Magical World TVD/TO

У Дэймона лицо вымазано кровью — он сегодня не в том настроении, чтобы быть аккуратным. Убивая ради пропитания, он обычно довольствовался одной жертвой и не пачкал рубашки даже каплей крови, но сейчас он находится в баре на окраине городка под названием Бикон-Хиллз, и все двадцать семь посетителей этого заведения мертвы. Он убил их в течение каких-то пяти-семи минут, кого-то выпотрошил, кому-то вырвал сердце, кого-то лишил головы, кому-то изгрыз не только шею, но и лицо… Он не в духе. Не в духе уже несколько недель, на протяжении которых убивает всех подряд в радиусе километра от себя. Причина его агрессии банальна до зубовного скрежета — он снова выбрал не ту женщину и его снова предали. Елена Гилберт, любовь всей его жизни номер два, точная копия той, кто была любовью его жизни номер один, решила не отставать от Кэтрин и тоже выбрала Стефана. Правда, перед этим она долгие месяцы клялась Дэймону в любви, придумывала и преодолевала всяческие преграды в их отношениях, затем олею злого колдуна впала в летаргический сон, а когда Дэймон нашел чертов способ вернуть ее к жизни, то заявила, что любит Стефана. Вот так, просто. Он, оказывается, ее судьба. Тот, кто обещан ей вселенной. А Дэймону предлагалось пойти вон, ибо третий — лишний. И он пошел, в самом деле пошел вон. А чтобы не заскучать, стал развлекать себя убийствами. Это была дорога в ад — у него на хвосте давно и плотно сидели охотники за нечистью, и раз уж он все равно был обречен, то умирать решил весело. Правда, реки крови уже не радовали так, как в старые-добрые времена. — Кажется, ты зол на весь мир, — мальчишка с запавшими глазами, в которых полыхает огонь древнего зла, появляется в баре уже после того, как Дэймон убивает последнего бедолагу, который заглянул сюда после работы, чтобы пропустить стаканчик-другой. — Вроде того, — соглашается Дэймон, оглядываясь через плечо на неожиданного собеседника. Он сидит за барной стойки, пьет бурбон с кровью в окружении остывающих трупов. — Я бы мог придать твоему потенциалу нужное направление, — заявляет мальчишка. Это худое, долговязое тело — лишь оболочка. Дэймон уверен, что паренек одержим каким-нибудь древним духом. Однажды он сталкивался с чем-то подобным. — Мой потенциал в направлениях не нуждается. Я люблю убивать бесконтрольно, — усмехается Сальваторе. — Я могу заставить тебя, — усмехается мальчишка, и темные провалы его глаз опасно вспыхивают. — Не можешь, — хмыкает вампир. — Я качусь прямиком в ад, шантаж здесь бессилен. А к внушениям у меня иммунитет. — Древнему ногицунэ даже такое существо, как ты, покорится в два счета, — скалится в жутковатой усмешке мальчишка. — Чего тебе нужно, а? — без обиняков спрашивает Дэймон. — Не люблю ходить вокруг да около. — Мне нужно стереть этот город с лица земли, — голос мальчишки становится утробным и низким, и вампир вскидывает бровь. — Ты охренительно стремный, ты в курсе? — спрашивает он паренька. — Я внушаю ужас, — поправляет его ногицунэ. — Я так и сказал, — хмыкает Дэймон. — Выпьешь? — Только если ты согласишься пойти со мной, чтобы сеять смерть, — отвечает мальчишка. — Пусть уничтожение Бикон-Хиллс станет твоей лебединой песнью. — Песнью по дороге в ад? — смеется Сальваторе. Что ж, может, это и не такая уж плохая идея. Терять ему все равно больше нечего.