Часть 1
31 июля 2015 г., 21:21
Семнадцать
Соске резко сел на постели. Невидящим взором он уставился на стену перед собой. «Что за черт!» – единственное, что засело в голове. Первое на что Рин обратил внимание, когда вернулся в комнату – странное выражение на лице Соске. Он хотел было уже спросить, в чем же дело, когда Ямазаки заметил его и поприветствовал, сделав вид, что все в порядке. «Это не то, о чем я могу говорить с Рином» – вот и вся причина нежелания втягивать друга в свои заботы. Соске только теперь понял, что продрог. Вспотевшее и разгоряченное после такого сна тело остыло. Он опять припомнил, чтó ему снилось, и вздрогнул. Влажная холодная майка прилипала к телу. Холодные щупальца злости прилипали к душе. Это теперь он уже отошел от шока и мог злиться. Теперь, когда Рин вытащил его из цепких лап сна и послесна. «На-на-се» – Ямазаки зло стукнул кулаком ни в чем не повинную кафельную стену душа. Теплая вода скатывалась вниз, только совсем не грела. Не согревала. Рин уже был наготове. Сумка с вещами стояла у дверей. – Соске, если не поторопишься – опоздаем. «Опоздаем…» – мысленно повторив это слово, он задумался, зачем же ему ехать в тренировочный лагерь, когда у него травма. Теперь он абсолютно бесполезен. А ведь у него тоже были стремления, желание плыть с Рином… с Рином… плыть. «На-на-се» – Соске стиснул зубы, чтобы не прорычать его имя в голос.***
Сидя на парапете, рассматривая в воде рыжие отблески солнца, которое клонилось к горизонту, Ямазаки пытался выкинуть из головы все. Забыть и никогда не возвращаться на эту адскую дорожку. Сзади, в нескольких метрах по левую руку, доносился чей-то довольно знакомый голос, но Соске подсознательно отвергал его и не придавал значения. Такого ведь быть не может. Заныло плечо, и Ямазаки положил на него ладонь. Нанасе покосился на знакомую спину и решительно прошел мимо. «Не мое дело». А ведь и вправду, какая ему разница до чужих дел? Макото остановился и, не раздумывая, окликнул Соске. Харука же сделал вид, что не заметил этого и шагал вперед, как ни в чем не бывало. – Хару. Он обернулся. И все, что встретил – взгляд полный злобы. Харука вздохнул, поздоровался и откланялся, оставляя позади Макото, который извинялся за недружелюбие своего друга и поспешно прощался с Соске. Но восприятие Ямазаки полностью отгородилось от внешнего мира, не улавливая никаких колебаний и изменений, кроме удаляющегося Нанасе. Его мозг перегрелся в результате моментально нахлынувших мыслей, когда Хару обернулся и глянул на него своим безразличным взглядом. Несомненно, Соске ненавидит Харуку.***
Конечно, Рину сестра говорила, что у их клуба тоже будет летний лагерь. И, соответственно, упоминала где. Только Ямазаки никто не предупреждал об этом. И вот поэтому сегодня, во второй день их пребывания здесь, Соске снова лицезрел такого ненавистного ему Нанасе. «И зачем только я пошел вместе с ними» – глядя на то, как Мацуока счастливо что-то рассказывает Хару, рядом вьется Ай, болтая с Нагисой, а Микошиба пристает к Го, Соске все больше и больше раздражался. Харука тоже разделял с ним мнение «зачем он сюда притащился», понимая, что ему совершенно неуютно в таком окружении. Солнце уже почти зашло, так что Мацуока погнал своих товарищей назад. Соске, ссылаясь на то, что хочет еще немного прогуляться в одиночестве, добрел до того места, где вчера встретил Макото и Хару. Раньше все было намного проще. Друг был другом. Враг – врагом. Он вновь вспомнил Нанасе. «Черт бы его побрал». Да и сейчас тоже не намного сложнее. Соске ведь ненавидит Нанасе. Так же?***
Восемнадцать
Он проснулся среди ночи. Сердце стучало как бешеное, было невыносимо жарко. Ему опять снился Харука. «Какой раз по счету?» – не то, чтобы он действительно их считал, но… Это становилось похожим на болезнь. Он отвергал его, но желание никуда не девалось. Он желал Нанасе. И Ямазаки не понимал, почему это должно было случиться именно с ним. И он вспоминал, как... В один из летних вечеров, проведенном на том пляже во время летнего лагеря, когда солнце окуналось в море, Соске видел Хару, выходящего из воды. От неожиданности у него перехватило дыхание. Кожа Хару отсвечивала мягким оранжевым светом, и он непозволительно пялился на него. Совсем не так, как должен бы. Совсем не как человек, который ненавидит. Нанасе безразлично скользнул по нему взглядом, и побрел вдоль берега к своей палатке. И Ямазаки понял… Он, несомненно, ненавидит Хару.***
Соске уже полгода не может отделаться от этих снов. Как минимум несколько раз в неделю он просыпается от того, что видит в своих снах. Точнее – кого. Вот и в эту ночь произошло то же самое. «Почему?» – и ему уже хотелось рассмеяться. Смех на грани истерики, но он сдержался. Его желание доходило до абсурдности? И Соске в который раз повторял: «Я ненавижу Нанасе». Только это не помогало. Только это неправда. Его влечет к Хару. Неотвратимо. Без вариантов.***
Пройдет.***
Двадцать один
Соске никто не предупредил. Никто не заикнулся, что этот тоже будет тут. Этот – Нанасе Харука. Ямазаки не помнил теперь, когда прекратились эти сны. Когда он определился со своим будущим? Когда встретил свою девушку? Когда закончил школу? Или когда переехал? Это было до этих событий? После? Соске вспомнил, за что ненавидит Нанасе. И машинально коснулся травмированного плеча. Он больше не пловец. Только Хару здесь ни при чем. Соске ему не улыбался. Смотрел прямо в глаза, но ничего не говорил, даже не поздоровался. И Харука улыбнулся, будто знал, о чем вспоминает Ямазаки. В этой улыбке читалось все ехидство мира. И у Соске вновь перехватило дыхание, как прежде. Кто же знал, что Хару может быть таким. Кто же знал, что Соске до сих пор…***
Он догнал его в каком-то парке, и ухватил за руку. Запыхавшийся, с раскрасневшимися щеками, то ли от выпитого, то ли от бега, то ли еще от чего. Тусклый свет фонарей на обочине не доставал до того места, где они были. Машины с шумом проезжали по дороге, а Соске целовал Хару. И Хару был совершенно не против, но: – Как в дешевой мелодраме, да? – и Хару легко улыбнулся. Ямазаки разозлился. И в этой злобе как-то уж совсем по-детски толкнул Харуку, что тот упал, упал и засмеялся. Соске присел на корточки рядом с Нанасе и всматривался в его лицо, будто он был невиданным никем прежде зверьком. Он протянул руку и аккуратно провел по волосам Хару, большим пальцем касаясь виска. Нанасе теперь удивленно смотрел на человека перед собой. Кто бы мог подумать, что Соске может быть таким. Милым? Нежным? И теперь Харука целовал Соске. А тот, казалось, был очень даже не против. Очень даже "за".
