Шляпа

Михоук никогда не считал себя беспечным. Но по венам Дракуля текла беспокойная пиратская кровь. Сбежать из дома, захватив только кошель с монетами и несколько книг, - легко. Заявить свои права на самый непокорный меч в мире – никаких проблем. Отправиться в одиночку на Гранд Лайн в маленькой, больше похожей на гроб лодчонке, имея за спиной лишь тот самый меч и теоретические знания о навигации, - почему бы и нет. Заработать за пять с половиной лет славу непревзойденного фехтовальщика и одного из наиболее жестоких пиратов в этом океане – без труда. Михоук никогда не считал себя беспечным: все, что он делал, имело под собой четкий план и полную уверенность в собственных силах. Правда, иногда он позволял себе немного расслабиться. В этот раз во всем была виновата скука: она заставила его причалить к этому острову, а затем провести тут пару дней. И под ее же воздействием Дракуль сейчас притворялся спящим и вслушивался в чужие осторожные шаги. От шагов не веяло злыми намерениями, и это слегка сбивало с толка: Михоук попытался придумать несколько причин помимо убийства, чтобы вот так подкрадываться, но ничего логичного в его мыслях так и не появилось. В самом деле, если это вор, то он должен был в первую очередь подойти к лодке, а не к нему самому. На мужчине ничего ценного не было, за исключением Черного Клинка, но, чтобы попытаться украсть оружие у Соколиного Глаза, надо было быть блаженным на всю голову. В то, что незнакомец хочет разбудить его резким «БУ!», Дракулю тоже не сильно верилось. Подобных психов на Гранд Лайн не водилось. Зато психи другого рода определенно существовали. Это Михоук понял, когда с него аккуратно начали стаскивать шляпу, которая стоила копейки и была приобретена только потому, что прекрасно подходила к его плащу. От удивления он едва себя не выдал, но вовремя сдержался, подождал, пока воришка отвернется, сделает еще один шаг, и только тогда единым неслышным движением поднялся на ноги. Незнакомец с трудом сглотнул, почувствовав лезвие кинжала у своего горла. - И куда же вы так торопитесь? – светским тоном поинтересовался мечник, не сумев сдержать усмешки: слишком живо представилось выражение лица его оппонента. Впрочем, долго ему оставаться в неведении не пришлось: вор обернулся, и первым, что отметил Дракуль, оказалась улыбка от уха до уха и ярко-рыжие волосы. В темных глазах не было ни малейшего раскаяния. - Навстречу счастью и блаженству! – заявил нахал. - Вечному блаженству? – уточнил Михоук и тут же подумал, что для этого проще вызвать его на поединок, а не красть шляпу, да и на религиозного фанатика парень не походил. - Не-а, - со вздохом ответил тот. – Но до конца вечера хватит. Мечник в очередной раз проклял свое бурное воображение: ему представилась очаровательная блондинка в длинном платье, обещающая с балкона влюбленному рыжему: «Принеси мне ожерелье из кораллов, прирученного попугая и шляпу пирата Соколиного Глаза, и тогда мы сможем остаться наедине…» Кажется, кто-то слишком долго лежал на солнце. Движение он заметил мгновенно и сразу же осознал, что оно не является атакующим: интуиция, которая всегда звенела напряженной струной, когда Дракулю угрожала опасность, в этот раз была необычайна молчалива. По щеке мазнули сухие губы, и Михоук застыл соляным столбом – на секунду, но вору этого хватило. Он перемахнул через поваленный ствол дерева и понесся в лес. Мечник рванул за ним, мимоходом отмечая, что это может быть обманным маневром и сейчас напарники этого сумасшедшего могут беспрепятственно забрать его лодку. Но внутри разгорался жгучий интерес – уж слишком такая ситуация отдавала абсурдом. Черт с ней, с лодкой, в конце концов меч-то у него по-прежнему за спиной, а значит больше волноваться не о чем. Рыжий бежал быстро. Один раз он споткнулся о какой-то корень и полетел кубарем с обрыва, и в этот момент Михоук едва не схватил его за черный плащ, но сам угодил ногой в яму и расстояние между ними увеличилось до исходного. Наконец, они достигли небольшой поляны, где вор с диким криком набросил шляпу на торчащий из земли шест и свалился на траву, поднимая раскрытые ладони. - Все-все-все, лежачих не бьют! – кажется, ему хотелось рассмеяться, но дыхание после пробежки сбивалось. - Не бьют, - согласился Дракуль, опираясь коленом на чужую грудную клетку и возвращая кинжал к шее противника. – Их добивают. Теперь он мог рассмотреть его спокойно. Улыбка не стала уже ни на дюйм, левый глаз пересекали три шрама, словно дикий зверь ударил. - Да