Я обязательно все вспомню

      В кабинете главного чародея было на удивление тихо. Ирвинг сидел за своим столом и пустым взглядом смотрел на книжную полку. По комнате строевым шагом вышагивал Грегор. Храмовник о чем-то ворчал себе под нос и с каждым новым умозаключением все сильнее и сильнее хмурился. Первым сдался Грегор. — Что думаешь, Ирвинг? Он ведь был вторым на курсе, после Героя Ферелдена. Ты с ним возился не меньше. — укоризненный взгляд уперся в переносицу мага, но не нашел ответа и Грегор снова зашагал по комнате. — Ничего не пойму. Будто шутка Создателя. Ты видел его глаза? Он нас не узнал. Словно, и не виделись никогда, и словно не я с двух лет учил его. — Чародей устало вздохнул и помассировал пальцами виски. — Все слишком непонятно. Сколько отрядов за ним послали и сколько из них вернулись? — Четыре отряда по десять храмовников. Вернулись… шестнадцать невредимых. Двадцать сильно раненых… Четырех все еще ищем. Но я уже готовлюсь к худшему. Завтра его казнят, как мага крови и отступника. И даже не пытайся спасти его через усмирение. Ему отрубят руки, а после голову. — Храмовник развернулся и вышел из кабинета, тихо прикрыв дверь.

***

      Я медленно раскрыл глаза. Яркий жгучий свет больно ударил по глазам, заставив резко их закрыть, но слезы уже потекли из глаз. Жутко раскалывалась голова, а все тело ныло так, словно кто-то несколько часов подряд использовал меня, как манекен.       Встав, я окинул взглядом место, куда я угодил. Невзрачный пейзаж, полуразрушенные постройки, чудные дома и огоньки. Много-много летающих огоньков, которые что-то шептали, о чем-то спорили, создавая ужасный гомон, отвлекающий от мыслей. — Заткнитесь. Заткнитесь все! — тишина мгновенно накрыла меня. Когда я снова посмотрел на них, огоньков уже не было. На меня смотрели десятки людей. Старики и мужчины, женщины и дети. Даже парочка зверей. В голове не произвольно всплыло слово «Тень». — Пойдите прочь. Не шумите, прошу. — Осмотрев себя, я невольно присвистнул. От старой одежды остались воспоминания. Новая мантия, удобные сапоги, даже белье больше не казалось дискомфортным. Возле меня валялся старенький посох. Обычный, ничем не примечательный посох с круглым навершием и острым лезвием на конце, для обороны в ближнем бою.       Покрутив посох в руках и убедившись, что тело помнит, как им пользоваться я прикоснулся к шару. Легкая прохлада кольнула руку. Попытка согреть его не увенчалась успехом, шар становился лишь холоднее. Стоять на одном месте было опасно. Сознание уверено твердило, что нельзя засиживаться. Не знаю почему, не знаю зачем, но я чувствовал — надо идти. Оставался лишь один скромный вопрос. А куда, собственно, идти?       Я стоял у «Т»-образного перекрестка. Пейзаж, что слева, что справа, что сзади был один в один. Одинаковая тропинка, тошнотворный цвет которой вызывал раздражение. Абсолютно одинаковые статуи по правой части тропки. Какой-то титан с четырьмя руками, вооруженный одноручными саблями с осыпанной местами крошкой. И на горизонте виднелись эти чертовы домики со странной конструкцией. Так и чувствовалось — чихнешь, и он рассыпется. Постояв еще немного, я так и не пришел к решению, поэтому пришел к выводу, что разницы от направления нет. Повернув влево, я прошел, наверное, с пару миль.       Пейзаж не менялся. На горизонте виднелись домики, а статуя стала ближе лишь настолько, что теперь я мог разглядеть, что у нее еще и хвост. Достижение, мягко говоря, так себе. Прошел, наверное, час до моей первой встречи со здешними обитателями. После очередного поворота по тропинке я чуть лицом не столкнулся с одним из демонов.       Их было двое. Первый — словно огненная стихия. Жар от него шел на несколько метров от него и мне сразу же стало очень жарко. Настолько жарко, что было желание раздеться до трусов. Он, пока, стоял ко мне спиной и рывками передвигался вперед, вдогонку за одним из огоньков. Второй был похож на первого лишь по стойке. Мерзость было будто обмотана обрывками прогнившей кожи, покрывавшей все ее тело, кроме единого глаза, что светил, как факел в темноте. Омерзительный запах сразу ударил в нос, разя не хуже клинка.       Я невольно закашлялся, пытаясь подавить акт рвоты, когда демон развернулся и на меня понеслась волна огня. Я инстинктивно направил в сторону пламени посох и выставил руку. Ожога и боли не последовало. Передо мной стояли две ледяные фигуры, причем первый демон медленно трескался, пока не рассыпался на сотни кусочков. Желая повторить судьбу первого, я пронзил вторую ледяную фигуру, но тут меня ждал крах. Лед треснул и демон вырвался, набрасываясь на меня.       Я был повален в одно мгновение. От смерти меня чудом спас посох, треснувший в сердцевине. Воображение рисовало картину, где одного из храмовников отбросило в стену куском валуна. Воображение ли? Нет, фрагмент памяти. На меня вдруг снизошло дикое спокойствие. Все проблемы улетучились куда-то в даль, словно я был уже не здесь, а в тихой бухте, наслаждаясь тишиной, покоем и морским воздухом.       Демона сдуло. Огромный пласт земли сбил и придавил его своим весом. На лбу выступили испарины, но я вытер их, а спустя мгновение я почувствовал, как просыпаюсь.