-Две любимые проблемы-

Гокудера был проблемным. Ури тоже была проблемной. Две проблемы на голову одного бейсболиста — это слишком. Особенно, когда одно дополняет другое.  — Гокудера, убери ее, пожалуйста.  — Куда я ее уберу?! Ты же знаешь, что она в коробочку залезет, только если захочет. Ямамото вздохнул, отодвигаясь ближе к Гокудере, ибо нахальная кошка развалилась на его месте. Просто удивительно, как такое небольшое животное умудряется занимать СТОЛЬКО места.  — Ты куда? Тут я сплю! Голос Хаято даже во сне раздраженный и громкий. Луна коварно подглядывает в окно и Такеши замечает, что Хаято развалился на своей половине кровати также «компактно», как и его кошка.  — Твое животное меня сдвинуло. Теперь я двигаю тебя, — отвечает Ямамото, сдвигая Гокудеру почти к самой стенке. Тот брыкается, чувствуя неистовое отчаяние:  — Ну, а мне куда, на стену лезть?  — Есть же место. И вообще ты мельче меня…  — Не смей звать меня мелким, идиот!  — Ну давай поменяемся местами?  — Конечно! Кто утром бинтовать меня будет? Ямамото вздыхает и обхватывает подрывника рукой, немного заваливая его к себе на грудь. И обнимая одной рукой, другой поправляет на пепельноволосом одеяло:  — Так нормально? Парень в ответ что-то ворчит, но укладывается удобнее, и через пару минут Ямамото с легкой улыбкой и теплом в душе слышит сопение Хранителя Урагана… * * * Не так уж часто Гокудеру можно застать подле плиты. Еще реже — с кулинарной книгой. И вроде бы все как обычно, только Ямамото нет дома уже неделю, а подрывник в полной мере принял на себя роль домохозяйки. Еще вчера он с громкой руганью пытался запихнуть непомерное количество грязного белья в стиральную машинку, вовсе не вспоминая о том, что Ямамото стирает белое отдельно от красного. Когда из машинки было выужено преимущественно розовое и красное белье, Гокудера просто слился с ним. От злости: на себя, на машинку, на белье, на Ямамото, который укатил на задание, не оставив никаких инструкций. А ведь так легко было предотвратить превращение белых трусов и носков в нежно-розовый ужас. Несмотря на неудачную стирку, Хранитель Урагана на утро проснулся с прекрасным настроением, что сам по себе уже обещало неприятности. Убрав нечаянно раскиданные по всем комнатам книги, Гокудера случайно наткнулся на «Кулинарные шедевры для Любимых». Книга почти кричала: «1000 самых простых рецептов, чтобы удивить родных и близких», а глаза Гокудеры загорелись.  — … Эстрагон — по вкусу. По вкусу… и где он? –Гокудера задумчиво чесал затылок, оглядывая широкий стеллаж с самыми разнообразными специями и добавками. В баночках, в пакетиках, в тюбиках, коробочках, в чашечках, в бутылочках — их было неописуемо много. Логически поразмыслив, Хаято решил, что эстрагон используется в блюдах редко (иначе он бы знал его в «лицо»), а значит находится на самой верхней полке. В фартуке, с коротким хвостиком сзади, он полез на стол, решив, что стул долго двигать и проще так залезть. Почти под ним в сковороде жарилось, обдавая горячим паром, мясное блюдо с экзотическим названием и не менее экзотическими ингредиентами. Пошарив рукой на полке, он стал поочередно вытаскивать из глубины баночки, ища эстрагон. Вдруг что-то вцепилось в спину, отчего Гокудера дернулся, смахивая часть специй с полки. До боли знакомые когти стали карабкаться вверх, вцепляясь, казалось бы, в самое мясо.  — Ури, твою мать! Сгинь! Свали отсюда! — орал Гокудера, стараясь отшвырнуть нахальное животное с себя. В какой-то момент ему это удалось и Ури, напоследок хорошенько прорвав кожу и рубашку хозяина полетела вправо… на плиту.  — …мать! — только и успел воскликнуть Хаято, дернувшись вперед, дабы подхватить животное. Он схватил ее в самый последний момент, оказавшись лицом прямо над кипящей в сковороде жидкости. Кошка сердито мяукнула и, оцарапав ладони подрывника, спрыгнула на пол.  — Чтоб тебе пусто было… — выдохнул пепельноволосый, сползая на пол и пачкая кровью с рук столешницу. В следующий момент лицо его исказилось гримасой ужаса и безысходности… * * * Первое, что удивило вошедшего с темной ночной улицы в дом Ямамото — чистота. Дома было чисто, хотя дома целую неделю жили его две любимые «проблемы». Слабо верилось, что Хаято стал более собранным и чистоплотным, но увиденное говорило само за себя.  — О, ну наконец-то… — в дверном проеме появилась знакомая пепельноволосая голова с недовольным выражением лица –вот это уже норма, отчего Такеши улыбнулся, разуваясь.  — Йо, Хаято! Рад тебя видеть целым и невредимым.  — Что ты имеешь в виду?  — Ну, ты ведь неделю жил с Ури… один на один. Ямамото подходит и нежно обнимает Гокудеру, который лишь по привычке недовольно фыркает. Некоторые привычки не меняются. Вдруг Такеши присматривается к Хранителю Урагана и хмурится, касаясь его волос справа, неожиданно коротких, нежели неделю назад.  — Это… новая стрижка?  — Ага, если бы! — взрывается Хаято, грубо отдергивая руку Дождя. — Эта сумасшедшая под руку подвернулась, ну я волосы себе подпалил из-за нее! Черт! На кого я теперь похож?! Дура! Никакого толку, только заноза в заднице! Такеши старательно сдерживает смех, до того смешной представлялась ему ситуация, но засмейся он сейчас — обид на месяц вперед хватит. Он покачал головой, осторожно касаясь подпаленных волос:  — Успокойся, пожалуйста. Все поправимо. Пойдем, — он мягко берет пылающего гневом друга за руку и ведет в ванную. Через несколько минут Хаято осматривает свою новую стрижку в зеркале. Спереди пряди были значительно укорочены, сзади лишь чуть-чуть. Непослушными прядками они обрамляют лицо, делая Гокудеру старше внешне и даже как-то серьезнее.  — Ну… — тихо сказал он, поворачиваясь то одним боком, то другим, пока Хранитель Дождя уберет ножницы на место. — Неплохо, да… даже получше как-то… спасибо… Ямамото засмеялся, думая, что все-таки кое-какие проблемы в этом доме решаемы.  — А, ну пойдем, попробуешь кое-что! — вдруг вспомнил Гокудера о все еще теплом ужине и потащил мечника на кухню.  — Вечер полон сюрпризов, как я посмотрю… Некоторые хранители всегда обладали чем-то таким, по чему их всегда можно было узнать. Своеобразная аура окружала их. Например, от Рехея коже было тепло и будто бы сухо. Тсуна был окружен чем-то спокойным и довольно уютным, напоминающим теплую воду. От Ламбо будто бы чувствовалось что-то свежее и немного колючее. От Гокудеры по коже неслись сотни горячих песчинок, да и вообще становилось горячо… даже жгуче. Но Ямамото никогда не думал, что это же распространяется на все, что создает Хранитель Урагана. Особенно на мясо, приготовленное по какому-то новому рецепту, в котором половина вкусов неразличима из-за дикого жжения не то перца, не то горчицы…  — Ну как? — блестящие детской заинтересованностью глаза друга неотрывно следили за Хранителем Дождя. Такеши улыбнулся, жуя кусочки непойми-чего, обжигающего всю ротовую полость. За один раз он проглотил всю массу, чувствуя, как она горячим слизнем ползет по глотке.  — Вкусно, даже очень. Я прям чувствую, как хорошо подобраны специи, — с улыбкой ответил Ямамото. Хаято облегченно вздохнул:  — Ну отлично, ешь еще, там еще много осталось.  — А ты?  — А я не хочу как-то. Ты ешь-ешь. Ямамото улыбнулся и положил еще кусочек в рот. Сейчас было даже неплохо. Еще один-два куска — и чувствительность слизистых во рту упадет до нуля.  — А… как вообще неделя прошла? — попытался оттянуть момент поедания Хранитель Дождя. Гокудера пожал плечами, отпивая из бокала зеленый чай:  — Да обычно, от Десятого ничего не слышно, он сейчас в другом городе с Хибари. Я вроде как слышал… Сам Ямамото ничего не слышал, лишь завороженно смотрел на бокал с чаем. В какой-то момент ему показалось, что он сорвется и заберет кружку у подрывника. Гокудера вдруг замолчал. -…А ты чего так смотришь? Ямамото моргнул, соображая, что ответить. Вдруг подрывник засмеялся, забирая тарелку у Дождя:  — Боже, неужели все настолько плохо? Я надеялся… — он лизнул тарелку с краю, и шумно выдохнул, распробовав вкус. — Мда… Извини.  — Так ты знал…?  — Я надеялся, что будет нормально. Зря надеялся. Сейчас тебе чая налью, — подрывник как-то наигранно улыбнулся, забирая тарелку с недоеденным блюдом. Через пару минут Ямамото тихо вошел на кухню. Гокудера мыл тарелку, явно не слыша приближающихся шагов, пребывая в своих мыслях. Он вздрогнул, когда сильные руки обняли его сзади, а шеи коснулось теплое дыхание.  — Не расстраивайся, Хаято. Не всегда у нас все получается, правда. Я и сам иногда порчу — что блюда, что так… Гокудера улыбнулся, прижимая мокрыми ладонями руки Дождя к груди. Рядом послышалось знакомое мяуканье. Хаято покачал головой, раздраженно смотря на Ури, что самозабвенно потопталась по ногам. Такеши засмеялся:  — Сегодня снова втроем спим? Иначе быть не могло. Мы в ответе за тех, кого приручили — будь то взрывной маньяк пиротехники или его кошка с не менее странным характером…