Не просто слуга

Солнце спряталось в воду, на берегу плескалась черная вода. Ночь должна быть звездной. В комнате Дилана горел всего-навсего один светильник, стоящий на тумбочке около кровати. Томас сидел на коленях у О'Брайена, положив голову тому на грудь. Парень обнимал свое златовласое чудо за талию, отказываясь делить его со всем остальным миром. -Если ты меня не отпустишь, то я не смогу разобрать твои чемоданы...-прошептал Том с закрытыми глазами, нарушая долгую тишину. -Ну и не надо,-ответил ему брюнет, крепче сжимая объятья. Видимо, неугомонный Сангстер прекратил попытки освободиться из рук любимого. Да и зачем? Он потерся щекой о ключицу Дилана, вызывая у того табун мурашек и внезапно накатившую волну любви и заботы. -Томми, как тебе полет?-спросил он, смотря на то, как быстро взлетели светлые пушистые ресницы. Глаза блондина округлились от страха. -Я никогда больше не полечу на самолете! Никогда!-он буквально вжался в О'Брайена. В полете они постоянно попадали в зону турболетности, которая так испугала Томаса.-И этой Бритт я тебя тоже не отдам,-добавил он тише.-хочешь ты этого или нет. И как по вызову (девушка по вызову, ага) в помещение ворвалась Робертсон в том же платье. Увидев двух молодых людей, сидящих совсем не в дружеской позе, она завизжала и кинулась обратно. Дил сразу встал, взяв Тома в охапку и заторопил его: -Мой отец! Беги! Беги на кухню, в свою комнату... Куда хочешь! Беги, он не должен... -Тише. Я же слуга, могу просто начать убираться у тебя... Если ты меня опустишь на пол,-успокоил его юноша, который тут же оказался на плитке и пошел за маленьким черным чемоданом с вещами. А вот и вернулась эта миловидная стерва, разрушающая их личную жизнь. -Диланчик, тебя зовет папочка,-сказала она, притягивая Дилана для долгого поцелуя, а затем бросила на Томаса ненавистный взгляд.-А ты разбирай вещи!-приказала Бриттани растерявшемуся Сангстеру, который тут же начал исполнять приказ. Печально взглянув на своего Томми, парень удалился из комнаты.

***

Дилан неуверенно топтался перед дверью в отцовский кабинет. Видимо, Джефф почувствовал присутствие своего сына, поэтому крикнул короткое "Войдите!". Почему же ничего не упоминается про камеры? А, их тут просто не было. Юноша быстро вошел в комнату. Отец сидел около окна в своем черном кресле. -Вот скажи, сынок, чем тебе не нравится Бритт? Она же стройная, красивая, умная,-(угу, конечно)-любит ухаживать за тобой. И не только в плане медицинской помощи, но и в плане половой жизни. Семейство Робертсон очень любит такие нежности, сам знаю,-начал говорить он, но остановился для того, чтобы сделать глоток красного вина, стоявшего на оранжевом столе. В углу стоял камин, около которого стояли черные стулья. Сам дизайн комнаты как бы намекал: если ты тут, то дело плохо. -Если нежность это когда эта сучка все сама делает за тебя, то я ничего не понимаю в нежностях,-пробурчал Дилан себе под нос. Он боялся оскорбить что-либо связанное с мистером О'Брайеном, который при любой возможности брал плеть. По крайней мере так было в детстве. Но мужчина его услышал: -О, лучше трахать маленького служащего своего отца? Я конечно понимаю, нужно разнообразие, но пора бы и вернуться к девочкам,-он встал. В руке у него была то самое орудие, которым он избивал черноволосого мальчика. Дил сглотнул, вспомнив как кровоточили раны и как служанки просто падали в обморок при виде этих глубоких шрамов. -Мне уже не три года, можешь убрать свою излюбленную игрушку,-сказал парень, заикаясь. Все временное становится вечным. Даже страх перед сумасшедшим папашей. Отец застегнул холодные наручники на руках, что и делал каждый раз. Тридцать шесть алых ран сияли на некогда прекрасной спине Дилана. На семнадцатом по счету ударе юноша отключился. Отец заботливо, как будто это не он издевался над собственным ребенком пару минут назад, перевязал бинтами ужасные следы плети и понес его в комнату, где Томас до сих пор убирал вещи в шкаф. Джефф положил Дилана на кровать и сказал растерявшемуся Тому: -Это все из-за тебя.