Как так получилось?

- Знаешь, я думал, что ты просто дашь Тецу на подпись, уже заполненный, бланк, - протяжно зевнул Аомине. Он не выспался. Акаши вытащил всех из «Поколения чудес» с утра пораньше и теперь везет их в неизвестном направлении, ничего не объяснив друзьям, сама я дремала на плече своего будущего мужа, но несмотря на дрему все отлично слышала и понимала. - Ты идиот? – искоса взглянул на тяжелого форварда Мидорима, который по случаю ранней побудки не выбрал талисман на день. - Даже я знаю, что не достигшие совершеннолетия могут вступить в брак только с разрешения родителей или опекунов, - менторским тоном поведал Мурасакибара, вызвав удивление присутствующих, но впечатление разрушил громогласный рев его желудка. Он очень плотно позавтракал, но Акаши оставил его без обычного ежесекундного перекуса. - Куда мы все-таки едем? – жалобно спросил Кисе, изо всех сил прячась ото всех невольных свидетелей его позора: парень не успел закончить свой утренний марафет, поэтому был слегка растрепан. – Аомине-чи, верни! - Ого, - залился хохотом Дайки, а все дело было в том, что Рета не успел смыть увлажняющую маску, когда злой Аомине ворвался в его квартиру и вытащил модель на улицу, естественно по приказу Акаши. – А я и не заметил, пока нес тебя до машины. - Это твоя вина! – поднял повлажневшие глаза блондин. – Неужели нельзя было немного подождать? Хотя бы пять минут, я даже не переоделся со сна. - Ты хуже любой девчонки, - отмахнулся Аомине. – Мне пришлось бы ждать куда больше пяти минут. - Аомине прав, Кисе, - спокойный голос капитана положил конец намечающейся ссоре. – Дело срочное. По прибытии переоденешься и умоешься. - Ты нам не скажешь, куда мы едем? – приподнял брови Мидорима. - Я забронировал несколько номеров в рекане, и сейчас мы едем туда, - как ни в чем не бывало пожал свободным плечом Акаши. – Я решил, что проводить разговоры с родителями нужно на нейтральной территории. А вас прихватил, потому что Тецуя нужна будет поддержка. В гостинице их уже ожидали. Каждый получил, что хотел – Мидорима талисман, Кисе одежду и умывание, Мурасакибара и Аомине плотный второй завтрак. - Акаши-кун, - дернула его за рукав, что уже входит у меня в привычку. – А тут есть горячие источники? - Есть, это специальный оздоровительный рекан, но я запрещаю тебе ходить на горячие источники, - нахмурился. А мне хотелось посетить источник. Почему он мне запрещает? – Потому что беременным женщинам противопоказаны ванны, тем более горячие. Ты должна была заметить, что в доме я поселил тебя в комнате, где в ванной только душевая кабинка. - Не обратила внимания. Но с чего ты решил, что мне нельзя принимать ванну? - Во-первых в ванных скользко, во-вторых высокие температуры и в-третьих влияния вредных веществ. Скользкие поверхности очень опасны, так как падение может привести к патологии плода или даже выкидышу. Высокие температуры поднимают давление, что также ведет к угрозе выкидыша. К вредным примесям относятся масла и пены для ванн, в состав которых входят компоненты, несовместимые с беременностью, например, кипарис, чабрец и розмарин. Масла из этих растений, и некоторых других, категорически противопоказаны беременным для использования в каких-либо целях, потому что они оказывают токсическое воздействие на малыша и также может привести к выкидышу, - будто по книге от тарабанил Акаши, чем очень меня порадовал, ведь это означало, что он ради меня с малышом прочитал много специальной литературы. – Но я немного преувеличил, сказав, что тебе нельзя принимать ванну. Можно. Но только в моем присутствии, только при температуре не ниже тридцати и не выше тридцати семи градусов по Цельсию и только пятнадцать минут. - В твоем присутствии? Пятнадцать минут? – на мое возмущение, так на меня посмотрел, что я поняла, он будет стоять рядом с термометром и таймером, готовый подхватить меня, если начну падать, и ему будет безразлично одетая я буду или в неглиже. Хотя нет, одежда грязная, она может навредить малышу, поэтому он лично меня разденет, а то вдруг я себя локтем задену! Мое негодование было прервано работницей гостиницы, которая сообщила, что принесла завтрак. Обрадованная я поспешила к накрытому столу, но меня ждало огромное разочарование. - Акаши-кун, что это? – ткнула пальцем в сторону возмущающего меня объекта. - Четвертый месяц – это начало второго триметра беременности. А второй триместр является самым спокойным и безопасным, но и в нем есть свои минусы. Матка растет быстро, живот, соответственно, округляется, молочные железы все больше увеличиваются в размерах, болезненность и отечность этого процесса быстро проходит, - с обреченным видом начал он новую лекцию. - Акаши-кун, давай, ты мне просто дашь книгу, где обо всем этом написано, а сейчас просто быстренько мне обоснуешь факты, - честно говоря у меня не было желания выслушивать очередную лекцию. Такая его осведомленность, конечно, умиляла, но при этом сильно утомляла, так как Акаши почему-то делился своей осведомленностью именно со мной. Почему бы ему не обсудить все с Мидоримой? – Кстати, кто обеспечил тебя такой познавательной литературой? - Не важно, - мне показалось или он слегка покраснел и мне послышалось имя нашего снайпера? – Главное тебе нужно питаться часто, но немного, и питаться придется правильно. Никаких фастфудов, пирожных и копченостей. Так что держи. И этот гад кинул в меня помидорку, в которую я зло надкусила, из-за чего меня тут же настигла кара в виде выплеснувшегося на подбородок сока, что дало Акаши дополнительную причину для лекций. Он подошел ко мне и начал аккуратно вытирать капельки сока с лица. Идиллию прервала все та же работница рекана. - Простите за вторжение, но вы просили предупредить, когда подъедут Акаши-сан и Куроко-сан, - женщина слегка запнулась, нарвавшись на мой недовольный взгляд. – Я уже проводила их в, указанную вами заранее, комнату. - Ну, с кого начнем? – повернулся ко мне парень, но я ничего не ответила. На смену недовольству и возмущению пришли страх и волнение. За своего отца я не волновалась: Акаши умеет производить правильное и хорошее впечатление. Меня волновала встреча с папой моего будущего супруга, который видимо догадался, какие мысли бродили в моей голове. – Не волнуйся, ты ему понравишься. Я еле успела подавить нервное хихиканье.