Зачем?

      Лезть целоваться к Пегги была однозначно не самая лучшая мысль. Да, атмосфера призывала рискнуть, кружила голову. День Победы, крики радости и счастья, а также немного бурбона. Куда же без него.       Всё это как-то сложилось в единую картинку в дурной голове эксцентричного гения, стоило ему бросить взгляд на боевую подругу. Она определённо не ожидала от него подобной прыти, иначе он бы и шагу ступить не успел, а уже был бы нейтрализован. Но удача ему почти улыбнулась. Он резко притянул Пегги к себе, почти коснулся её губ своими, и поцелуй уже можно было бы официально засчитать, если бы в следующий миг он не летел в реку. Купаться в Темзе само по себе то ещё удовольствие, но оно начинает играть совершенно новыми красками, когда ты абсолютно не знаешь, как держаться на воде.       Пегги наблюдала, как Говард рухнул в реку, но вместо того, чтобы плыть обратно, он стал барахтаться в воде, вызывая у женщины недоумение.       – Куда делся Старк? – поинтересовался у агента полковник Филлипс.       – Решил освежиться, – ответила Пегги, кивнув в сторону воды.       – Он же плавать не умеет.       Услышав ответ, Маргарет Картер в очередной раз прокляла мироздание за то, что Говард свалился на её голову. Наблюдая, как горе-пловца вылавливают из реки, она даже чувствовала некоторое сожаление за свой поступок.       Когда Говарда наконец вытащили, Пегги уже ждала его с пледом в руках и улыбкой, полной раскаяния, на лице. Дрожащий гений пробурчал что-то, довольно схожее со словами благодарности, и поспешил завернуться в любезно предложенный плед.       Уютно устроившись неподалёку, Говард выудил откуда-то фляжку с бурбоном, как поняла потом Пегги по запаху, и протянул ей. Поначалу агент хотела отказаться, хоть Старк и продемонстрировал наглядно, к чему это может привести, но сегодня в воздухе так и витало всеобщее ликование, и Пегги, поддавшись настроению, приняла протянутый напиток. Сделав пару глотков, она поспешила вернуть фляжку владельцу, который внимательно наблюдал, как мило Маргарет сморщила нос, и улыбался, глядя на эту картину. На какое-то время между ними воцарилось молчание, были слышны лишь радостные крики. Мультимиллионер поспешил исправить сей досадный факт:       – Зачем ты столкнула меня в воду?       – Зачем ты пытался меня поцеловать? – не осталась в долгу девушка.       – Если ты ответишь, то отвечу и я, – подмигнув, сказал Говард.       На такое заявление Картер только и оставалось, что усмехнуться и сделать очередной глоток из фляжки, которая была у неё в руках.       – Хорошо, я отвечу. Я толкнула тебя, но не думала, что ты свалишься в воду. А из тебя, как оказалось, тот ещё пловец.       – Никто не идеален, – ответил Говард. – А зачем ты меня вообще толкнула?       – Это уже другой вопрос. Твоя очередь.       – Эй, это не честно. Я так не играю.       Пегги не смогла сдержать смех, глядя на Старка, который манерно надулся, как пятилетний ребёнок. Чем больше она смеялась, тем сильнее проступала обида на лице и так пострадавшего сегодня друга.       – Хорошо-хорошо, я скажу, – поняв, что он ещё долго будет так дуться, начала Маргарет. – Я не хотела бить тебя по лицу, поэтому и толкнула. Не хотелось омрачать тебе праздник.       – Или тебе просто нравится на меня смотреть. Вот ты и решила не портить полюбившийся вид, – в своей нахальной манере заявил Старк.       – Да, ты несомненно прав, – с явной ноткой сарказма в голосе сказала девушка. – Твоя очередь.       – Ты знаешь ответ.       – Да ладно, Говард, я же ответила.       – Я серьёзно. Посмотри на себя. Как будто ты не знаешь, какой эффект производишь на мужчин. Причём на всех поголовно, – указал на очевидное Старк.       