Немая

Открытая площадка при ресторане Громовержцев сейчас изобиловала шумными детскими криками, перемешанными смехом и возмущенными возгласами. А всё потому, что близнецы Фулбастеры опять донимали мою старшую дочурку. Вообще, эта троица неразлучна с самого рождения. Ровно шесть лет назад, в этот самый день, Джувия родила двоих замечательных мальчиков. Грей был неимоверно горд собой и всячески хвалился, но Нацу тоже вспыльчиво выпячивал грудь и обещал не уступить Ледышке, однако был посрамлён тем же Фулбастером, когда вскоре на свет появилась наша красавица. Муж, конечно, души не чаял в дочурке, но сделать пацана — было долгом чести. Невозможно передать радость на лице Нацу, когда показывая на экран монитора, врач УЗИ сообщил о том, что второй раз под сердцем я носила — мальчика. — Понял? — показывал супруг на фото УЗИ Грею и тыкал в нечёткое пятно на снимке. — Видишь, у нас тоже пацан будет! Ага, мальчик родился девочкой. Наша вторая дочка оказалась очень стеснительной, и потому на «фотосессии» прикрылась пуповиной. Что было в голове Нацу, я не знаю, но муж клятвенно пообещал-таки родить сына. Моё заявление, что в семье Хартфилия рождаются только девочки, Нацу полностью проигнорировал: «А в семье Драгнилов — только мальчики. Посмотрим, чья возьмёт!» Ну и что на это возразить? Пришлось отдуваться, вернее — надуваться в третий раз шариком. Но на этот раз никакого УЗИ! Ха, разве неизвестность кого останавливала? Как бы ни так: друзья затеяли тотализатор на тему будущего ребёнка. Ставками были ящики пива, шампанского и бочка отменного вина. Я даже слышать про это не хотела, а им весело! Гажил, как всегда, угорал над этим спором и не упускал случая подколоть Саламандра, подкидывая на руках своего сорванца. И всё же мы смогли! Правда, мальчик достался мне с трудом. Ну, в смысле, роды трудные были. Зато радости не было предела, а то уж думала, что дома гарем собирать придётся. Шучу. Совсем свежи воспоминания, как меня отругали в роддоме за мужа, что устроил целый фейерверк по такому случаю — ну, Нацу в своём репертуаре! Я посмотрела в коляску на новорожденного. Сын родился крупным, на целых четыре с половиной килограмма супротив миниатюрных сестричек — настоящий богатырь! Почти вся одёжка, что была передана в палату, не подошла. Это ж надо, чепчик, который девочки носили в полгода, в первый же день оказался мал! Сбоку послышались очередные крики, но малыш даже не пошевелился — привык. Когда-то над первой дочкой мы буквально дышали, стараясь оградить от малейшего шума, а теперь девчонки дома заезды устраивали на самокатах, иногда врезаясь в кроватку, и ничего. — Холод ледяного мороженого! — Дыхание горячего чая! — Журчание лимонада! Гурьба ребятишек носилась через огороженные мостики над открытыми аквариумами с крупными рыбами — это Лисанна постаралась. Подруга устроилась к нам в ресторан и вполне прилично поменяла дизайн, и что самое удивительное: Эвергрин его одобрила! Теперь завсегдатаями стали и дети. Им ведь интересно полакомиться мороженым и одновременно посмотреть на разноцветных птичек и лемура. — Вкус клубничных тортиков! — Звук чайных ложек! — Танец маминых ножей! Вся беготня сопровождалась озвученными предметами, и я с ужасом посмотрела на размахивающего ножами Зигрейна. Приглядевшись, я поняла, что они игрушечные. В-фух, прям от сердца отлегло! — Рычание папиного двигателя! — вот откуда у младшего Редфокса автоматическая точилка для карандашей?! Боюсь даже подумать, что у него ещё «в рукаве запрятано». — Розовой коробочки откройся крышка! — о, это уже моя горланила заклинание. — Веское слово: «хлопушка»! — ну, вот и ответ в виде рассыпанного конфетти. Боковым зрением я заметила подошедшую Кану с приёмной дочерью на руках, что присела рядом. Как и мечтали, мы открыли приют для малолетних матерей, оказавшихся в сложной ситуации, и назвали его «Радость моя». Сколько девочек прошло через наши руки, скольким мы помогли — не сосчитать. Хотя