Три страны, сто грамм и тост

Звон граненых стаканов раздавался по комнате вслед за произнесенным тостом. Старенькое советское радио стояло в центре дубового стола и, шурша помехами, извещало о погоде на сегодня и ближайшую неделю. Его окружали тарелки со всевозможными закусками, начиная солеными огурцами и заканчивая дорогим сыром с плесенью, который из присутствующих никто почти не ел. Польша потянулся за очередным ломтиком колбасы, случайно задевая полупустую бутылку от водки и в ту же секунду ловя на себе пару недовольных взглядов. Достав желаемое, блондин быстро сел на место и принялся тщательно жевать. Через некоторое время тишины Россия, сидящий рядом, со стуком поставил опустошенный стакан на стол, поднялся со скрипящего стула и направился к телевизору. Словно прочитав его мысли, Финляндия быстро выключил радио и заодно подвинул к себе тарелку с селедкой. Уж очень полюбилась эта рыба финну, так что он всегда рад был такому угощению. Пробормотав себе под нос что-то про суровые русские традиции и какая же все таки вкусная эта, сука, рыба, финн вернулся в исходную позицию — полулежа. Польшу этот жест почему-то рассмешил, что он скрывать не стал и издал негромкое хихиканье прямо над ухом пьяного финна. Тот, ощутив горячее дыхание над своим ухом, махнул рукой и случайно влепил бедному поляку пощечину. Приняв это как вызов, не менее не трезвый Феликс громко хрюкнул, кинул на собутыльника возмущенный взгляд и потянул его за нос. Повертев головой и все таки добившись от блондина прощения за случайный удар, Тино чуть привстал и, покачиваясь, стал наблюдать за тем, как Россия уже восьмой раз пытается нажать на пульте от телевизора зеленую кнопочку. То, с каким усердием он щурился, держал в потных руках маленький белый механизм и жал на эту несчастную кнопку, но при этом успешно промахивался, вызывало в душе финна почему-то бешеное умиление. Русский, стоя на коленях и опираясь спиной на кресло, в очередной раз промахнулся мимо необходимой кнопки и раздраженно заскрипел зубами. Пульт полетел на пол, а Иван, кое-как встав и отряхнувшись, хотел было развернуться и вернуться на кухню, но тут же услышал воодушевленное «Гол!!!» из телевизора. Каким то чудесным образом он умудрился кинуть пульт так, что тот ударился кнопкой как раз о деревянную поверхность пола, что и послужило причиной сразу же повысившегося настроения русского. На такой трюк Польша одобрительно кивнул головой и поднял вновь наполненный стакан над головой. Его содержимое тут же вылилось на ничего не подозревающего финна, который в это же время дарил Брагинскому искренние аплодисменты. Ощутив влагу на своей рубашке, Тино подскочил и начал тщательно вытирать некогда белую ткань от спиртного, при этом тихо матерясь на неуклюжего поляка. - А ты тип подраться х'чешь да?… Ик! - тут же нашел, что ответить Польша, но был грубо перебит возникшим из ниоткуда русским. Он могучей стеной возвышался над парнями, заставив их отступить. - Рыбята~ Давайте жуть…, - Россия замялся. - Жить дружно. Вот. Страны послушно закивали и вернулись на свои места. Теперь пить стало еще интереснее, ведь в соседней комнате громко звучал голос ведущего. Футбольный матч, в котором играла сборная России. Заранее махнув рукой на это, как выразился раннее русский, гиблое дело, Иван принялся складывать из огурцов и нарезанных сарделек какую-то незамысловатую фигурку. Польша тоже не проявлял особого интереса к происходящему на экране и просто жевал тот самый несчастный кусок колбасы чьей участи вряд ли можно позавидовать. А вот финн с большим удовольствием восседал на диване и пялился в экран, словно ребенок, для которого только что начался любимый мультфильм. - Слух, Россия… А ты чего такой добрый стал, м? Мы тебе тотально санкции, мы тебе обвинения, а ты нам…, - Польша оглядел стол, пытаясь подобрать к находившимся на нем угощениям подходящее слово, а затем вернул взгляд на русского. - А ты нам типа подарок такой сделал! На минуту в комнате повисло молчание. Нарушалось оно лишь звучным чавканьем со стороны поляка и звуками, доносящимися от телевизора. Поняв, что Иван слишком занят созерцанием собственного носа в отражении пустой бутылки, Феликс протянул к нему руку, пощелкал пальцами и тихонько свистнул. Что привело к знакомству его лица с миской от оливье. Запах был приятным, но вот боль во лбу — нет. - Не свифти…, - смакуя дольку лимона, хмуро объяснил свой поступок русский. Финн в соседней комнате что-то закричал, но быстро затих, заметив весьма