Regeneration

Лекси

      Это был «Инопланетянин». Как я это поняла? Почувствовала, наверное. Не знаю. Может, и не он, но тогда зачем таскать эти железки? Именно в них он видел какой-то особенный смысл. Ага, смысл - какая-то ненормальная огрела его ломом! На следующий день я не выходила на улицу, но страх поутих. Не думаю, что это существо хотело меня убить, скорее узнать. Иногда, выглядывая в щель, я могла разглядеть сгорбленную фигуру, мелькающую между деревьев на вершине каньона. Он не спал, был постоянно в движении, но вниз не спускался.       Сидеть в четырех стенах мне вскоре надоело, я перелистала все книги и журналы, но на месте не сиделось. Каждые минут десять я вскакивала на ноги и наблюдала за вершиной каньона в щель. Стемнело быстро, я осознала, что страшно голодна и принялась за скромную трапезу, попутно растопив огонь в печке посильнее. Усевшись на горе одеял и скрестив ноги, я медленно стала черпать ложкой из жестяной банки. О вкусе я старалась не думать. Да и вообще старалась не думать; стоило бы мне тронуть всю ту гору, куда я загнала самые болезненные темы, как отчаяние волной затопило бы меня. И что дальше? Сколько я смогу продержаться, качаясь из стороны в сторону и заливая слезами все вокруг?       Покончив с едой, я поставила жестянку на стол и оценивающе окинула взглядом остатки моей провизии - в ближайшие дни надо сходить на разведку. Разминая затекшие конечности, я остановилась у окна и уже привычным жестом прильнула в щели. «Инопланетянина» я обнаружила сразу, он, как нечто не от мира сего, выделялся на фоне заброшенных домиков. Угловатая высокая фигура, пусть даже сгорбленная, сильно отличалась от здешних теней и мест. Существо сидело в двух домах от меня, опустив лысую голову на грудь. Страх, собирающийся волной подняться во мне, утих, стало как-то грустно и жалко его. Оглянувшись назад на остатки провизии, я приняла странное решение.       Открывая новую консерву, я еще раз пыталась оценить правильность своего решения. Одна такая жестяная банка — это еда, которую можно растянуть на целый день. То есть, целый день я могу быть не голодной, а в зимнее время это значит очень многое. И я прекрасно отдавала себе отчет в том, что будь там на пороге какой-нибудь человек, который пытался на меня напасть, он бы никогда не получил такой милости. Да и к тому же, может, «Инопланетянин» гурман и его рацион состоит из какой-нибудь другой еды, а к этой он даже не притронется.       Собравшись с духом, я открыла дверь, вздрогнув всем телом от налетевшего морозного ветра. В два прыжка я оказалась у самого края промерзшего порога. Поставив банку на доски, покрытые снегом, я ринулась обратно в убежище, спасаясь одновременно и от холода, и от «Инопланетянина».       Сонно потирая глаза и щурясь, я села, плотнее закутываясь в плед. За ночь в печи все успело прогореть, и холод пробрался в мою скромную обитель. Снова затапливать печь я не собиралась, поэтому, быстро позавтракав, я натянула зимние вещи и вышла на улицу.       Жестяную банку я нашла в том месте, где снег был промят сильнее всего. Именно здесь вчера восседал «Инопланетянин». Она была пуста. Как-то совсем по-глупому улыбнувшись, я пошла на поиски провизии.       Тяжелые облака нависали прямо над самой головой, хорошо хоть промозглый ветер перестал задувать снег в самые неожиданные места. Я уже давно оставила свою обитель позади и, проваливаясь по колено в снег, прокладывала новый путь. Если верить картам, найденным мной в том доме, то где-то в этом направлении я обязательно должна была наткнуться на небольшой жилой пункт.       Иногда краем глаза мне удавалось заметить темную фигуру Инопланетянина, неотрывно следующего за мной. В первый раз я заметила его на склоне и изрядно испугалась, все-таки от этого существа стоило ожидать чего угодно, а значит и следовало быть готовой ко всему. Но, спустя уже первый час, я привыкла к этой тени, неотрывно следующей за мной. Так было даже спокойней, и не так одиноко. Один раз мне даже захотелось попробовать с ним поговорить, возможно, он понимает речь. Но потом пришлось одернуть себя и отказаться от этой дурацкой затеи — меня же могут услышать.       