ну тебя, - насупился парень. – Хочешь я дам тебе свою поносить? Или давай я лучше с тобой поделюсь? Угрозы от воришки – другого пирата, теперь Михоук был в этом уверен, - опять же не было, но она собиралась вокруг, похожая на осиное гнездо: один неверный шаг – и все полетит. Мечник кожей чувствовал страх людей, что сейчас стояли в тени деревьев, но не сомневался и секунды: если он причинит вред их другу – уже не успеет отбить пулю. На размышления он потратил полминуты, затем убрал кинжал в ножны и встал. Высокий черноволосый мужчина кивнул ему и опустил ружье. Что до Рыжего – его вроде бы не волновала сложившаяся ситуация. Он вскочил, встряхнулся и радостно завопил: - Хей, ребят, вы чего как неродные?! Бен, мог бы и поздравить! - С тем, что ты в очередной раз себя чуть не угробил? – фыркнули в ответ. - Капитан, - в глазах кудрявого блондина плясало искреннее восхищение, - я же не думал… Ай! – он схватился за голову и обиженно уставился на давшего ему подзатыльник брюнета. – Ты чего? - Правило первое и самое важное, - тот наставительно поднял палец вверх, - никогда не подавать капитану плохих идей. А то он с вероятностью в девяносто девять процентов примется претворять их в жизнь. У Михоука появилось ощущение, что он чего-то в этой жизни не понимает. Капитану? Эта бестолочь – их капитан? Тем временем пират что-то кому-то сказал, кого-то похлопал по плечу, кому-то погрозил пальцем и вернулся к Дракулю. - Меня зовут Шанкс, - и снова улыбнулся. – Идем, сегодня я угощаю! Вытащив свою ладонь из руки Рыжего, мечник пошел добровольно. Выпить в самом деле стоило – трезвая голова напрочь отказывалась принимать происходящее. Но убить этого идиота почему-то не хотелось. И они пили – шляпа оказалась предметом спора и Шанкс выиграл бочонок неплохого рома – а затем все-таки сражались: может, Соколиного Глаза утомила фамильярность неожиданного собутыльника, а может у него самого оказался слишком острый язык – неважно. Команда заметно напряглась, но их капитан махнул рукой, и они вернулись к выпивке и закускам, только хмурый Бен остался наблюдать исподлобья: не доверял, но и не спорил. Рыжий достал саблю, Михоук меч. И все пропало. Дракуль проснулся утром, лежащим спина к спине с новым знакомым. Чья-то заботливая рука укрыла их пледом, поэтому было тепло, и он, прикрыв глаза, долго вслушивался в предрассветный туман. У него было ощущение, что он то ли сломал что-то, что нельзя починить, то ли создал нечто такое, что не сломать никакими силами. В одном он был уверен: вчера вечером судьба подарила ему великолепный поединок. У мечника длительное время не было достойных противников, но Шанкс определенно таковым являлся, и убивать его по-прежнему не хотелось, но хотелось встретить снова: через три месяца или через полгода и снова скрестить клинки. Наконец он поднялся и с удивлением обнаружил на своей голове шляпу – чужую, соломенную, с дурацкой красной ленточкой, настолько пропитанную характером своего хозяина, что не узнать, кому она принадлежит, было невозможно. Михоук усмехнулся и положил ее рядом с лицом Рыжего. У изголовья в землю были воткнуты, перекрещенные, Черный Клинок и старая потрепанная сабля. Дракуль немного помедлил, прежде чем взяться за рукоять своего оружия, но потом резко достал его и, не оборачиваясь, отправился прочь из лагеря. Возле лодки его ждали. Бен затушил сигарету и молча швырнул ему в руки шляпу – на этот раз точно являющуюся собственностью мечника. - Не будешь пытаться задержать? – язвительно поднял бровь Михоук, развязывая узел на вбитом в песок колышке. Старпом покачал головой. - Нет необходимости, - и тут же пояснил, повинуясь взгляду желтых глаз. – Ты понравился Шанксу. Те, кто ему нравятся, никогда не уходят надолго. - Ты веришь в судьбу? – удивился Дракуль, запрыгивая в лодку и отталкивая ее от берега. Успевая, однако, увидеть улыбку на лице Бекмана. - Я верю в капитана. Михоук подумал, что эта вера вполне обоснована. Он почти не ошибся в прогнозах: через два с половиной месяца на очередном безлюдном островке с него снова попытались стащить шляпу. В пальцах, что сжимали золотую рукоять кинжала, дрожало предвкушение новой схватки. - Ты же не думаешь, что грязный трюк, как в прошлый раз, сработает? – Михоук иронизировал скорее по привычке, но, увидев азартные огоньки в черных глазах, понял, что забыл первое (и самое важное!) правило. Никогда не подавать Шанксу плохих идей. - Проверим? – предложил Рыжий. А хотя, впрочем, это была не такая уж и плохая идея.