И это было правдой. Вся мужская половина СНР сохла по Пегги уже давно и безутешно. Так же как и сам Говард. Она всячески отвергала его ухаживания и пресекала все попытки поцеловать её или позвать на свидание. Купание в реке – это отнюдь не первое их столкновение в данном вопросе. Хотя, это первое, в результате которого пострадало не только эго мистера Старка.       Она была идеальной. Возможно, это прозвучит как клише, но для него она была действительно такой. Говард никогда не обременял себя долгими и серьёзными отношениями, но причина была не только в том, что Старк совершенно не мог принадлежать одной женщине. При желании он мог, но ключевым элементом было именно желание. А среди всех тех, кто так стремился провести с ним время, без преувеличения не было ни одной достойной этого дамы. Одним нужны были деньги, других привлекали связи, а третьи просто искали лёгкой славы с его помощью. Только Пегги Картер выразила безразличие ко всему этому. Возможно, именно это его и привлекало. Отсутствие явного интереса и обожания, пренебрежение его персоной были крайне непривычны. И этим она выделялась среди других. Кто-то мог бы подумать, что она интересовала его лишь с целью переспать и бросить. Кто знает, может, вначале так и было, но сейчас… Сейчас Говард если и стремился что-то доказать, так это то, что такая женщина, как она, может посчитать его достойным быть рядом с ней. С ней ему было бы мало развлечения на одну ночь.       – Именно за таких женщин раньше сражались на рыцарских турнирах. Умных, красивых и неукротимых, – добавил гений, вынырнув из своих мыслей.       – Ты не особо-то смахиваешь на рыцаря, – ответила Картер.       – Ну, спасибо, Пегг, – вновь надувшись, как малое дитя, ответил Старк.       Девушка не смогла не улыбнуться, увидев эту картину. Обиженный Говард был действительно крайне весёлой картиной. В такие моменты обижаться на него самого было невозможно. И хотя и до этого она вряд ли была задета этим крайне опрометчивым поступком, Маргарет Картер понимала, что теперь уж точно она простила его.       – Не дуйся, – не сильно тыкнув Старка в бок локтем, сказала Пегги. – Я ж не со зла.       Смотря в её глаза, которые так и лучились признанием вины и раскаянием, Говард понимал, что долго он не продержится. Он сдерживал так и рвущуюся наружу улыбку как мог, напуская на себя серьёзный вид, но глаза выдавали с головой. Мужчина рассмеялся и притянул её к себе в объятия, показывая, что все грехи прощены.       Они молчали несколько минут, наблюдая, как вокруг них пробегают люди, разносятся радостные крики, целуются влюблённые парочки. Они ощущали себя частью этого, потому что это была их война, их победа. Возможно, всё сложилось не так, как они того ожидали, представляя себе мирное время. Рядом сидел всё ещё мокрый Говард Старк, и Пегги конечно не этого ждала в День Победы. Но, несмотря на этот неловкий момент, в какой-то степени она была рада его поступку. Он смог привести её в чувства своей выходкой и в очередной раз рассмешить. Как ни странно, но этот день ей запомнится не только как великий праздник мирового масштаба, но и как день, когда она чуть не утопила Говарда Старка.       – Знаешь, Говард, когда решишь попытаться поцеловать меня вновь, то имей кое-что в виду, – заметив, что привлекла внимание мужчины, Маргарет продолжила: – В следующий раз я буду бить сильнее.       – Я запомню, – рассмеялся миллионер.       Спустя пару минут, когда Пегги отвлеклась, Старк кинул на неё взгляд, в котором ясно читалось, что он что-то задумал, но девушка этого уже не видела. Подумав, что сегодня не стоит больше доводить Картер до границ терпения, он решил не рисковать. Взвесив все за и против, гений торопливо поцеловал её в щёку и пустился наутёк, пока подруга не пришла в себя. Чувствуя неодобрительный взгляд, буравящий спину, он оглянулся и, не скрывая широкой улыбки, прокричал:       – Прости меня, Пегги, – после чего растворился в толпе, провожаемый лёгким смешком, что сорвался с губ агента.