Верни мою любовь!

      В дверях стоял Иван.       — Разве так встречают старых друзей?       — Тебя никто не ждал! Откуда у тебя мой адрес? — заслоняю собой вход в квартиру, — как тебя пропустили в подъезд?       — Вахтер у вас очаровательная женщина. А адрес мне дала твоя сестра. Очень полезная вещь «Одноклассники», — стоит и ухмыляется своей дежурной улыбкой, — пропустишь или боишься?       — Я?! Тебя?! — я что, похож на того слабого мальчишку, каким был раньше? — Проходи.       Он вошел и, стоя в прихожей, уточнил:       — Ты один?       — Ты что, конечно нет! В шкафу три любовника спрятались, — направляясь на кухню, съязвил и даже не предложил войти. — Чего приперся на ночь глядя?       — Да, так… Ждал звонка, ждал… — Иван зашел на кухню и осмотрелся. — Ничего себе! А не плохо шлюхи зарабатывают!       Чертов козел, совсем не изменился! Как он меня нервирует.       Чиркнув зажигалкой, затянулся сигаретным дымом, чтобы сдержать свое раздражение.       — Ты прав, моя задница дорого стоит! Так чего тебе нужно?       — А когда-то я трахал тебя бесплатно, — он сделал шаг и выхватил сигарету из моего рта, — тебе не идет! Ты что, забыл, что я тебе говорил?       — Ты мерзавец! — у меня перехватило дыхание.       — Знаю. Ты думаешь, я не догадывался об этом, когда делал это с тобой? Все я прекрасно понимал и осознавал…       — Стоп-стоп-стоп! Если ты пришел обсудить это, то тебе бы стоило уточнить у меня. Хочу ли я слушать эту чушь!       Смотря на этого парня, складывается ощущение, что он пришел сюда повеселиться: смотрит и улыбается.       — А когда я спрашивал тебя, чего ты хочешь? Уж если я нашел в себе силы прийти и поговорить с тобой, ты обязан выслушать.       — Я ничего тебе не должен! Понятно?!       — Это ты так думаешь. Живешь себе спокойно, трахаешься с мужиками, а сам даже и не догадываешься, что испортил мне жизнь.       О чем он говорит?!       — Я?! Тебе?!       — Ты мне! Я был нормальным! Нормальным! Ты знаешь, что это значит? Да откуда тебе… А потом… Мне приснился сон… В пятнадцать лет ведь нормально видеть эротические сны, но почему в нем был ты?! Знаешь, как это было, проснуться и вспомнить все, что происходило? Я боялся спать. Ложусь, пытаясь даже не думать о тебе, и опять все повторяется снова и снова, а днем ты словно тень следуешь за мной. Признайся, ты же следил за мной?       Этого не может быть! Он тоже испытывал то же, что и я?       — Мне просто нравилось смотреть на тебя, но я не преследовал тебя.       — Нет. Ты врешь! Годами мучил меня, а потом зачем-то пришел в нашу компанию. Зачем?       Я сам себя иногда спрашиваю: «Зачем?!». Если бы я остался дома в тот день…       — Иван, а почему я? — еще один вопрос, который не дает покоя.       — «Почему» что? Почему ты снился мне? Или почему я хотел только тебя? Почему я до сих пор не нахожу себе покоя? — теперь чиркнула его зажигалка. Нервно втянув, он продолжил:       — Думаю, я люблю тебя… Чего молчишь? Я признался тебе в любви.       И знаете, он это сказал так легко, словно эти слова ничего для него не значат. Так, словно: «Я люблю цветы» или «Я люблю суп с фрикадельками». И строгие холодные глаза остались как прежде, они совсем не похожи на глаза Николая, когда он смотрит на меня.       — Ты же говорил: «Умри». Разве не ты хотел моей смерти?!       — Это были пустые слова, они ничего не значили. Я стоял и смотрел, как ты смывал все с себя в ту ночь. Было больно слышать, как ты орал: «Сдохни!», но я бы не дал тебе умереть. Ты же любишь меня, признайся! Твои слова до сих пор звучат в моей голове: «Верни мне мою любовь!». Гриня, признайся!       Признаться? Сказать правду? Не струсить, как тогда? Поставить наконец-то толстую точку?       — Да, я любил тебя!.. — я хотел продолжить свою речь, но звук закрывающейся входной двери привлек внимание, — Николай?! Это ты?       Иван перегородил дорогу.       — Оставь, пусть уходит! Мы еще не договорили.       — Пропусти! О чем?! О чем нам еще говорить? Да, любил! Но больше не люблю. Понимаешь? Я больше тебя не люблю и не нужно мне возвращать ту любовь, я хочу новую, чистую, светлую, — боже, как же я раньше этого не понимал, — уйди в сторону!       Оставив стоять обескураженного Ивана в кухне, бросился в прихожую. Николая не было, а на полу валялся пакет с продуктами.       Черт! Только не это!