Полосатое Чтиво

      С тогдашнего вечерка прошло два дня, наполненными тяжкими увенчиями и мучениями на довольно долгий остаток жизни. Туманные окраины, стекаемые мраком, увенчали на продлевамую ночь. Воркотали травинки на газонах, ночные птицы распевали свой протяжный щебет.       Густая, скучная глушь уличной атмосферы... за бетонным каркасным домом, за пропачканым краской и прочей хворью углом, где внизу проходил вход в дряхлый подвал, вышла четверня бродячих и тощих котов. Сине-серая кошь плелась, как тень, ее светло-голубой спутник, таща фиолетового брата, поддрагивал при каждом шаге. И наконец упитаный серый котенок расхаживал по асфальту, словно король на параде. - Довольно, Борщюха, - удовлетворенно буркнула Синица, - здесь мы заночуем. - Надеюсь, не будет там крысиного яда, - едко добавил брат.       Облизнув губы, голубоглазая с горечью вздохнула: - Завтра в нашем жилище натравят яду, стоило предупредить остальных жителей. Нам повезло, что мы вовремя спрятались, ведь нам угрозили жизнью.       Юркнув в проход, серо-синяя кошка поспешила напрочь. За нею поковыляли ее путники. Присаживаясь, бродяга внимательно провела носом. Никаким смрадом не воняло среди ночлега, да и выглядило житье опрятно. Подгоняя ее, Борщюха устроил Борщана в самый удобный ящик, и сам там устроился неплохо. - Ты еще не валяйся, растопырив лапы! - обломав желания гопника, фыркнула Синица, - надо найти что-то поесть! - Ах да! - бросил братец, схватившись за черную шапку.       Сестрица лишь тихонько и еле слышно захохотала. Хохоток кошки был раскислым. Плюнув на все и всю, браток нехотя встал с лежанки, оставив фиолетового слепца одиночно валяться в убежище, и собрался с сестричкой выходить. - Не бойтесь, здесь пока не направили крысиного яду, - холодно насмехнулась серо-синяя кошка и вышла из подвала.       Шейдик от некоей тревоги забился в углу. Было страшно представить, чем обернется завтра, что будет потом и как остерегутся дальнейшие обстоятельства. Что ждало голубоглазого малыша дальше?       Зарывшись в дальний уголок, котик укромно заснул крепким сном...

***

      Ему вновь предвидилось это мрачное-мрачное место! И вовсю знакомые силуэты! Сделав неуверенный шажок, Шейдик сглотнул слюну, но голубые глаза, уверенно глядя навстречу страху, горели отвагой. Сердце неравномерно молотилось в груди, с темпом трепещало и не делало паузу.       По извилистой тропе, подавленной многими кошачьими лапами, вышагивал гордой походкой мускулистый черно-белый котяра. Серый котенок узнал в нем Кошму - властителя Сумрачного Леса в данный момент. Тот, обернув массивную голову в сторону сидящего послушанника, едко и коротко промолвил: - Рад тебя видеть, дрянь! - Я не дрянь! - раздраженно фыркнул полосатый малыш, нахмурив глазенки.       Легко, но коварно улыбнувшись, злодей вылизал свою переднюю лапу на подготовку к бою. Закончив с вылизыванием, Сумрачный кот прошипел: - Говоришь, ты не дрянь. Проверим... Эй, Жужелица, подойди к Шейдику.       В подверждение его слов вылезла хрупкая темно-серая кошурка и, моргнув серо-голубыми, выпустила острые когти и прыгнула на котенка. - Начали! - Кошма скрылся в темноте.       Жужелица одним взмахом передней лапы повалила Шейдика наземь. Тот кувырком увернулся от когтей суровой жительницы Сумрачного Леса и запнулся об корягу, вылетев на один кроличьий прыжок. Сумрачная кисочка одним прыжком очутилась рядом с жертвой и сцепила его лапищей. Котенку осталось вскользь вывернуться от ловушки и дать оплеуху юркими коготочками по поврежденной лапе Жужелицы. Та язвительно, морща нос, завыла от боли и схватилась за лапу. - Аааай! Плохой котик! - зашипела серая противница, - ты как посмел?! - Нет сил драться? - захохотал Шейдик. - Арараааааааар! - Жужелица опять медлительно встала и на этом...       ...оборвался кошмарный сон малыша! Вскочив с лежанки и округлив от ужаса глазки, серый понял, что настал длительный и захватывающий рассвет.

