Alienum

POV Инесса Звук копыт и порывистый холодный ветер полностью отрезвил меня. Мои руки безжизненно свисали, так же, как и голова. Ноги жутко отекли, и хотелось немедленно пройтись, но, боюсь, это невозможно. Моя туша была прямиком на кентавре. Какого черта тут происходит? Что это за нечисть? Я сплю, я просто сплю. Пока мы шли, а точнее, я висела, боялась даже подать признаки жизни. Сейчас было время осмотреться, что лучше не делала. Везде мрак, густой туман, заполняющий водоемы и болота, делая их смертельно-опасной ловушкой. Это был лес, густой, заросший гниющими деревьями, тут не было солнечных лучей. Ветви заволокли небо так, что это напоминало клетку. Запах сырости и тухлятины был повсюду. Постоянно слышались какие-то шорохи и шипение, от чего было не лучше. Все тело озябло и дрожит как осиновый лист. Когда мои спутники стали подходить к жутким воротам, сделанные из костей и черепов бог знает кого. Тут появились тени, и послышался треск древесины, наверное, костер. Он бы не помешал сейчас хоть чуточку согреться. Но мои планы никто не хотел даже знать, и как только мы туда пришли, это чудовище сняло меня за шкирку моей порванной блузы, придерживая и заставляя стоять рядом с собой. Наверное, это их племя или клан. — Кого вы привели сюда? — закричал кентавр. Его тело было все разрисовано, на голове очень много костей и перьев, а черные волосы слиплись и струились с его головы, как змеи. Жуткое зрелище. Он выглядел намного старше, чем все остальные. Должно быть, это вожак. — Вы понимаете, что кровью пахло уже до того, как вы принесли это, — его голос был явно не из приятных, а взгляд просто убивал. Он подошел ближе ко мне, более детально рассматривая мое тело и лицо. Взяв своими мощными синими руками, разукрашенными в разные символы, мою окровавленную ручонку, было настолько больно, что визг трудно сдержать в себе. — Мы нашли это возле реки смерти! И оно выжило. Чужая особь женского пола, неизвестной нам расы. Мы хотели узнать у вас, Акрол, что с ней делать, — непроницаемым взглядом проговорил воин, достойно смотря в глаза вождя. Честно говоря, его слова удивили меня, даже шокировали. И что они собираются делать со мной? Зажарят на костре и съедят? Думаю, подавятся, пока я жива надо сохранить энергию и силы, а там думать, что делать дальше. Вождь потащил меня к костру, усаживая спиной к нему. Он решил быть гостеприимным или поужинать? Став разглядывать мое лицо, перебирая локоны, которые выглядели на данный момент не лучше их волос. Осмотрел окровавленную руку, которая жутко болела, но прошло довольно времени, чтобы кровь перестала течь. Новое кольцо блеснуло в темно-бордовом оттенке, от чего ослепила Акрола. Тот взвыл и одной рукой заставил моё тело отлететь в дерево. Жуткая боль прошлась в районе шее, надеюсь, она не сломана. Все племя взбудоражилась от такого действия, звук копыт отдавался эхом в ушах, рассеиваясь в голове. — Ты! — взвыл он. Из глаз стала течь темная жидкость, похожая на кровь, с едким запахом. Быстро подойдя ко мне, вождь чуть ли не выдернул мне палец вместе с кольцом. Украшение отлетело к костру. — Leuipenderes! Et ibi morieris ad auroram. Mittam in lacum. Я ничего не могла разобрать, его голос стал еще противнее, и кровь стекала по лицу, оставляя кровавые дорожки. Подхватив все также за воротник, как котенка, воин грубо скинул меня в яму и закрыл прутьями единственный выход. Сердце отплясывало сальсу, глаза все еще не привыкли к такой темноте. В земляной яме, было в два раза холоднее, нежели наверху. Увидев в темноте фигуру, мое самосохранение сработало отлично, и я пронзительно закричала. Что за демон там? Существо медленно подошло ко мне и прикрыло рот рукой, смотря прямо на меня в упор. Его