нет, мы всё также продолжаем следить за их судьбой и поддерживаем связь. К сожалению, не у всех из них складывается потом хорошая жизнь, тем не менее, мы рады, что хотя бы в самый трудный момент были рядом. К слову сказать, я там особую роль не играю — моё участие ограничилось собственным спонсированием и поиском других благотворителей. Всю основную заботу о малолетних матерях взяли на себя Кана — она вела их беременность и принимала роды, и Леви — на ней вся хозяйственная часть. А потому с малых лет брала и своего ребёнка на работу — и делом занята, и свой на глазах! — Ну, что тут у вас происходит? — Кана устроилась поудобней и откинулась на спинку стула. — Дети решили воплотить в жизнь свои фантазии. Говорила же, что рано им смотреть такие мультики — вот и результат! Подруга хихикнула на мою реплику, очистила яблоко и подала его дочке. — А вы, куда так резко испарились? — Писать ходили. — И как? — Успешно, — довольно ухмыльнулась Кана. Она совсем недавно начала приучать свою дочь к горшку. Где-то совсем рядом послышался довольный визг и шуршание, и Кана, наигранно закатив глаза и всплеснув руками, вздохнула: — Ну, ты глянь, твой опять за своё! И, правда. Младшенькая заливисто смеялась на плечах папы, хватаясь за неизменные лохмы, в то время как более старшие дети восторгались огненному факелу, вылетающему из уст мистера Драгнила. Нацу в совершенстве научился этому приёму и при случае каждый раз радовал ребятишек. Однако не только папа проявлял свою любовь к огню — эта мелочь пузатая потянулась к «пасти дракона» и, не удержавшись, свалилась с плеч прямо на вовремя подставленные руки отца. Ну и отгребла по заднице тут же. Ладно, хоть не расплакалась — за дело ведь! Вот гляжу на своих детей, и каждый раз удивляюсь — один папа, одна мама, а характер у девочек разный! Со старшей дочерью проблем совсем не было: спала по часам, кушала по часам и даже оправлялась с точной периодичностью. В общем, «чудо», а не дитя! А вот с младшей дочкой пришлось повозиться — ребёнок от рождения был не режимный и вертлявый. Пока была младенцем, я вообще ничего не успевала делать, о разбросанных позже по всей квартире игрушках мозоль на языке заработала, и ещё: с недавних пор фишка у неё такая — раскладывать по тапкам кубики! Но непоседливый характер решили утихомиривать мирным способом, а именно — «помогать маме»! И если старшая была во всём похожа на меня и послушно выполняла поручения родителей, то младшая чаще проявляла инициативу. Совсем недавно захожу в зал и теряю дар речи — весь пол усыпан землёй. Ну, что поделать, доченька решила цветочек посадить. Ладно, простили, объяснили, что да как. Малышка уяснила, но шило в заднице скворчит, и в ход пошли листики — обкорнала мой любимый фикус наполовину. Пожурила, и, на тебе, — на следующий день всё повторилось, да при этом ещё хитрый взгляд и невинная улыбка. Ух, проказница! Так что строгая фраза «в угол» нам знакома. Хорошо, что подобных шалостей мало, а с другой стороны, мы, что ли такими не были? В общем, всякое бывает, но радует то, что обе дочки добрые и дружные. Что будет с третьим, не знаем, но, надеемся, справимся! Я отвлеклась от своих воспоминаний и глянула на подругу. Вид выступивших капелек пота на лбу и бледность лица заставили меня насторожиться: — Что с тобой, ты не в порядке? — Всё хорошо, не обращай внимания. — Как это не обращай, — я засуетилась и помахала на неё веером. — Тебе нужно к врачу, вдруг анемия?! — Да нет, точно всё хорошо. Я сама врач, или забыла? — Ничего я не забыла, но ты ведь гинеколог. — Вот именно. Поэтому и говорю — всё у меня нормально, — Кана отвела взгляд и посмотрела на дочку. Ох, зря! Только не надо мне тут секретов устраивать! Я как клещ вцепилась в Кану: — Посмотри-ка мне в глаза, ты что, беременна? — Люси, там твои девочки носятся, того гляди, лоб расшибут! — Не расшибут, с ними Нацу, а отец он хороший. И не переводи мне тут тему, быстро признавайся! Ух, какая я