красноречивый взгляд Брагинского. Посидев в зале еще какое-то время, Тино все таки встал с дивана, предварительно переключив на другой канал, и вернулся к столу, где его уже ждала наполненная рюмка. Глаза финна тут же засияли аки только что ограненные алмазы, а дрожащая рука потянулась к заветному пойлу. Под насмешливый взгляд Польши и понимающий России он залпом опустошил емкость и быстро потянулся за закуской. Но промахнулся и схватил руку поляка, на что получил немного смущенный и одновременно удивленный взгляд оного. - Ты это… - Прости! - немедленно отскочил финн, цепляясь ногой за ножку стула и с грохотом пикируя на пол. Россия с немалым интересом рассматривал валяющегося в неестественной позе Тино, чья голова каким-то чудесным образом оказалась между его собственных ног, а руки и вовсе связались в едва ли не морской узел. Но в отличие от него Польша просто так не мог смотреть на подобное чудо света. Его смех был настолько громким, что закладывал уши, а из соседней квартиры кто-то со злостью стукнул в стену. Иван, чтобы не создавать лишних проблем себе и своим товарищам-собутыльникам, схватил с полки большую медную кастрюлю и эпично надел ее на голову поляка. Тот сразу же заткнулся, стоило лишь увидеть вместо уютной кухни, пропахшей водкой и одеколоном, сплошную темноту. И в этот момент выбравшемуся из плена собственных конечностей финну пришла в голову гениальная мысль. - А давай постучим? Ну Россия и постучал. Схватил со стола половник и начал звучно барабанить по кастрюле, создавая неповторимое сочетания звона меди и возмущенных воплей пьяного поляка. Из соседской квартиры снова раздался стук, но в этот раз был проигнорирован слишком занятыми странами, во всю веселящимися. Финляндия уронил со стола тарелку с огурцами, а убегающий вслепую от России поляк не вовремя наступил на один из них. Один неверный шаг привел к тому, что Феликс половину комнаты пролетел в позе ласточки с кастрюлей на голове, в итоге врезавшись в газовую плиту и издав нечленораздельный звук, больше похожий на отрыжку. Лишь потом до пьяных финна и русского дошло, что звук то был под стать действию. И тогда пришлось оттаскивать лишенного своего завтрака, обеда и ужина Польшу поближе к окну, где остатки своей работы он выплеснул на чью-то несчастную машину с красивым рисунком на переднем бампере. Правда теперь там прибавилось пару лишних узоров. Восхищенный художественным талантом своего белобрысого друга Иван оттащил его назад и усадил на стул. А финн, державший в руках ту самую кастрюлю, только морщился и старался не смотреть внутрь, так как стараниями Польши данную посуду вряд ли теперь можно использовать для приготовления пищи. - Ооо…, - протянул Россия, глядя на нынешнее содержимое кастрюльки. - Да уж… Угх! - пересилив себя и последовав примеру русского, ответил Тино. - Там… типа все плохо? - подав хриплый голос, спросил Феликс у парней. Россия еще раз взглянул на последствия грациозного полета Польши, затем взял со стола крышку и скрыл сей ужас от посторонних глаз. Вызывая тем самым облегченный вздох со стороны финна. - Ну, Пикассо ты точно перегнал, - сдержанно пояснил Иван, а затем косо глянул на плиту, которую ему в скором времени придется оттирать, и продолжил: - Я бы даже сказал, тотально перегнал. Последнее изречение русского вызвало на губах финна неминуемую улыбку, а в глазах Польши немое разочарование в собственном умении пить. После этого они снова уселись за стол, вылили остатки водки в свои стаканы, посмотрели друг на друга и решили продолжить веселье как ни в чем не бывало. Финляндия медленно встал со стула и протянул стакан чуть вперед, случайно брызнув содержимым на макушку России, получая за это обиженный взгляд. - Предлагаю тост! Услышав это слово, Польша сразу же преобразился и настроился внимать рассказам финна. Иван вытер волосы тыльной стороной ладони и тоже решил обратить свое внимание на Тино. - Друзья… Товарищи… Братаны! Польша икнул, мгновенно прикрывая рот обеими руками и сглотнул. Поняв, что это был очередной рвотный порыв, русский изобразил на лице искреннее отвращение и отвернулся. А тем временем финн во всю продолжал: - Мы столько пережили вместе. Войны, голод, браки… - Вот это вообще самое страшное, - тихонько сказал Брагинский, доставая из под стола еще одну совсем не начатую бутылку. - Не п'ребивай, - тут же отчитал его Тино. Русский кивнул и начал откупоривать крышку, пока Феликс запивал переваренную им пищу холодной водой. - Мы даже спали в одной кровати! Ванну