глаза были холодные, руки грубые и в мозолях. Что-то другое увидеть не удалось из-за темноты и страха, который подступал к горлу с неприятной и знакомой щелочью. Наверху кто-то разговаривал на своем же языке. Почему теперь я не понимаю их? Не знаю, сколько времени прошло, но все тело онемело от холода, руки перестали слушаться, пальцы почти не сгибались. Через еще несколько минут незнакомец поднялся и стал смотреть, что происходит снаружи. Он как будто чего-то ждал. И в следующее мгновение послышался топот копыт и ржание лошадей. А затем голоса, снова ничего не понятно. Еле как поднявшись с сырой земли, мне захотелось тоже посмотреть, что же там происходит. Но фортуна была явно не на моей стороне. Яма была настолько глубокой, что мой рост не позволял, увидеть картину происходящую снаружи. Пришлось положиться только на слух. Сначала было тихо, затем голоса приятнее, чем у этих чудовищ. Постепенно диалог перешел в крики и звук ударяющегося металла друг об друга. Все происходило так быстро. Крики, это все, что было слышно. Решетка резко распахнулась, огромные лапы вытащили сначала незнакомца, а затем и меня. Ужасная картина представилась передо мной во всей красе. К моему горлу подставили нож, тоже самое с делали и с другим пленником. — Ego viros et interficiemus eos! Ego viros et interficiemus eos! — завопил кентавр, останавливая резню, все обернулись на него и его друга. Там были люди! О боги, спасибо! — Satis erit populum nostrum. Alterum occidat, – напряженно произнес мужчина, всматриваясь в незнакомца. Он был весь экипирован, маска закрывала его лицо. Из-за оружия и темной плотной ткани, мужчина выглядел поистине мужественно и велико. Кентавр зарычал и стал надавливать ножом по моему горлу. — Exspecta, quod dabo tibi, – безразлично произнес мужчина, подходя к этому существу. Но он обманул его. Человек снова что-то крикнул, и бой возобновился с новой силой. Кентавр не ожидал такого, сдавливая мою шею. Молодой человек, моментально среагировав, вонзил меч в районе сердца. Туша медленно упала, а я осела на землю, дрожа. Что это было? Пока незнакомцы что-то друг у друга узнавали, вспомнив про свое кольцо, я быстро оглянусь возле костра. Оно поблескивало, если приглядеться. Мой разум кричал забрать это украшение, любой ценной. Сердце говорило просто бежать, забыть про все и бежать со всех сил. Тело медленно поползло в сторону огня, среди сражающихся воинов. Копыта чуть не убили меня, когда проходила мимо брыкающегося кентавра, кричащего, наверное, брань или еще что-то в этом роде. Кто-то схватил меня за ногу, обернувшись, я увидела того мужчину, он потянул меня к себе, пытаясь перекинуть через плечо. Пытаясь выбраться из его рук, которые, как лоза, сковывали мое движение. Оперившись ногой в его живот, я со всей силой оттолкнулась и упала на землю. Доползти на коленях было куда быстрее, нежели лежа. Увидев свое кольцо, я быстро схватила его, прежде, чем меня подняли за ворот и перекинули через плечо. В этот момент один из кентавров напал на незнакомца, но тот, резко увернувшись, ударил тыльной стороной меча, оглушая врага, а затем и вовсе снес голову. Меня грубо встряхнули, перед тем, как поняла, что кричала. — Conpleueritis armavit. Abiero, velox! — Закричал мужчина, как будто он зазывает всех на какое-то представление. Весело, с ухмылкой, хоть я ее и не видела. Люди стали отступать, подходя к своим лошадям. Мои возражения не принимались даже, закинули, как вещь, и я снова повисла. Наша сказка хороша, начинай сначала. Лошади неслись как угорелые, меня постоянно кто-то держал, хоть и слабо. Поэтому приходилось одной свободной рукой держаться за подпругу, чтобы не улететь. Вскоре, когда мы покинули лес, вид на холмах и равнины