Я замерзла, хотелось есть, и у меня складывалось явное впечатление, что скоро начнет темнеть, хотя стрелка наручных часов не успела приблизиться и к трем. Стоило остановиться. Под снегом пряталось множество машин, навечно замерших и замёрзших. Пробиваться внутрь замерзших кабин я не стала. Поэтому, расчистив небольшое пространство на капоте, я уселась и принялась за скромную трапезу.       Пережевывая твердые орехи из шелестящей пачки, я пришла к выводу, что пейзажи вокруг не сменились: все та же дорога, тот же лес и дурацкий белый снег. Среди голых деревьев притаился Инопланетянин. Он не старался спрятаться от меня, но и близко не подходил. Для него я была таким же неизведанным зверем, что и он для меня. Он как тень крался за мной, и на душе становилось легче. Тишина и одиночество вот-вот были готовы раздавить меня; я выбрала неподъемное для себя бремя, когда, гордо вздернув голову, решила сама продолжать свой путь. Инопланетянин был живым существом, которое сейчас не давало мне сойти с ума.       Место, которое я отметила красным крестом на карте и куда держала путь, оказалось уже давно заброшенным, еще до эпидемии, до пандемии, до всего этого хаоса. Всего лишь несколько ветхих сооружений, выглядящих совсем ненадежными, казалось, любое дуновении морозного воздуха сравняет их с землей. Но, рискуя собственной жизнью, я двинулась внутрь одного из домов: уже темнело, и я должна остаться здесь на ночлег.       Здание было из дерева, в некоторых стенах зияли огромные дыры, через которые снег беспрепятственно проникал внутрь.       - Полная разруха, — скрежетнув зубами, больше подумала нежели чем сказала я.       Старый хлам примерз к скрипящему полу, по которому я ходила с огромной опаской. И от чего эта развалина сможет меня спасти? Крыша проломилась, опоры сгнили, любые погодные условия сложат эту постройку как карточный домик, погребя меня под прогнившими досками. Но выбор у меня небольшой: альтернативой служил лес со снегом.       Разведя небольшой костерок и постелив сменную одежду на промерзший пол, я, скрестив ноги, открыла последнюю консерву. Инопланетянин очень долго наматывал круги вокруг, принюхиваясь к воздуху, вдыхая терпкий запах дыма. Но, вскоре, когда я собралась уже сомкнуть глаза хоть на час, он переступил порог дома. Между нами было не больше двух метров. Мы идем на рекорд, если, конечно, не считать нашу первую встречу. Прижимаясь всем телом к полу, передвигаясь на четвереньках и извиваясь подобно кошке, Инопланетянин неспешно приближался ко мне. В его бесцветных глазах отражалось пламя. Кажется, это существо любит тепло. Я замерла, даже дышала через раз, наблюдая за этой странной картиной. Существо резко изменило траекторию и остановилось лишь у противоположного угла, даже не оборачиваясь на меня. Выпрямившись, Инопланетянин опустился на четвереньки, спрятав голову в тени, а длинными пальцами стал перерывать замерзший хлам. Мышцы на его спине пришли в движение, он яростно отдирал от пола прогнившие картонные коробки, какое-то тряпье, и лишь когда пальцы черканули по гладкой поверхности почерневшего дерева, он замер, как неподвижная статуя. Медленно наклонив голову, Инопланетянин знакомым жестом втянул воздух и резко мотнул яйцевидной головой. И я услышала: тихий, еле различимый писк, доносящийся из угла. Инопланетянин совершил молниеносное движение - и вот в его руках горсть маленьких, извивающихся, розовых мышат. От неожиданности я даже дернулась в сторону, что, разумеется, не укрылось от взгляда Инопланетянина. Но он не предал моей персоне особого значения, лишь немного сместился, полностью отгораживаясь от меня. Но по усилившемуся писку, по треску костей и чавкающим звукам, я все поняла и едва смогла сдержать рвотные позывы. Свернувшись калачиком, я крепко зажмурилась и стиснула зубы, но, пока существо продолжало жевать, в моей голове яркими картинками вспыхивали образы раздираемых острыми зубами мышат.