Часть 1
Нет ничего лучше, чем запах его сигарет в ансамбле с озоновой дымкой после дождя, его слов из гортани в мои уши и преодоление всеобщего "нельзя", доказывая грубым "можно". тело рядом просит влаги седые волосы мнут подушку. сегодня его явно что-то гложет. мы словно герои этой новомодной сопливой саги. снимая одежды ткань, обнажаем душу. не выспавшись становится грубым. ему не идёт, в этом весь смысл. сначала он не целовал в губы, пытался читать мысли. пляжи красного топят синим, золотое солнце красится меж. "каким бы ты не был сильным. я захлебнусь. ты рядом тонешь". воды Темзы впадают в его вены. танцует ковыль в сУши степи. он не умеет делать неверно, и сквозняк поддувает холодным "терпи". молчаливый угрюмый паб на окраине тихого берега сонной реки. он перелапал в молодости сотню баб, а мне говорит "найдёшь, береги". рюмка водки с лимоном и солью, я не знаю, где он научился так. в ржавом углу, перебирая струны, пою. увы не ему. но он смотрит. на меня в упор и курит в долгий затяг. дым в потолок. пепел, к сожалению, на исцарапанный пол. этому и так, бедняге, досталось. но он видел изнутри не один подол, и время, которое для него менялось. смог на потолке, женщины в джинсах попивают пиво, мужчины курят что-то тяжёлое, кашель бьет в самые лёгкие. я смотрю на него и выплывает всё, чего не было. и глотаю в себя восхищённые вздохи. он, подвернув рукава, тушит сигарету о барную стойку, бредет к углу и садится за первый стол. каждый в пабе пытается выглядеть стойким. Я сильнее вас всех, мол. у меня струны ревут невпопад, срывается голос и слюна застревает комом в горле. через час он накинет пиджак. оглядит молчаливо фасад. а ещё через десять минут мы останемся голыми. в открытое окно дует сверный свежий ветер. он курит. и нет ничего лучше. я травлюсь лишь одним этим запахом его сигарет в ансамбле с озоновой дымкой после дождя, его дьявольским голосом и словами в душу, таких, что понимаешь, что без него жить нельзя.