заставили меня открыть рот от восхищения. Такую красоту можно было увидеть только на плантациях во Франции. Все возвышенности были усеяны травами, цвет которых просто поражал. Наверное, это что-то вроде лечебных трав, или же какие-то зерновые культуры. Я совсем ничего тут не знаю. Я даже понять не могу, где я. Мысли разлетелись в клочки, когда грубо встряхнули за больное плечо. — Tu quis es? Et quam tum fuit? — начал он. Это звучит красиво, но явно обозначает что-то грубое. Скорее всего. — Я вас не понимаю, — смотря в упор на него. Только сейчас я поняла, что на нем капюшон, скрывающий макушку, а из маски, видны только глаза. Темные, очень темные. Не разобрать, какой даже цвет, но можно предположить, что карий. Его одеяния были сделаны из черной кожи, напоминавшую кожу змеи, но выглядит она поистине плотной и защищенной. На груди красовался красный камень, а на маске был символ в виде двух дуг, пересекающихся на переносице носа. Плащ был соткан изо льна, грубый, но теплый. Его темно-бордовый цвет прекрасно сочетался с тем камнем, тот, кто создавал этот шедевр, должен собой гордиться. Он устало вздохнул и обратился уже к человеку идущего на лошади позади него: — Quid agam it? Linguam nescit. — Sell aliquis. Licet sit sane illepidum neque gutturi meo, — засмеялся товарищ, рассматривая меня. О чем они говорят? Это начинало раздражать. Вспомнив о кольце, которое было в руке. Я одела его на палец, удовлетворено любуясь. Оно все еще было в засохшей крови, но его легко было очистить пальцами. — Ну, она просто грязная, не упускай это из виду. Потом можешь пожалеть, — хохотнул незнакомец, который ехал впереди всех. Его шрам на лице немного пугал и был он намного крупнее других. Все засмеялись, а я осталась в шоке. То есть, одев кольцо, я могу понять, о чем они говорят. И что, они обсуждали все это время, насколько я грязная? Замечательно, от самих пахнет потом и сажей. Поразительно. — Как же я устала, — это были явно мысли вслух, от чего все повернулись в мою сторону. — Смотрите-ка, заговорила! — удивленно произнес мужчина, который вез меня. — Как тебя звать, и откуда ты? — Всем было интересно, от чего это я вдруг заговорила, тем более они меня понимали! — Я Инесса, и у меня жутко болит тело, дай мне сесть нормально! — возмутилась я, ожидая реакцию, которая была другой, чем хотелось бы. Его брови сдвинулись возле переносицы, а глаза сверкнули недобро. — Не приказывай мне. Еще раз услышу твой голос без разрешения, отрублю язык. Говори только тогда, когда тебя спросят, уяснила? — грубо ответил он. Лошадь фыркнула и ускорила шаг. Потом другие особи сделали то же самое. — Похоже, рядом оборотни, быстрее шевелитесь! — прокричал всему отряду тот самый мужчина со шрамом, что шел впереди всех. Вскоре, когда зашло солнце, мы прибыли в какой-то город. Точнее, это была крепость, ров окружал ее, и добраться можно было только через мост. Внутри было много грязи, и пахло тухлой рыбой и еще чем-то, от чего мое лицо непроизвольно скривилось в отвращении. Мы шли по самой широкой дороге, наверное, это центральная улица, если это можно назвать так. Такое было в Нью-Йорке, да во всех крупных мегаполисах. В центре этого необычного городка, где люди не столь радушны и дружелюбны, стояло каменное строение. Оно величаво смотрелось среди простых двухэтажных домов, плотно прижатых друг к другу. Пройдя сквозь еще одни массивные ворота, мы попали в милый внутренний дворик, сделанный в английском стиле. Здесь было очень чисто, пахло цветами и свежей травой. За садом явно следили. Спустившись с лошадей, люди стали потягиваться и разминать мышцы после долгой поездки. Меня же чуть не уронили на землю, хотя, это мало кого волновало. Мое тело ныло и просилось прилечь