решительная! Видимо мой вид был о-очень красноречив, и Кана, смущённо улыбаясь, едва заметно кивнула. — А-аа! — чуть ли не завизжала я и бросилась обнимать её. — Я так рада, так рада! — Да тише ты, задушишь, — проблеяла Кана, отцепляя меня. — И, пожалуйста, никому не говори пока. — Хорошо, хорошо, — прошептала я, сжав от умиления кулачки. — А что Лаксас? — Пока не знает, сама понимаешь, сколько мы пробовали. Не хочу заранее обнадёживать. Да, в этом она права. И всё же повод обрадоваться действительно весомый. Столько лет девушка лечилась и не сдавалась, но всё тщетно было. И вот он — подарок небес! Думаю, Лаксас заслужил это не меньше Каны. Тогда, после злополучного срыва в алкоголь, как рассказала мне позже сама Альберона, Дреяр увёз её к себе домой. Вообще, в этом была и моя доля вины — по случайности, я прихватила выпавшие ключи от квартиры. Кана проснулась в тот самый момент, когда Лаксас искал те самые ключи. Не особо разобравшись, девушка принялась драться, вопить, что её насилуют, и звать полицию. Бедному Дреяру не оставалось ничего другого, кроме как скрутить буйную девушку. Вроде бы всё получилось с его сноровкой, но рот-то не заткнёшь! А вот и нет, заткнул. Поцелуем. И, видимо, именно тогда и влюбился, как поделился со мной муж (мужики на эту тему тоже треплются). Впрочем, Альберона понравилась ему ещё на нашей свадьбе, но после они не пересекались. А тут такая удача! В результате буйная алкоголичка была доставлена в холостяцкую обитель — ну не тащить же её ко мне обратно через весь город ночью? На следующий день подруга с заиканием поведала мне о своих «глюках» с похмелья в виде здорового полуголого мужика в чужой квартире. Ну, да, я тоже бы очень испугалась. Около года Лаксас обхаживал непреклонную Кану, но девушка стойко держала оборону. Его не отпугнули ни её пристрасть к алкоголю, ни бесплодность. Дреяр даже предлагал усыновить ребёнка, но Альберона отказывалась. Всё решил случай. Лаксас и Кана возвращались от Макарова, когда заметили улетевший в кювет автомобиль. Единственной жертвой оказалась молодая женщина-водитель. Супруги одними из первых бросились на выручку и вытащили пострадавшую из покорёженного автомобиля. Хуже всего было то, что женщина оказалась на последнем сроке беременности. Что заставило её сесть за руль в таком состоянии, не понятно. Тем не менее, стресс спровоцировал срочные роды. Однако, что-то пошло не так, и Кане пришлось экстренно делать кесарево сечение. Так, ещё до приезда медиков, на свет появилась малышка. Потом подъехали полиция, карета скорой помощи, и женщину с новорожденной увезли. Супруги Дреяры немного погодя решили навестить пострадавшую, но оказалось, женщина всё же скончалась. Родственников у умершей не оказалось, и ребёнка определили в Дом малютки. Повинуясь неведомому чувству, Лаксас и Кана поехали туда. Вот только уехать одни не смогли. Чуть ли не закатив истерику, подруга умоляла оставить ей ребёнка. Переговорив с главврачом, Дреяр решил все проблемы, и вскоре супруги оформили документы об удочерении. — О чём шепчетесь, девочки? — из-за спины появился начальник Нацу, забирая дочку к себе на руки. — Да вот, обсуждаем, кто следующий родится у Драгнилов, — Кана быстренько разложила пасьянс на столе. Ну, куда ж картёжнице без карт? — Серьёзно? — мужчина с удивлением посмотрел на меня. — Конечно, — поддержала я выдумку с полной серьёзностью. — Надо же сыну с кем-то в машинки играть? — Да ну? Пойду, поделюсь с Головешкой этой идеей! — мужчина покинул нас, а я схватилась за голову. — Слышь, ты, подруга! — буквально прошипела я, хмуро сводя брови. — Решила стрелки перевести?! — Ах-ха-ха, — заливалась смехом Дреяр. — Но ты тоже хороша. Ладно, я ляпнула, но ты ведь поддержала! И вновь ха-ха. Весело ей. А с Нацу станется, уж я-то знаю! Ладно, как-нибудь отобьёмся. Надеюсь. Нет, обязательно, иначе мой отец за голову схватится. Да, мой родитель нашёлся, точнее его разыскал Нацу, втихаря от меня.

