«Следы и Совпадения»

- Выяснили личность? - осведомился Торрес. - Это Дамир Друянов, - тяжело вздохнул Велорий. - И на кой чёрт он поперся в горы, да ещё и в одиночку? - Спрятаться хотел? - предположил старший следователь. - Вот уж точно, - хмыкнул Гоукс. - Там бы его в последнюю очередь стали искать. - Ты кого-нибудь из его "свиты" опрашивал? - поинтересовался Торрес. - Да, наведывался к ним недавно, - подтвердил младший следователь. - Сказали, что босс решил уехать на неопределенное время. Посадил вместо себя своего то ли друга, то ли ещё кого, отдав ему буквально все бразды правления и уехал. Даже машину не взял, добирался общественным транспортом. - Удалось установить его причастность ко второму убийству? - заинтересованно вскинул бровь старший следователь, прикидывая в уме пункты отчёта. - Да, ДНК с рукава Каюкова совпадает с ДНК Друянова, - кивнул Велорий. - Как с палкой быть? - А никак, - бросил Торрес. - Нет её и все тут. И уж теперь вряд ли когда-либо найдём. - Дело закрыто, - довольно ухмыльнулся Гоукс. - Н-да, а я так надеялся засадить кого-нибудь из этого серпентария за решётку, - с сожалением вздохнул Климент. - Будет и на нашей улице праздник, - хохотнул Велорий. =***= Они договорились встретится в клубе "Аскадия" около восьми часов вечера, но на часах было уже практически девять, а Алексы все не наблюдалось. И телефон её тоже молчал, отзываясь лишь въедливыми гудками. Наконец, аппарат пиликнул, сообщая о входящем сообщении. "Проходи в клуб, садись за центральный столик около сцены", гласило оно. Адресатом почему-то был Эрен. Климент поморщился - ему откровенно не нравилось происходящее. Беспрепятственно прошествовав в зал, предварительно оставив пальто в гардеробе, Торрес сел за указанный столик, оказавшийся зарезервированным на его имя. И единственным свободным, как заметил следователь. Народу в клуб набилось немерено. Климент знал, что зал и в обычные дни особой пустынностью не отличался, но в связи с четырнадцатым февраля, посетителей прибавилось вдвое, если не втрое. Все ожидали какого-то шоу, поставленного специально в честь праздника. Вокруг то и дело можно было услышать шепотки о потрясающей танцовщице, которой все восхищались, но та уже довольно длительное время не появлялась на сцене. И вот именно сегодня в День Всех Влюблённых, она решила вновь показаться на сцене. *в это время* - Ты уверена? - Слушай, если уж я решусь связать с кем-нибудь свою жизнь, то этот человек должен знать обо мне все! - Как знаешь. *в зале* Торрес маялся, предвкушая и в тоже время надеясь, что смотреть он будет не банальный стриптиз, какими бы шикарными не были исполнители и выполняемые ими изворотливые гибкие трюки. Климент огляделся. В дизайне помещения преобладали фиолетово-чёрные тона, по правую руку тянулась длинная стойка бара, с разделением, создающим впечатление, будто её соединили из двух отдельных. В принципе, весь зал, словно состоял из двух разных частей, совмещённых в честь праздника. Внезапно свет потух, и почти сразу же стихли шепотки и умолкли голоса. В зале воцарилась тишина. Спустя минуту томительного ожидания заиграла тягучая мелодия, мягкий луч света осветил потолок, а потом медленно опустился на сцену, где замерли три девушки в обтягивающих откровенных нарядах, подчеркивающих каждый изгиб тела, но в тоже время оставляющих место для воображения. Первые переливы мелодии и девушки оживают, каждая двигаясь в свою часть сцены и единственный луч разделяется на три. Одна из них остановилась напротив столика Торреса. Свет, падающий сверху, идеально подчеркивал стройные ноги, широкие бедра с манящим изгибом талии, внушительный, как для представительницы прекрасного пола, разворот плеч. Длинные темные волосы скрывали лицо, что несколько раздосадовало мужчину. Резко подавшись вперёд, танцовщица закинула ноги на серебристый пилон и Климент чуть не застонал от досады. правда через мгновение его внимание привлекли тонкие, едва заметные полосы вдоль бедра танцовщицы, одна из которых уходила под колено. Мужчина и не заметил бы ничего, не блесни шрамы в свете софитов. Подобные