прямо тут, чтобы отдохнуть, но вместо прекрасного сна, меня потащили вовнутрь. Все прислуги и вся стража приветствовала этих незнакомцев. Подойдя к большой двери, за ней оказался большой зал, украшенный витражом и золотом. Глаза все бегали и бегали по помещению и постоянно застывали на чем-нибудь блестящим и красивом. — Кто это с вами? — произнес мужчина, сидевший за троном. Рядом с ним была девушка, красиво одета, очень много украшений, и, конечно же, ее коже можно было позавидовать любой современной девушке. — Милорд, простите. Мы не могли ее там оставить. Это чужая, - преклонился тот мужчина, который высвободил меня из ямы. Он снял маску и капюшон. Его примеру последовали все. Его копна черных волос показалась моему взору. Он был крупным и на вид очень здоровым человеком. А человек ли он? Его острые скулы, бледность лица, черные ресницы, карие глаза. Все в нем завораживало, делала его таинственным, скрытным. — Она была вместе с Фридрихом в логове. Лицо милорда стало мрачнее, морщинки возле глаз виднелись все больше и больше. Его лоб и вовсе они рассекли. — Она человек? Она понимает нас? — черноволосый кивнул ему в ответ. — Такого не было очень уж давно. Мне это рассказывал… хм, да, в общем-то, неважно. — Его голос был очень напряжен, а глаза то и дело бегали от меня до мраморного пола в зале. Он потер свой подбородок и что-то раздумывал. — Хорошо, пусть останется, мне нужны ответы на некоторые вопросы, — грубо произнес мужчина. — Но мне нужно точно знать, что она не убежит и не убьет себя. Поэтому, Джейс, позаботься о ней, если тебе, конечно, … — Его ответ оборвался, и губы чуть растянулись в довольной улыбке. — Нет, сер, мне несложно. Я позабочусь о чужой, — сухо проговорил он, кланяясь, и с достоинством посмотрел ему в глаза. Мне показалось, или все остальные облегченно вздохнули? Что-то все это мне не нравится. Да ну, Инесса, это не было хорошей идеей с самого начала, тупица! Зато узнала, как зовут моего «спасителя», если, конечно, язык повернется так назвать его. Джейс резко выпрямился и с безразличием взял меня за локоть, и мы пошли тем же путем, что и пришли сюда. Всю дорогу до сада мы молчали, было слышно только стук его обуви. На улице воздух был наполнен свежестью и легкостью. Вздохнув по глубже, у меня закружилась голова, как от сигарет. Приятное забвение прервало его касание к моей щеки. — Ты еще тут? — по-хозяйски водил своей рукой, по моему лицу, то и дело спускаясь к шее, а затем, как будто так и должно быть, возвращался обратно на щеку. Его ухмылка была мерзкой для меня, но одновременно она несла второй смысл, а вот какой, я не знаю. Луна уже взошла. Её тень, как хищник в ночи, отдалялась от меня, то и дело скрываясь во тьме и снова появлялась настолько внезапно, что хотелось только и делать, что смотреть, как её походка выглядела грациозно и одновременно сдержанно. Мне пришлось ускориться, чтобы нагнать его. Хотя, все тело сопротивлялось и кричало мне рухнуть здесь от усталости. — Что ты собираешься со мной делать? — вырвалось у меня, и я тут же дала себе подзатыльник, вспоминая о его угрозе. — Собираюсь приковать тебя к стене и заставить работать до смерти, — довольно улыбнулся он, когда заметил, что я съежилась. — Да не бойся, я шучу. Но в каждой шутке есть доля правды, чужая. Он снова по-хозяйски запрокинул меня на лошадь, только уже помогая сесть, как полагается, а затем сам с легкостью запрыгнул. Я чувствую, как мой разум не может бороться с сонливостью, и мои глаза буквально слипались. Помню только, что положила свой подбородок на его плечо и уткнулась носом в горячую шею, от чего сразу стало тепло и хорошо. Как будто дома. Это же ведь страшный сон, должно быть, не надо было нюхать траву в доме Терезы.