***

- Встаем! - с нудными нотками в возгласе бросила Синица, стоя у края выхода из подвала.       Борщюха невольно встрепенулся и жалобно завыл: - Ну остались мы тут жить?! Нежели уходить! - И этот подвал затравят ядом, - сурово сообщила сестра, - нужно спешить!       Сонный собеседник поплелся за бодрой и полной сил бродяжкой, потаскивая своего фиолетового брата-слепыша и хрипло вздыхая, поправив свою черную шапочку. Никто не думал о Шейдике... пока он сам не вышел с укрытия. Буквально за секунду серый кисеныш пробрался к троице, шутливо испугав их. - Ой, ты напугал меня, Шейдик! - засмеялся светло-голубой котяра, потирая лоб.       Но полосатый котенок ничего серьезного не ответил, а только в ответ утихоморенно хихикнул. Тогда Синица уже доходила до выхода, откуда спокойно просачивался пылающий яркий свет, и угрюмо глянула на котов сзади нее. - Мы готовы сообщить, что сейчас будут травить этот подвал, - с горькой и печальной правдой призналась она, мигнув голубыми глазами.       Но те не впали в панику даже не в шутку, а серьезно и с почтением кивнули бродяге, переплетя хвосты врозь. - Уходим, - Синица юркнула в проход, а за нею проплелась следом ее сонная, недосыпавшая троица.       Коты уже были в трех лисьих хвостов от двуногих, носящих гигантский препарат, изнутри которого копошился едкий крысиный яд. Смрад манил двуногих к этому подвалу, так ведь сегодня его вот вот перетравят, и жизни не пощадят. Четверня испуганно побежала вправо от подвала, в сторону асфальтированной дороги. Чудища, мигая светящимися глазами, проходили мимо испуганных и не на шутку удивившихся котяр, неспешно блистая оттенками синевы. - Нет времени, бежим! - Синица уже в ужасе не зная себя с безумием убежала на тропу, полную огромных и бессердечных чудищ.       Но, к удивлению кошурки, Борщюха, Борщан и Шейдик вкопанно остановились у самого побережья скучной и безмятежной дороги и раскрыли пасть от болевого и сердечного шока. На серо-голубую кошку двигалось спеша громоздкое серое чудище размером с трехметровое здание.       Ринувшись на помощь, троица пыталась отпереть врага от Синицы. Хваток, еще хваток... Шейдик отлетел от чудища, Борщан встрепенулся в противоположный берег шоссе, а Борщюха скрылся между лапами машины вместе с левой розовой кошкой. Осталась Синица... исход сил не дал ей чудом выжить в потасовке. Чудище повалило наземь голубоглазую, опровергнув и раздавив ее до крови и на мелкие кусочки. Душераздирающий писк и вопль кошки послышался остальным как гудение чудовища, но запах литой и протекаемой алой кровищи им преподал знак смерти одного из них.       Машина пошла дальше, отходя от изумительных бродяг наперекосяк. Обтекаемая кровью Синица в спешке и еле шевеля усами ловила ртом воздух, пытаясь выжить в данной ситуации. А троица с ошеломлением и ужасом посмотрели на умирающую и сделали небольшой шаг навстречу ей. Но та не шевелилась больше, и не издала больше признаков жизни. Ее тело обмякло в бездыханном режиме. - Синица! - крикнула розовая с радужной челкой и хвостом кошка и бросилась к дочери. - Б...Борщица? Что ты делаешь тут? - рыкнул Борщюха, подходя к матери.       Борщан тоже ошеломленно раскрыл рот, но не был так удивлен, как его братья. Шейдик узнал в прохожей кошке его мать. - Шейдик?! Зачем ты ушел?! Я серьезно переживала, но сейчас меня пугает Синица, - прошипела с едким тоном Борщица, потрепав сына хвостом.       Борщюха и Борщан прижались к бездыханному окровавленному телу их сестрицы и грустно понурили свои мордочки. Розовая сью тоже, отойдя от младшего сыночка, со слезами, смешанными с тушью, на глазах подошла и оплакала свою старшую дочурку. - Синица! Зачем?! - прорыдала Борщица, пуская горькие слезы, - зачем ты умерла?! З...за ч...что?       Шейдик, неравномерно встрепнув хвостом по асфальту, тоже подоспел к трупу мертвой серо-голубой кошки с радужной челкой, печально опустив головку. Три угрюмых кота и одна растроенная в хлам кошара оплакали их мертвую собеседницу.

А не стоило лезть Синице куда попало и соблюдать правила дорожного движения! А, хотя, это коты, они не понимают человеческий язык...