отметины могли остаться только после острого и плоского предмета с тремя зазубринами, центральная из которых была значительно шире крайних. Такого предмета как например, его значок. Торрес шокировано поднял глаза на лицо девушки и не смог поверить в увиденное. Вызывающе изгибаясь в спине, вокруг пилона танцевала Алекса, глядя прямо на мужчину своими горящими ореховыми глазами. То, что в этот момент испытал Климент невозможно в полной мере передать словами. Разочарование, отвращение, гнев, и робкая надежда, что все это ему лишь мерещится. Но нет, вот она, его Алекса, самым похабным образом демонстрирует себя перед всей этой толпой народу. - Вот она, - шептали рядом и пальцы указывали на танцующую перед ним девушку. Это бесило, выводил из себя, выворачивало наизнанку, словно кто-то решил поиздеваться над ним. Торрес вскочил с места, и стул с грохотом ударился об пол. Он не собирался и дальше быть участником этого фарса. =***= В тот вечер Климент про Алексу даже не вспомнил. Он вообще старался ни о чем не думать - слишком был взвинчен. Но несмотря на это, уснул мужчина практически сразу. А утром в участке его уже поджидала Алекса. Спокойная и сдержанная, как и раньше. - Нет, Алекс, даже не начинай, - выставил перед собой ладони Климент, стоило двери в кабинет закрыться за их спинами. - Я готов смириться с твоими ночными "прогулками", - он изобразил кавычки пальцами. - Когда глаз не мог сомкнуть, не зная где и когда в следующий раз оборвется трос, как тогда зимой в подворотне. Я смирился с твоей зависимостью от острых ощущений. Я готов принять твоё неуемное желание приключений, даже согласен присоединится к тебе в походах и поездках. Да что там, мне очень нравится проводить с тобой время, будь то на ранчо или в домике в скале, место не принципиально. Я рад и очень тебе благодарен за то, что ты меня растормошила, показала ещё одну сторону жизни. Но я не могу принять то, что ты вытворяла на сцене. Для меня это неприемлемо. - Значит, вся проблема в танцах на сцене? - вскинув бровь, уточнила девушка. - Танцах?! - опешил Торрес. - Ты называешь стриптиз просто "танцами"?! Неожиданно для себя, мужчина обнаружил, что лежит на собственном рабочем столе. Левая половина лица пылала, будто по ней сковородкой съездили. Если бы не годами наработанные рефлексы, лежал бы он сейчас рожей в столешницу. - Какой мудак дал тебе повод считать, что прилюдно раздеться для меня в порядке вещей? - прорычала Алекса, сжимая и разжимая кулаки, то ли борясь с желанием ещё раз пройтись по лицу следователя, то ли просто успокаиваясь. Торрес озадачено потирал прибитую половину физиономии, глядя на девушку. А ведь действительно, что говорило в пользу стриптиза? Лишь пилон и минимальное присутствие одежды. Как-то маловато для полноценных выводов. - Клим, я НИКОГДА и НИ ЗА ЧТО, даже под страхом смерти, не стану его исполнять, - и уже спокойнее девушка добавила. - Кстати, я теперь вообще не танцую в "Аскадии". Я не хочу с тобой ссориться из-за каких-то там танцев. Я вообще не хочу с тобой ссориться. - Вот поэтому я не люблю сюрпризы, которые преподносят не наедине, - тяжело вздохнул Торрес. - Да ты же ревнуешь! - ошарашено выдохнула Алекса, широко распахнутыми глазами смотря на мужчину. - Что?! - нахмурившись, поморщился Климент. - Хочешь сказать, это не так? - брови девушки вопросительно взметнулись вверх. Торрес продолжал хмуриться, понимая, что Алекса права. В нем взыграло чувство собственности, отсюда и гнев с разочарованием. - Мда, - выдохнул мужчина. - Ты права. - Ты мне дорог, - в упор глядя на Климента, заявила девушка. - Очень. Мне важно, что ты думаешь. Если тебе что-то не нравится, просто скажи. Куда проще искать компромисс, чем копить обиды. - Мне вот интересно стало, я когда-нибудь услышу от тебя банальное "я тебя люблю", - с прищуром поинтересовался Торрес, подходя ближе. - Если научишься общаться, то всенепременно услышишь, - многообещающе кивнула Алекса. - Ты не против учиться вместе? - предложил Климент, обнимая девушку за талию. - Иначе меня бы здесь не было, - улыбнулась она, потянувшись к его губам.