколько недель отказываясь разговаривать с дедушкой и вынудив омегу скрепя сердце подписать мирный договор. Этому поспособствовал также растущий как на дрожжах живот Ника, явно говоривший, что семью Уорлтонов вскоре ожидает немалое пополнение. А Ричард потом в интервью на вопрос о знакомстве со своим мужем так и отвечал: «Это все мой прозорливый сын. Он пошел в магазин за солью, а принес в наш дом счастье».