вместе принимали! Подавившись очередным глотком, Польша недоуменно и стыдливо уставился на Вайнямёйнена, словно его только что уличили за каким-то непристойным делом. Русский же хмыкнул на такое заявление и поставил бутылку в центр стола, совсем рядом с радио. - И ведь, несмотря ни на что, оставались братанами… А сейчас… - А сейчас тотально санкции, - напомнив о неприятном, спокойно пробормотал поляк, получив за это смачный подзатыльник. - А вот к лешему их! Всех к лешему! - всплеснул рукой финн и содержимое его стакана элегантно перелилось на пол. Повисло молчание. Старенькие настенные часы исправно тикали, показывая уже половину одиннадцатого ночи, а выступающая в телевизоре девица пела что-то про любовь и виски. Первым голос подал Россия. - Тост то какой? И подумав пару секунд, финн, наконец, объявил: - За дружбу! И вот два полных и один почти пустой стакан были опрокинуты, а их содержимое тут же обожгло горло и легкие. Второй тост оказался короче, но принят был тоже на ура. То же самое произошло с третьим, четверым и последующими двенадцатью. Мужчины пили, закусывали, смеялись, ловили летающего на огурцах Польшу, которому это занятие явно понравилось, а также обсуждали последние новости спорта. Последним тост говорил Россия. - Ребят, знаете, хоть мы все… - тут он почему то замолчал и оглядел присутствующих. - Мы все что?… - пытался подтолкнуть его на мысль Тино. - А ну его на хер! Слишком длинный. За любовь! - За любовь! - забыв о том, что хотели услышать, поддакнули страны и опустошили свои стаканы. Через пару часов кухня превратилась в пристанище хаоса и разрухи. Польша свисал наполовину из окна, плюясь на тот самый автомобиль, пытаясь сотворить на нем уникальный шедевр. Слов о том, что Пикассо ему в ученики годится он принял вполне серьезно. Стоявший неподалеку Россия на всякий случай держал руки наготове. Мало ли, что может случиться с хозяином транспорта, если наутро он увидит не только художественную работу на крыше машины, но еще и ее непосредственного создателя, распластавшегося рядом в клумбе и жующий красные розы бабушки Тамары. А пока эти двое разбирались с безопасностью общественного порядка, Тино позвонил Швеция и строгим голосом поинтересовался, когда тот собирается возвращаться домой. - Ой, Шве, представляешь… А мы тут за любовь выпиваем. И…, - сунув руку в небольшой аквариум и достав оттуда одного морского обитателя, финн расплылся в довольной улыбке. - Рыбку кушаем. Та самая рыбка, выпучив глаза и беззвучно шлепая влажными губами, в ужасе осознав, что ее сейчас банально сожрут, начала активно дергаться и брызгать пьяному финну в лицо. Тот рассмеялся, но рыбу не отпустил. Спасло бедное создание от смерти лишь появление России. - Э-э! Ты мою рыбу то не тронь! Мне ее Гришка подарил! - отводя руку финна в сторону аквариума, возразил Иван. - О, представляешь, а рыбку Гриша зовут, хехе. Финляндия развеселился еще больше, разглядывая рыбу вблизи. Та, поняв, что сегодня она все таки будет жить, от счастья потеряла сознание и перестала подавать признаки жизни. - Да не рыбу, а человека, подарившего ее, - возразил русский, подбирая с пола уроненный Тино стакан. - Ж'на, к'кая Гр'ша, к'кая р'бка? О ч'м ты г'воришь??? Россия нахмурился, выхватил телефон из рук финна и приставил его к своему рту. - Слышь, м'ж. Женой называть будешь девку со вторым размером. А Феня у нас мужик! Польша выглянул с кухни и рассмеялся: - Ага. Вжик-вжик и не мужик. Гыгы! И тут в комнате резко похолодало. Тино нервно сглотнул и поспешно отошел в сторону, закидывая рыбку в аквариум и прячась за тумбочкой, на которой тот стоял. - Поля, душа моя… Еще слово и та ранее использованная тобой кастрюля станет твоим же персональным головным убором на всю оставшуюся жизнь. Разумиешь мне? - с наимилейшей улыбкой и откровенным желанием убить, плескавшимся в фиалковых глазах, спросил Брагинский. Поляк быстро закивал и уткнулся носом в свой стакан, чуть ли не вынюхивая его содержимое. Потом все трое в который уже раз вернулись на кухню, подняли по стакану и, заявив хором на всю квартиру «За любовь!», выпили их содержимое. На следующее утро весь мир взирал через интернет голых мужиков, бегающих по по лужам и кричащих что-то о независимости, мужиках, маленьких пони и свободе сексуальных меньшинств. Правда, за последнее, сказавший это был жестоко обруган оператором съемки и стоявшим рядом блондином. Как позже Германия объяснил произошедшее на одном из саммитов: - Страны ликовали - боссы матерились.