***

Незнакомый человек без явных признаков жизни был обнаружен местными охотниками очень далеко от Эвриала. Мужчины погрузили его в телегу и отвезли в закрытое поселение. Почти отрезанные от внешнего мира эти люди жили в своём миросознании, не желая вступать в контакт с цивилизацией. Тем не менее, они оказались не безразличными к чужой беде и помогли несчастному. Несколько месяцев чужак лежал, прикованный к постели, совершенно не помня своего имени. Однако, местный знахарь смог поднять на ноги, казалось бы, безнадёжного. Постепенно силы восстанавливались, и через год новый житель свободно ходил с помощью палочки. Но это мелочи — главное руки-ноги целы, а голова… Память возвращалась постепенно, маленькими отрывками, но ничего существенного, пока однажды Джудо Хартфилий не стал разжигать огонь. Чисто случайно на его глаза попалась старая газета, где на фотографии он увидел молодую девушку — Люси Гир — такую знакомую и не знакомую. Дни и ночи он всматривался в это лицо, мучаясь сомнениями. Неуловимой нитью стали смешиваться образы, когда послышалась детская мелодия на свирели возвращающегося пастушка. Всё чётче и чётче. И словно молния пронзила мужчину — это его дочь! Мужчина достал из кармана уже потрёпанные страницы и заново перечитал статью, в которой сообщалось, что супруга известно бизнесмена умерла от лейкемии. Бред, такого просто не может быть! Джудо плакал, проклиная свою память, что вернулась и принесла такое горе. Смысла возвращаться в родной город не было, и Хартфилий остался жить со своими спасителями, пока в их деревню не наведался незнакомый парень, представившийся мужем Люси. Джудо в очередной раз был потрясён, глядя на дочку, что была жива-живёхонька. Отцовские чувства взыграли, и Хартфилий захотел немедленно увидеть свою плоть. Сердечно отблагодарив спасителей и, как говорится, отвесив низкий поклон, тесть и зять покинули отшельников.

***

Вернувшись домой после праздника, я кормила грудью сына, усевшись в удобное кресло, а Нацу пошёл укладывать дочек спать. Впрочем, это не составит никакого труда — наевшись и набегавшись, они уснут в один момент. Папа смотрел телевизор, положив ноги на развалившегося на полу Хеппи. Вполне мирный вечер нарушил телефонный звонок — наверняка опять Нацу по работе звонят. Муж пока не вышел, трубку снял папа: — Это из Эвриала, что-то насчёт Ариес. Нацу, — тихо, но убедительно он позвал зятя. Ариес частенько звонила нам после того, как после школы поступила в Эвриальский университет на художественное отделение. А всё почему? Потому, что там был Локи. Тогда на нашей свадьбе сложилось много пар, и они не исключение. Родители отпустили дочь с условием, что жить та будет у Зерефа с Мавис, да девушка и не была против. — Да, — с каждой следующей секундой лицо мужа мрачнело, жевалки ходили ходуном, глаза разгорались яростным огнем, что не предвещало ничего хорошего. — Хорошо, я выезжаю. Немедленно, — закончил Нацу твёрдым, но в тоже время напуганным, голосом, а затем быстро ушёл в нашу комнату и появился уже с дорожной сумкой. — Что-то случилось? — его волнение передалось и мне. — Да. Ариес пропала.